МИСТЕР МОНК ИДЕТ В ПОЖАРНУЮ ЧАСТЬ. - Ли Голдберг

—Что Вы хотите от меня? — спросила она.

—Чтобы Вы поступили правильно и отдали преступника правосудию. Поносите «жучок», — сказал Монк, наконец втиснув салфетку ей в пояс юбки и пятясь назад. — Заставьте его свидетельствовать против себя!

—Никогда! — отказалась она. — Я не ношу «жучки».

—Да Вы много чего не носите, — передернулся Монк.

Она развернулась и теперь танцевала лицом к Монку. Другая барменша подошла сзади, и две девушки сжали его в танце с двух сторон словно сандвич.

—Если бы я спала с таким человеком, как Лукас Брин, то не предала его, — сказала Лиззи. — Я бы лучше умерла.

—Тогда Ваше желание может осуществиться, — пискнул Монк, делая несколько вращательных движений, лишь бы избежать физического контакта с девушками.

—Вы никогда не победите Лукаса Брина, — злобно прошипела Лиззи. — Вы никогда не сравнитесь с ним, человек-кнопка. Вы не в его лиге!

—А что насчет Вас? — парировал Монк. — Думаете, Вы в его лиге? Вы танцуете в баре. Как долго продлится ваша связь, пока он не выкинет Вас, как одну из своих рубашек с монограммой?

Лиззи с партнершей резко разошлись, развернулись и соскользнули со стойки по другую сторону бара, оставив Монка танцевать в одиночестве.

Шоу закончилось.

Девушки вернулись к смешиванию напитков и танцам за стойкой. Лиззи старательно делала вид, что не видит Монка, но это было тяжело. Нелегко игнорировать человека, стоящего на барной стойке.

Монк искал способ спуститься вниз, не касаясь столешницы, но не находил. Я толкнула парня рядом со мной. Он вскрикнул: —Эй! За что?

—Сам знаешь, за что, — грубо бросила я. — Отойди, извращенец. Ему нужно место, чтобы спуститься.

Парень и его облитый текилой приятель отодвинулись в сторонку. Монк спрыгнул со стойки и крепко приземлился на ноги.

—Думаю, я нашел свою тяжелую штучку, — сказал он.

—Рада, что ночь не была полна отходами, — с облегчением произнесла я, уезжая.

17. Мистер Монк и гора.

На следующее утро Монк сидел за кухонным столом и с таким видом поглощал свою порцию подушечек Чекс, словно это его последняя трапеза перед казнью. Именно так я ему и сказала.

—Казнь, по крайней мере, проходит мгновенно, — ответил на это Монк. — А я чувствую себя приговоренным к пожизненной каторге в канализации.

—Это же не на всю жизнь.

—Хоть это обнадеживает.

—Рада, что у Вас поднимается настроение, — улыбнулась я. — Какие рекомендации Вам дал доктор Крогер?

—Он восхищается моей целеустремленностью и преданностью делу. И посоветовал сосредоточиться на желаемой цели, чтобы не замечать окружающую обстановку.

—Это хороший совет. А Вы что ответили?

—А что если цель, которой я хочу достичь — выбраться к черту из окружающей обстановки?!

Прежде, чем пойти на свалку, мы заехали в медицинский магазин на О'Фаррелл, занимающийся продажей экипировки, вроде той, которую носят врачи из Национального Института Здравоохранения, отправляющиеся в африканские деревни остановить эпидемию наподобие лихорадки Эбола или штамма Андромеда.

Монка оснастили жестким шлемом с большой прозрачной маской, ярко-оранжевым комбинезоном, тяжелыми перчатками и сапогами. Защитный костюм шел вкупе с автономным дыхательным аппаратом, наподобие тех, что носят пожарные и утилизаторы опасных материалов. Полностью экипировавшись, Монк стал похож на яркого потомка космонавта и аквалангистки.

Я отклонила предложение Монка купить мне аналогичный наряд. Полагаю, у Гримсли экипировки более чем достаточно. Монк пилил меня все сильнее, но я предложила: если он хочет сделать доброе дело, пусть отдаст мне деньги, которые собрался потратить на еще один глупый костюм. Это его заткнуло.

В Центре Перевозки Гримсли уже ждал нас с комбинезонами, перчатками, ботинками, касками, защитными очками и респираторами. Его рот непроизвольно широко открылся, когда он увидел Монка, выходящего из машины в защитном костюме.

—Это вовсе необязательно, мистер Монк.

—Вы видели гору мусора? — голос Монка раздался из динамиков на шлеме.

—Но я принес все, что нужно для защиты, — объяснял Гримсли. — К тому же, у нас сложная система очистки воздуха, мы контролируем аэрозольные частицы вещества регулярным смачиванием отходов.

—То есть Вы собираетесь помыть нас вместе с мусором?! — ужаснулся Монк. — Кошмар разрастается каждую секунду!

Гримсли вручил мне снаряжение, и пока я надевала его поверх майки и брюк, приготовил кое-какие документы нам на подпись. Это были расписки, освобождающие санитарную компанию от ответственности за повреждения, которые мы можем получить, и болезни, которыми мы можем заразиться, копаясь в гниющих отходах.

Монк подписал бумаги и посмотрел на меня с превосходством: —Бьюсь об заклад, ты сейчас мечтаешь оказаться в таком же костюме, как у меня.

Истина заключалась в том, что он был прав, но мне не хотелось признаваться в этом. Как только документы были подписаны, Гримсли указал на лопаты, кирки и грабли, лежащие в задней части его кара. —Не стесняйтесь использовать все необходимые инструменты. Удачной охоты, мисс Тигер!

Он даже приподнял каску. Мне почти захотелось наклониться в реверансе.

—Благодарю Вас, мистер Гримсли! — я вытащила грабли из кара, вручила Монку и достала себе еще одни.

Я наблюдала, как Монк неуклюже подбирался к мусору. Вдруг он наступил на использованный подгузник и завопил.

Маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества.

Я закрыла рот и нос респиратором, поправила очки и погрузилась в мусор.

Первые час или два тянулись медленно. Я старалась не думать о своем занятии и не обращать внимания на рыдания Монка. Дело пошло значительно легче, когда я решила относиться к своей работе как к некоему социологическому эксперименту — обратить это во что-то вроде игры.

Вместо того, чтобы сосредотачиваться на заурядных, грязных и опасных вещах, которые мне попадались (вроде мертвых крыс и других животных, нежелательной почты, битого стекла, разлагающихся продуктов питания, компакт-дисков с Америка онлайн, исписанных листов, использованных бритвенных лезвий, покрытых соплями Клинексов, прокисшего молока и так далее), я забавлялась разными интересными выброшенными штучками: сломанными игрушками, кассетами с порнографией, виниловыми пластинками, любовными письмами, журналами, фигурками из клочков бумаги, коммунальными счетами, погашенными чеками, зачитанными книжками в мягкой обложке, пожелтевшими семейными фотографиями, визитными карточками, пустыми пузырьками от лекарств, журналами, битой посудой, детской одеждой, треснувшими стеклянными шарами, поздравительными открытками, офисными файлами, занавесками для душа и другими подобными вещичками.

Находя необычную пару обуви или яркую гавайскую рубашку, пыталась представить, каким был их обладатель. Прочла несколько выброшенных писем, просмотрела кучку семейных фотографий и заглянула в пару счетов по кредитной карте, чтобы узнать, что люди покупали.

Время от времени я проведывала Монка, разгребающего мусор и скулившего голосом Дарта Вейдера в депрессии. Внезапно я увидела Монка, тянувшего большой синий мусорный мешок из огромной кучи над ним. Он тащил его, пытаясь высвободить. Я сразу поняла, что произойдет, если ему это удастся.

Я крикнула, чтобы он остановился, но он не услышал из-за своего проклятого шлема. Я рванулась, но было уже поздно. Он дернул мешок, упал на задницу, и огромная лавина мусора похоронила его в одно мгновение.

Я спешила к нему, чтобы выкопать из мусора как можно быстрее. Что задохнется — не волновалась, поскольку у него была автономная подача воздуха. А боялась, что он сойдет с ума.

Я лихорадочно рылась, вдруг ко мне присоединилась дюжина пожарных в полном снаряжении, которые начали отбрасывать мусор огромными шматками. Я взглянула на ближайшего из них и увидела улыбающееся лицо Джо Кокрэна с повязкой на лбу под шлемом.

—Ты зачем сюда пришел? — я никогда еще никого не была так рада видеть.

—Убедиться, что убийца Спарки не уйдет от наказания, —ответил он. — А остальные парни не дежурят сегодня, они вызвались помочь добровольно. Мы подошли как раз когда мистер Монк сбросил на себя гору мусора.

—Тебе же нужно выздоравливать, — озаботилась я.

—Я и так выздоравливаю, — отмахнулся он.

—Одевая костюм и копаясь в мусоре?

—Эй, либо делая это, либо снимая кошек с деревьев и бегая за карманниками, обезопасив мир для демократии.

—Ты прекрасен, — прошептала я. Так бы и поцеловала его, не будь мой рот закрыт респиратором, а руки полны гнилой китайской еды.

—Алаверды, — ответил Джо. — Ты, стоящая по колено в грязи, добиваясь справедливости для собаки, по-настоящему прекрасна!

—Помогите! Помогите! — прозвучал голос Монка из мусора в нескольких метрах от нас. Мы с пожарными сошлись в одной точке и за несколько секунд откопали Монка, схватившего синий мешок как спасательный круг.