Знаменитые морские разбойники. От викингов до пиратов - Рудольф Баландин

На первых же страницах приводятся сведения, заставляющие вспомнить воззрения средневековых схоластов о неорганическом зарождении жизни и единстве растений и животных. По его словам, есть «одна соленая река, на ветвях деревьев вдоль нее — множество устриц, они очень соленые и хороши на вкус Все эти устрицы растут на ветках и сучьях, а не на земле».

Прибыв на остров Тринидад, Рэли сначала установил дружеские отношения с испанцами (помогло вино, которого они долго были лишены) и индейцами (помогли их обиды на испанцев). Дальнейшие события он изложил эпически спокойно: «Избрав наиболее подходящее время, я вечером напал на караул и, перебив его, послал вперед капитана Колфилда с шестьюдесятью солдатами, а сам двинулся за ним, прихватив с собой еще сорок, и так на рассвете захватили их новый город», который был предан огню «по настоянию индейцев».

Впечатляюще описано плавание к вожделенному Эльдорадо: «Всем нам пришлось и под дождем, и в непогоду, и под палящим солнцем лежать без прикрытия на голых досках и здесь же готовить пищу и везти на этих судах все снаряжение, вот почему суда эти стали столь вредоносными и гнусными. Если добавить, что питались мы почти одной рыбой, изнывали в морской одежде, томимые зноем, в страшной тесноте, то головой ручаюсь — никогда не было в Англии тюрьмы более отвратительной и ненавистной».

Он привел выдержки из донесений испанского путешественника Франсиска Лопеса, посвященные фантастическим богатствам Эльдорадо, сознавая, что «эти сообщения могут показаться необыкновенными». Рассказал он и о неудачах испанцев в колонизации данного района, в связи с чем «эта империя уготована для Ее Величества и английской нации».

Одна из упомянутых им историй очень характерна. В испанском войске, отправившемся на завоевание владений инков, был некто Агирре, авантюрист, завороженный легендами об Эльдорадо. Он поднял бунт, убил руководителей похода и провозгласил себя императором Гвианы и Перу. После мучительных странствий по лесам он добрался до побережья, разорил несколько поселков (один такой городок назвал в честь такого события портом Тирана). Окруженный испанскими частями, он убил свою дочь, сопровождавшую его в походе, сдался в плен и был казнен.

Рэли, подробно сообщая об экспедициях испанцев, то и дело упоминал о золотых дисках и других драгоценных изделиях. Такие свидетельства поддерживали интерес читателей надежней, чем описания природы или людей. Он достаточно высоко оценил физические достоинства аборигенов. Одну индианку счел настоящей красавицей, отметив, что похожую на нее женщину видел — и то лишь однажды — среди английских красоток.

Написал он и о мифических безголовых (в прямом смысле) людях; «Глаза у них на плечах, а рты посреди груди и… меж плеч у них растут свисающие вниз длинные волосы… Сильнее их нет людей во всей стране». Правда, усомнился в реальности их существования.

Экспедицию Рэли можно считать исследовательской. Во время ее он активно пиратствовал, но главной целью было изучение края в надежде отыскать подступы к Эльдорадо. В том, что его совершенно необходимо найти и покорить, сэр Уолтер не сомневался. Хотя прежде всего ему следовало бы выяснить; а существует ли эта страна в действительности?

На первый взгляд может показаться, что Рэли, несмотря на свой ум, жизненный опыт и знания, оказался чересчур наивным, поверив в досужие выдумки фантазеров. Однако будем помнить, что речь идет о времени, отстоящем от нас на века. Тогда европейцам еще были неведомы территории, составляющие большую часть суши, включая два континента: Австралию и Антарктиду. Сведения о дальних странах были скудны, разрозненны, противоречивы, недостоверны, а то и сознательно искажены. Нередко они держались в строгом секрете. То же относится к районам, откуда вывозились драгоценности.

Рэли основывался на услышанных рассказах и своих догадках, когда писал; «Гигантская империя лежит прямо на восток от Перу… и изобилует золотом… И, как заверяли меня испанцы, видевшие Маноа, город императора Гвианы, который испанцы зовут Эль Дорадо, по величине, по богатствам и по превосходному расположению великолепнее любого города на свете.

В дни торжественных празднеств, когда император пьет со своими вассалами и губернаторами, соблюдается такой обычай: все пьющие за его здоровье сперва раздеваются донага и смазывают тело белым бальзамом. Особые служители императора, превратив золото в белый порошок, выдувают его через полый тростник на их умащенные тела, пока все они не засияют с ног до головы, и так они сидят десятками и сотнями…»

Возможно, Рэли вдохновлял рассказ Хуана Мартина де Альбухар (Хуана Мартинеса) о его посещении Эльдорадо. Хуан побывал в плену у индейцев, которые уничтожили всех членов испанского отряда, вышедшего на поиски «золотой страны».

По словам Мартинеса, его с завязанными глазами привели к воротам города Маноа, по которому он шел два дня, пока не попал во дворец императора Инки. Через семь месяцев Мартинеса по его просьбе отпустили, подарив якобы столько золота, сколько способны были унести несколько слуг. Однако на обратном пути их ограбили какие-то индейцы. Лишь с бусинками золота удалось ему добраться до Тринидада.

Тут пора вспомнить о пиратском набеге Рэли на остров. Судя по всему, эта разбойничья акция имела уникальную цель: добычу информации. Ведь грабить в захваченном городишке было практически нечего, а уж устраивать пожар вообще вряд ли имело смысл… Если не учесть одно обстоятельство.

Дело в том, что пожилой губернатор Тринидада Антонио де Беррио много лет выведывал все, что мог, о местонахождении Эльдорадо, совершил несколько экспедиций в джунгли Венесуэлы, а также, как предполагалось, приобрел документы о путешествии Хуана Мартинеса.

Вот что требовалось Рэли: получить материалы об Эльдорадо. Именно для этого он взял в плен Антонио де Беррио. По-видимому, после сожжения города губернатор стал сговорчивее и сообщил те сведения, которыми владел. Но несмотря на упорные блуждания в бассейне Ориноко, англичане не встретили ни Эльдорадо, ни его признаков, ни, естественно, золота.

Вернувшись в августе 1595 года в Лондон, Рэли написал отчет и стал готовиться к новой экспедиции. Если он и совершил какое-то открытие, как заявил о том в названии своей книги, то только для себя лично и для тех авантюристов, которые, прочтя ее, бросились на поиски «обширной, богатой и прекрасной Гвианской империи».

Убедительности сочинения немало способствовала приложенная к нему карта, где изображалось легендарное озеро Парима («больше Каспийского моря») и вожделенная страна сокровищ. Хотя не вполне ясно, верил ли он сам в Эльдорадо? Ведь этот человек был очень непрост.

Немецкий историк фон Пфлуг-Гартунг назвал его «искателем приключений высшего типа», «типичным воплощением той отважной и грубой эпохи». В Советском энциклопедическом словаре уточнено: «Английский мореплаватель, организатор пиратских экспедиций, поэт, драматург, историк». Более обстоятельную характеристику дал историк географии Я. Свет. По его словам, Рэли был талантлив, дерзок, смел и не упускал ни единой возможности для самообразования: в перерывах между боями Уолтер в совершенстве овладел древними языками; он превосходно знал право, философию, историю.

Бретер, и притом опасный (его называли первой рапирой Англии), завсегдатай всех кабаков и злачных мест Лондона, игрок, душа веселых компаний, он успевал в промежутках между очередной дуэлью и попойкой набросать проект экспедиции в Северную Америку, сразить едкой эпиграммой незадачливого вельможу, часок-другой поработать над историческими сочинениями и урвать минуту для того, чтобы где-нибудь в Саутуроке встретиться с неким Вильямом Шекспиром, юным актером театра «Глобус»…

Возможно, Уолтер Рэли был слишком щедро одарен природой, так и не сумев достойно реализовать свои таланты. В отличие, скажем, от Дрейка он занимался мореходством и пиратством как бы между делом. Семнадцатилетним юношей он сражался на стороне гугенотов во Франции, затем пиратствовал в Атлантическом океане, командуя небольшим кораблем «Фолкон» («Сокол»). Но не прошло и года, как он вновь появился на родине.

Немногим позже Дрейка он был посвящен в рыцари, а таковых насчитывалось в Англии всего около трехсот человек. Он удостоился высокой чести благодаря расположению неувядающей «королевы Вирджинии» (девственницы). Впрочем, Рэли недолго оставался в долгу (велика ли честь в рыцарском звании, полученном за доблести, проявленные в королевской спальне?): организовал две экспедиции к берегам Северной Америки и основал там в 1585 году первую английскую колонию, назвав ее Виргинией. Первые переселенцы претерпели много невзгод и почти все погибли, тем не менее эта английская колония стала первым «центром кристаллизации» будущих Соединенных Штатов Америки.