Лабиринт простых сложностей - Галина Владимировна Романова

и пристроив ее возле стены, толкнула его дверь шире. Прихожая была пуста. В том самом смысле, что Ивана там не было. Но был слышен звук работающего телевизора, и Анна Петровна осмелилась и шагнула в квартиру.

Вполне могло оказаться, что Иван просто не заперся. И дверь распахнуло сквозняком. А он теперь сидит перед телевизором и в ус не дует. Если бы воры открыли дверь, они бы уж точно не стали смотреть телевизор.

Так она рассуждала, заходя в гостиную и замирая перед огромным, в полстены, телевизором. Ивана в гостиной не было. Милая повернула мордашку в сторону кухни и слабо тявкнула.

– Думаешь, он там, Милая?

У нее вдруг страшно затряслись колени. Наверняка от напряженного подъема с тяжелой ношей, подумала она. Ну не от страха же! Чего им бояться белым днем, в городе, полном народа, в доме, где все друг друга знают? Или почти все.

– Иван, что же вы дверь-то…

Анна Петровна замерла на пороге с перекошенным от ужасной неожиданности лицом. Последнее слово застряло в горле и вырвалось наружу странным клекотом. Рука сама собой принялась нашаривать телефон в кармане легких брюк. Карман был под клапаном с кнопкой, и она всегда там хранила телефон. Долго не искать в сумке, не потерять, да и для воровства местоположение неудобное.

– Алло, полиция? – выдохнула она хрипло, набрав нужный номер. – Мой сосед умер.

С нее тут же запросили массу ненужной информации. И кто она, и какой адрес, и сколько лет соседу, и с чего она решила, что он умер.

– У него неподвижный взгляд, недвижимое тело, и он не дышит. И дверь его входная была открыта. Он чем-то отравился. Но… – она перевела взгляд на стол и кофейную чашку перед ним. – Кажется, он пил только кофе.

Ей приказали ничего не трогать, выйти из квартиры и ждать наряд полиции на лестничной клетке. Она послушалась. Удивительно быстро приехали. Анна Петровна только успела выйти, прикрыть дверь, открыть свою, втащить туда сумку и оставить дома Милую. Собачка устала и тут же потрусила в любимый домик в углу коридора. Анна Петровна только-только заперла свою квартиру, как приехала полиция.

И сколько же суеты развели, боже правый! К ней без конца приставали со всякими-разными вопросами, на которые она отвечала по три раза. К другим жильцам приставали, помчались записи с камер видеонаблюдения просматривать.

– Зря стараетесь. На нашем подъезде камера не работает. Уже полгода, наверное. Если что и увидите, то только с детской площадки. Она как раз напротив…

Ей разрешили уйти домой.

Анна Петровна сняла обувь у порога и поспешила в спальню, переодеться в домашний халат. А потом в кухне выпила сразу два стакана холодного морса, так пересохло в горле от волнения и долгих разговоров. Только вкатила сумку на балкон, чтобы разложить урожай с дачи на специальные полки, как в дверь снова позвонили. Она вытерла пыльные от овощей руки о специальное полотенце и поспешила в прихожую.

На пороге стояла высокая худая женщина в тесном платье в широкую полоску. Она представилась, и вопросы начались заново.

– Нет, я не видела у него женщин. Ни сегодня, ни раньше. Иван был очень аккуратен в отношениях. – Анна Петровна скорбно поджала губы и тихо заметила: – Он был очень разборчив.

Если женщина в полосатом платье и удивилась, то никак не выдала себя. Продолжила опрос.

– Нет, никто со мной не встретился у подъездной двери. И у лифта никого не видела. Говорю же вам, женщин он к себе домой не водил.

– А мужчин?

– В каком смысле? – ее щеки окрасил гневный румянец. – Вы намекаете… Как можно, господи! Иван был… Я видела его с женщинами. Подъезжали несколько раз с ним на машине. Лиц не рассмотрела, но это точно были женщины.

– Я имею в виду друзей. – Дама из полиции устало глянула и уложила ладонь на лоб, едва слышно пробормотав: – Я с ума сойду, наверное.

– Друг был только один, – неожиданно вспомнилось Анне Петровне. – Появился совсем недавно. Был у него пару раз. Но последние дни я его не видела.

– Что за друг? Описать можете? – усталость из глаз исчезла, они сделались колючими, внимательными.

– Нет. Описать не могу. Видела лишь со спины. Ростом с Ивана почти. Кепка спортивная. Футболка и джинсы. Нет. Ничего полезного, – она с сомнением покачала головой. – Но я видела его машину.

– Уже хорошо! – женщина скупо улыбнулась. – Что за машина? Номера не запомнили?

– Запомнила, – покивала Анна Петровна и тут же всплеснула руками. – А потом забыла. Но если увижу ее снова, точно вспомню.

Взгляд дамы из полиции мгновенно потух. Она оставила ей свою визитку и попросила позвонить, если вдруг что-то вспомнит.

Конечно, никому она звонить не станет. Потому что вспомнить ей вряд ли удастся. Это какому чуду надо случиться, чтобы вспомнить номера машины, которые видела пару раз!

Анна Петровна закрыла свою дверь. Опустилась на колени. Вытащила ключ из замочной скважины и принялась слушать. Слышно было отлично. Она этим способом много раз пользовалась. И замок отказалась менять по рекомендации мастеров. Добавила еще один, чуть выше ручки. А этот – старый – оставила. Для таких вот моментов.

– Да, товарищ полковник, мы почти закончили, – произнесла дама в тесном полосатом платье, медленно прогуливаясь от одной двери к другой.

Причем, когда она подходила к двери Анны Петровны, слышимость была просто великолепной.

– Первоначальная версия – отравление. Яд в чашке с кофе. Нет… У него кто-то был. Вторую чашку тщательно вымыли, оставили в сушке, но вода не успела на ней высохнуть. Да… Так точно, смею предположить, что его гость свою чашку вымыл. Но не подумал, что она не просохнет… Да, записи с камер изъяли, капитан с ними работает. Соседка утверждает, что женщин он к себе не водил. Но одного мужчину запомнила…

Вот болтушка, а! Никого она не запомнила. Просто видела мужика со спины, и все. Может, это вообще не мужик был, а худая девка. Вот свяжись с ними!

– Думаю, зачищаются. Да, версия черных риелторов приоритетная. Будем искать девушку, чьи фото он мне скинул.

Она отошла к двери Ивана, заговорила тише, и Анне Петровне пришлось с досады лишь кусать губы – ничего не разобрала. Она убрала ухо от замочной скважины и приблизила к ней левый глаз, которым видела лучше. Женщину разглядела лишь ниже пояса. Она по-прежнему стояла у двери Ивана. Вдруг рядом с ней появились другие ноги – мужские, в темных легких брюках и пыльных туфлях.

– Товарищ подполковник, есть! – раздался радостный мужской голос. – Есть