Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

Вайат подошел и встал на колени перед маленьким мальчиком, шепча что-то тихим голосом, который должен был услышать только Джейкоб. Мальчик кивнул и обнял Вайата за шею. Тот взъерошил лохматые волосы малыша и попрощался. Казалось, что глаза Вайата покрылись влагой, но он улыбался.

Рэй был тихим и замкнутым с прошлой ночи, но даже он открылся на достаточно долгое время, чтобы обнять мальчика и от души попрощаться с ним.

Слоан не скрывал своих слез. Он и Джейкоб стали очень близки, и на этот раз именно Слоан был тем, кто взял у родителей Джейкоба их контактную информацию, вместо Греты. Он даже спросил, сможет ли он посетить их — через некоторое время, после того, как все уладится.

Джейкоб крепко обнял всех на прощанье, потом помахал и вышел за дверь. Грета не сомневалась, что в конечном итоге он будет в порядке.

Пока они все ждали следующего стука в дверь, Вайат и Сиона ушли на задний двор. Грета хотела присоединяться к ним, чтобы немного подышать воздухом, но остановилась, заметив, как близко они стоят друг к другу. Затем Вайат нежно погладил Сиону по щеке.

После всего, через что они прошли, ее голова гудела от счастья, когда Вайат наклонилась к Сионе и поцеловал ее. Эти двое заслуживали чего-то хорошего, даже если это был всего лишь на один момент.

Вскоре Слоан уехал со своей семьей. Он пожелал Грете удачи и даже пожал руку Айзеку, из-за чего король гоблинов с любопытством долго смотрел ему вслед.

Когда настала очередь Рэя, Айзек и Сиона мудро покинули дом для этого особого воссоединения, хотя Грета не была уверена, куда они исчезли, и панически думала об этом.

Родители Рэя уже знали, что их второй сын не вернется домой. Объяснить причину было сложно. Брат Рэя умер, пытаясь избежать захвата в Милене, но тела не было, и Рэй не мог сказать своим родителям, где его искать. Они рассказали ту же историю, которую рассказали полицейской, — что он поскользнулся и упал со скалы в стремительную реку, и впоследствии они так и не смогли найти его тело.

Были слезы, и безнадежное чувство вины на лице Рэя заставило Грету сжать кулаки. Если бы она нашла этих мальчиков раньше, возможно, она могла бы защитить брата Рэя. Может быть, тогда этот момент был бы для него счастливым.

Когда он собирался уходить, Грета отвела его в сторону и обняла.

— Пожалуйста, постарайся простить себя. — По своему опыту она знала, насколько калечащим и разрушительным может стать чувство вины, и она хотела для него лучшего. — Воспользуйся этим вторым шансом, чтобы почтить память твоего брата, живя в такой безопасной, продуктивной и счастливой жизни, которую он хотел бы для вас обоих.

Он не сказал, что попытается… но также и не сказал, что не будет пытаться.

Когда Рэй ушел, они знали, что Вайат будет следующим. Последним. Последним, кто вернётся домой. Когда день перешел в вечер, и все они ждали, Грета заметила, что он начал нервничал. Она знала, что он жаждет увидеть свою семью, но, возможно, он чувствовал и вину, за то, что уходит.

Сиона не раз пыталась поговорить с ним, но между ними больше не было шепотов и поцелуев. Он отмахивался от нее. Гордость взяла верх, и она, в конце концов, отступила. Всем остальным могло показаться, что ей все равно, но Грета довольно хорошо знала гоблиншу-охотницу. Той было больно.

Через час, когда приехала семья Вайата, он глубоко вздохнул, и сам открыл им дверь. Сначала парень казался сдержанным и стойким, но когда его мать разрыдалась, увидев его, парень спустился по ступенькам навстречу и позволил ей покрыть себя поцелуями.

Грета улыбнулась, когда он повернулся, чтобы попрощаться. Они так много пережили вместе, и Вайат всегда был таким сильным и ответственным. Он заботился о тех мальчиках в Милене, как будто они все были его братьями… и, в лучшем случае, мальчики действительно ими стали.

— Ты свободен, — прошептала Грета. — Теперь свободен, чтобы жить только для себя. Так иди и сделай это, ладно?

Он тяжело сглотнул и кивнул. Его взгляд переместился на Сиону не более чем на полсекунды, но этого было достаточно.

— Попрощайся с ней, — прошептала она.

— Нет, мы… мы попрощались. Будет лучше, если я просто уйду. Легче, — он сделал паузу. — Позвони мне, если понадоблюсь, хорошо? Я могу…

— У нас все будет хорошо, — сказала она безо всякой уверенности. Но это звучало хорошо, и только это имело значение.

Как только он ушел, она и Сиона упали на мягкие кожаные диваны её родителей в гостиной. Айзек остался на месте, и она почувствовала его дискомфорт. Грета послала ему легкую улыбку ободрения, и он кивнул, чтобы дать ей понять, что в порядке.

Грета никогда не чувствовала себя настолько эмоционально истощенной прежде, и ей не нужно было спрашивать, чтобы знать, что все остальные чувствовали то же самое. Когда-то она считала каждого из этих мальчиков нежелательным бременем, ответственность, за которое не была готова нести. Но теперь они просто друзья, и видеть, как они все уходят, было и облегчением, потому что знала, что они наконец-то будут в безопасности, и в то же время, будто от неё отрывали по кусочку.

Было еще хуже, когда мисс Дэвидсон появилась через час и забрала Айзека и Сиону.

Грета знала, что это было лишь на время, но после мальчиков и Вайата, это было похоже на потерю другой части себя. Сколько ещё кусков себя она могла потерять, прежде чем ничего не останется?

Глава 8

Старшая школа. Она на самом деле была в старшей школе.

Мама предложила отвезти Грету и помочь устроиться, но девушка решила пройтись пешком. Ей нужно было время, чтобы подготовиться, они уже посетили директора и в пятницу сделали все по регистрации.

Она не торопилась, чтобы добраться до школьной территории. По-своему, столкнуться с другими подростками было страшнее, чем вступить в бой.

Человеческая девочка-подросток. Это должно быть в порядке вещей. Ничего страшного, правда?

Может быть, было бы не так плохо, если