Спецгруппа «Нечисть». Экспансия - Александр Ищук

– Иди сюда, кобелина! – скомандовал Зимин в сторону кустов. Из них тут же появился помятый Олег, потирающий ушибленную камнем грудь.

– Петрович, какого хрена? – начал Олег, но Зимин его перебил:

– Это я спрашиваю: какого хрена ты, сопля борзая, шляешься вне расположения, да ещё и так мерзопакостно подкрадываешься к старшим по званию? А если бы я тебя не узнал? Если бы стрельнул для профилактики? Балбес!

Петрович отвесил Олегу воспитательного подзатыльника.

– Где шлялся?!

– У Ядвиги был, – пробубнил Олег.

– Так ваше высочество на потрахушки изволило ходить, – зашипел Зимин. – Что, гаденыш, переполненная предстательная железа давила на головной мозг снизу?! Давила так, что работали только инстинкты, точнее один инстинкт?!

– Блин, Петрович, – начал защищаться Олег, – я сегодня не дежурю. Ушёл после отбоя, пришёл до подъема. Чего ты ко мне пристал? Ядвига сегодня уезжает. Вот и прощались…

– Тьфу, – сплюнул Зимин. – Уйди. Уйди, чтобы я тебя не видел!

Проводив Олега взглядом, он заметил наши удивленные морды:

– А вы чего вылупились?

– Петрович, а как ты Олега заметил? – озвучил Коваль наш общий вопрос. – Мы даже намека не уловили на его присутствие…

– Доживёте до моих лет, и не такому научитесь, – уклончиво ответил Зимин и вернулся к Карачеву: – Так, расплескавшаяся синева, я всё сказал. Как говорили индейцы в фильмах про ковбойцев: «Хоу!»

Карачев уныло побрел к своим. Когда он проходил мимо нашей шеренги, Марся шепотом предупредил:

– Сам вешайся…

Он ещё что-то хотел добавить, но со стороны плаца послышался бодрый голос Зямы:

– Так, воины, моё высочество отлично выспалось и изволит поделиться боевым опытом с младшими собратьями по оружию! А ну явите их мне немедленно, а то…

– Зяма! Козел!! – послышалось несколько голосов. – Завали хлебало!!!

– «Уральцы», – запричитал кто-то из бойцов Коваля, – ну почему вы все такие буйные и горластые?!

– Это кто там «Урал» не любит?! – заинтересовался Борька.

Петрович тихо выматерился и быстро пошёл к месту возникших разборок.

– Десантура, – скомандовал Коваль, – к лесу, за нами, бегом марш!

А на плацу Петрович начинал воспитывать Боряна:

– Так, ты – кусок Святого Писания на ножках, а ну ползи ко мне…

Прибыли к лесу и провели экспресс-опрос личного состава. Расстроились. Боевого опыта не было ни у кого, а залетов по мелочи – по охапке на каждого. Лёха, как старший, разбил неофитов на четыре группы, велел всем снять снарягу и приказал:

– Задача каждой группы: бесшумно пересечь данный лесной массив. Чем бесшумнее, тем лучше. Первая группа, вперед.

Через час ободранная, грязная и исцарапанная десантура стояла перед нами. Результат, как и ожидалось, был ниже плинтуса. К моему удивлению, Коваль ничуть не расстроился.

– Лёха, мне непонятен твой оптимизм.

– Это от неопытности.

– Чего? – переспросил Марся.

– Блин, олухи, нам какую задачу поставили: подготовить группу прикрытия.

– Ну, – протянули мы.

– Сроки для подготовки – нереальные. Правильно?

– Правильно.

– Значит, что?

– Что?!

– Толпа, которая стоит перед нами, – это смертники. Мясо пушечное. Нам нужно уйти с ними, а про возвращение – с ними же – нам никто и ничего не говорил. То есть и нашему, и их командованию до фонаря – вернутся они или нет. Поэтому наша задача – научить их тихо дойти до лесополосы, тихо спрятаться и просидеть в тишине то время, пока мы охотимся за скальпами.

Сказать, что мы охреневше уставились на Коваля, – не сказать ничего. А десантники, похоже, вообще забыли, как и зачем нужно дышать.

– Коваль, – голосом, осипшим от таких выводов Лёхи, заговорил Марся, – так, может, мы их научим всему, в том числе и отходу домой?

– А оно им надо?! – зло спросил тот. – Ты посмотри на этих воинов. У них, почти у всех, на лбу написана условная судимость, абсолютный пофигизм ко всему происходящему и крайнее нежелание чему-либо учиться. Так чего ради нам корячиться, если их собственное командование уже вычеркнуло этих ушлёпков из списков живых, и даже заготовило на них похоронки?

Я повернулся к десантуре. Карачев был готов упасть в обморок, остальные выглядели не лучше.

– Ни разу не видел столько ходячих мертвецов в одном месте… – сообщил я всем присутствующим.

– Товарищи командиры, – из строя десантников вышел боец с сержантскими нашивками, – но вы же не имеете права так делать. Это же преступление!

– Сержантик, – сплюнул в его сторону Коваль, – открою тебе страшную тайну: стоящие перед вами офицеры уже второй год в международном розыске как военные преступники. И группы наши в розыске. А «уральцы» вообще три недели как из-под следствия вышли. И вышли по «жёлтым» справкам. Так чего ты ждешь от нас и от нашего командования? Скоро Бойченко придёт, мой зам, так он вообще предложил вас всех положить сразу после перехода линии фронта. Чтобы не мешались под ногами…

У меня сложилось ощущение, что смелый сержант вот-вот заплачет.

– А если мы будем стараться, вы поможете нам вернуться? – кое-как промямлил сержант.

– Ну, – протянул Леха, – если вы проявите завидное рвение в учебе, то обязательно.

– Мы будем стараться, – пообещал десантник. Остальные также забубнили что-то, подтверждающее слова сержанта.

– Ребята, – уже по-доброму обратился к ним Коваль, – мне не жалко. Учитесь. Но запомните: с этого момента вы работаете не на Родину, а на себя. Начнём, помолясь. Для начала разминочный кросс. Старое кладбище в районе озера все знают? Отлично. До него и обратно, в среднем темпе, бегом марш!

Десантура сорвалась в галоп. Вместе с подполковником. Когда они отбежали метров на триста, за нашими спинами раздалось:

– Коваль, тебе разве не говорили, что маленьких обманывать нехорошо?

От неожиданности мы с Марсей подпрыгнули на месте и развернулись, а Коваль, не поворачиваясь, спокойно ответил Бойченко:

– Андрюха, это ложь во спасение.

– А меня на кой чёрт таким кровожадным выставил?

– Так, сволочи, – наконец дошло до меня, – точнее – одна сволочь. Которая полковник. Так всё, что ты тут нам пел, – это лажа?!

– Она, родимая, – подтвердил Леха. – Но ты посмотри, как они прониклись! Как стараются!

Коваль рассмеялся, я сплюнул, Марся прошептал что-то ругательное, а Бойченко снова растворился в лесу.

Пять суток – не дней, а суток – мы дрючили десантуру. В итоге у них появились все шансы дойти до места, пересидеть положенное количество часов и вернуться домой. Рядовой состав очень старался. Когда к обучению подключились Микола и Мамелюк с Олегом, а также парни Коваля, качество обучение значительно улучшилось. Все показатели портил Карачев. Он оказался штабным до мозга костей. У него не получалось практически ничего, а его подчиненные с первых же дней положили на него здоровенный болт. Наши попытки изменить эту ситуацию наткнулись на стену непонимания и противодействия. Неформальным лидером у десантников стал тот смелый сержант Василий Яковлев. В итоге мы пришли к соглашению, что команды подполковника выполняются десантурой после дублирования Яковлевым. После пяти суток муштры мы дали им сутки на отдых, а сами начали готовиться к выходу и ждать команды от Зимина. Утром седьмого дня пришла весть от «Севера». Вечером того же дня организованной толпой мы ушли на отлов снайперш группы «Валькирия».