Аллоды. Большая игра - Дмитрий Янковский

Если они прибудут, начнется прочесывание квартала, а значит, неизбежная драка с последующим, скорее всего, задержанием беглеца.

Эльвин понимал, что два оставшихся бойца для него не противник. Вооруженный магическим кинжалом, он сметет их в один миг. Можно было вырваться, но это не было решением проблемы, так как Карина неизвестно где, и за ней по пятам увязались двое вооруженных стражников. Но она умна, очень умна, а потому есть смысл прикинуть, как сам бы поступил на ее месте.

Она наверняка понимает, что раз за ней следят двое, остальные остались у дома и не дадут выйти Эльвину. С другой стороны, Эльвин рассказывал, как в одиночку справился с сотней охранников в притоне. Значит, трое бойцов ему точно не ровня. Исходя из этой информации, Карина может решить, что хороший боец с магическим кинжалом пойдет на прорыв. И будет этого ожидать.

Очень хотелось верить, что ее мысли пошли именно в этом направлении, и что она будет ожидать выхода Эльвина с боем. Но как она сама оторвется от слежки? И дело даже не в отрыве. Очень большой была вероятность, что ее схватят сразу, как только она не зайдет в жилище, которое выдала за свое, давая объяснения командиру патруля. Единственный шанс для нее – заметить слежку и оторваться от нее раньше. Получится или нет?

Отсутствие общего плана, отсутствие условленного места встречи на случай таких вот непредвиденных обстоятельств и, наконец, отсутствие денег у Эльвина лишали его решимости идти на прорыв. Но что если Карина уже оторвалась от патрульных, находится рядом, наблюдает за домом и ждет, когда же Эльвин наконец решится на активные действия?

Неизвестность сводила с ума, бывший капитан весь издергался от беспокойства, сидя у окна, и вдруг увидел Карину. Она, все так же с плащом, спокойно вышла из бокового проулка и замерла посреди улицы, заметив оставшихся у дома стражников. Командир патруля, естественно, тут же тоже заметил ее.

Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга, затем Карина бросилась бежать вдоль улицы, бросив плащ на мостовую. Командир патруля и оставшийся каниец пустились за ней. Лучшего момента для смены ситуации в свою пользу и придумать было нельзя.

«Какая же она умница!» – думал Эльвин, едва не кубарем скатываясь по лестнице.

Сумку, которую собирала Карина, пришлось сразу бросить, уж очень она мешала движениям. Но, насколько Эльвин успел заметить, деньги девушка в нее не перекладывала, значит, вся сумма была с ней.

Первое, что он сделал, оказавшись на улице, поднял плащ и накинул его поверх мундира, сразу сделавшись неприметным прохожим, одним из десятков, спешащих по своим делам. Карина, наверняка, специально бросила его, предполагая, что Эльвин наблюдает за происходящим из окна. Плащ был скроен на эльфа, так что крыльям не мешал.

«Умница, умница», – повторял про себя Эльвин.

Но теперь эту умницу, обеспечившую незаметный отход напарнику, нужно было выручать. И, кроме самого напарника, сделать это было попросту некому.

– Не пойму, куда эта бестия делась? – послышался сзади голос с характерным канийским выговором.

Эльвин скосил взгляд и заметил двоих тяжело дышащих канийцев, только что выскочивших из проулка. По всей видимости, Карине удалось как-то от них оторваться, и теперь стражники оказались в крайне неловкой ситуации – они не знали, ни где подозреваемая, за которой им приказано следить, ни где начальство, приказавшее это делать.

– Вот же темные боги! – выругался второй стражник. – Надо тут ждать.

Дальше слушать Эльвин не стал, так как важно было догнать Карину и посмотреть, как она справляется с ситуацией. Уже понятно было, что просто так, с ходу, бросаться ей на помощь не следует. Девушка была не лыком шита, а потому необдуманными действиями ей можно было скорее помешать, чем выручить.

Догнать подругу и рвущуюся за ней по пятам стражу нечего и думать было по улице, наталкиваясь на прохожих. Поэтому Эльвин сразу же пустил в ход крылья, впорхнув сначала на карниз второго этажа ближайшего дома, а оттуда на крышу.

Бежать пришлось строго по коньку ската, иначе было неудобно. Это требовало значительной концентрации, все равно, что по корабельной рее бегать, но Эльвин не столько бежал, сколько летел, постоянно помогая себе крыльями в сложных ситуациях. Когда кончалось одно здание, он, разогнавшись, раскрывал крылья и прыгал, ничуть не теряя в скорости. Поэтому был уверен, что в среднем двигается почти вдвое быстрее, чем патруль и Карина внизу.

Когда бывший капитан посчитал, что уже обогнал погоню, он остановился, осторожно спустился по скату и глянул вниз. Карина как раз пересекла проулок кварталом раньше, за ней, почти по пятам, гнался офицер, а рядовой стражник, грузноватый для таких упражнений, отстал изрядно. Стало ясно, что Карина оторвалась без хитростей, просто за счет быстрых эльфийских ног, с которыми канийцам тягаться немыслимо.

Быстро перебрав в уме возможные варианты, Эльвин решил обозначить себя, так как у противника не было уже ни численного, ни тактического преимущества. Он схватился за ограждение крыши, расправил крылья и крикнул во весь голос:

– Карина, я здесь!

Девушка словно ждала сигнала, да, возможно, оно так и было. Увидев Эльвина, она распахнула крылья, и, в несколько сильных взмахов, взмыла по восходящей дуге к самой крыше. Эльвин подал ей руку, когда она тоже ухватилась за ограждение, потом помог ей залезть на скат.

– Молодец! – похвалила она бывшего капитана. – Голова варит! Теперь в порт!

Они успели добраться до конца крыши, когда сзади послышался окрик начальника патруля:

– Оба, стоять! Именем Совета Восьми Домов вы оба арестованы!

Эльвин обернулся. Офицер сжимал в руке небольшое, но очень опасное оружие – остро заточенный метательный диск, оснащенный магическим кристаллом, заряженным заклинаниями. Благодаря усилиям магов, над ним поработавших, это редкое оружие само наводилось на цель, и само же двигалось с огромной скоростью, на той же магии, что и летающие экипажи.

У диска был лишь один очевидный недостаток. Он не мог поразить сразу две цели. И целью для него хотел стать Эльвин, чтобы ею не стала Карина.

– Прыгай! – приказал девушке Эльвин.

– На третьем причале! – шепнула она ему и, сложив крылья, прыгнула с крыши.

Только пролетев половину расстояния до земли, она перешла на планирование, описала дугу и скрылась за углом переулка.

– Я сдаюсь! – Эльвин поднял руки, в надежде, что офицер опустит оружие.

Но тот, вместо этого, снял с пояса самозатягивающиеся кандалы и швырнул их через всю крышу под ноги беглому арестанту.

– Надевай, раз сдаешься! – приказал начальник патруля.

Это в планы Эльвина никак не входило. Единственным, да и то временным, выходом из ситуации была попытка уйти из зоны поражения раньше, чем офицер метнет диск. Если боец, метающий такое оружие, не видит цели, то заклинания самостоятельного наведения и полета не могут работать. Это означало, что у Эльвина будет некоторая фора, но лишь на пару секунд. Это фору предстояло превратить в более весомое преимущество, если получится.