Смерть Британии! «Царь нам дал приказ» - Михаил Ланцов

– И что, у него есть какая-то ясная программа действий? Или это только желания?

– Он написал целую книгу, которая потихоньку набирает обороты в Италии. «La mia Lotta[55]». Странное название и еще более странное содержание. Алессандро называет новое общество, которое он собирается построить, «третий путь», или «fascismo». По сравнению с его идеями, режим Александра в России – утопический идеал свободы. В общем, я вам пришлю, если пожелаете. Там есть на что взглянуть.

– Если вам не трудно. Признаться, вы меня заинтриговали.

– Вы бы знали, как меня заинтриговал этот Грациани.

– А как вы сами думаете, в этой «La mia Lotta» есть зерно истины?

– На мой взгляд, эта книга чудовищна настолько, что ее нужно сжигать в кострах вместе с теми, в чьих руках ее просто увидели, даже в закрытом виде. Но если отринуть мораль, то да, я считаю, что эта книга, написанная строгим, стройным и доходчивым языком, очень сильна. Если ей следовать неукоснительно, то земля потонет в крови, но эта жертва принесет очень богатый урожай – новое государство, лишенное многих традиционных язв. Назвать его справедливым сложно, но, по крайней мере, оно будет давать шанс пробиваться талантливым ребятам с самых низов на серьезные должности. А это стоит многого.

– Тогда тем более присылайте. Вы же знаете, я готов даже душу дьяволу продать ради благополучия любимой Германии. И…

– Да, друг мой, да. Проверив почву, я поделюсь этой книгой с моим подопечным. Если Вильгельм разделит эти взгляды, то крепкий союз с Италией будет у нас в кармане. Тем более что никаких принципиальных противоречий в Европе между нашими странами не существует.

Глава 10

– Итак, товарищи, – Александр обвел тяжелым взглядом всех присутствующих в кабинете, – вы моя новая команда. Крысы, заведшиеся на нашем корабле, заставили меня переоценить многих. Да, вам не хватает опыта, но я очень надеюсь на то, что вы справитесь. Что вы оправдаете высокое доверие, оказанное вам Российской империей… – начал Император первое заседание Государственного совета в обновленном составе…

Закончился первый этап большой чистки, которая отправила в застенок свыше двух тысяч чиновников имперского и регионального уровня. Не всех, конечно, но обновленная Имперская контрразведка рыла так, что ничто и никто не мог спрятаться от ее проницательного взора. Михаил Прохорович не испытывал ни жалости, ни сострадания к своим бывшим коллегам, и на то имелись причины – вся его семья погибла во время неудачного покушения, совершенного оперативной группой Быкова. И он мстил.

Император сделал свою ставку на Михаила Прохоровича и не ошибся, обретя, наверное, лучшего начальника контрразведки. Для остальных же Михаил Прохорович превратился в чудовище, от упоминания имени которого у «товарищей», которым было что скрывать, выступал холодный пот и надолго портился стул. Одержимый навязчивой идеей справедливости, выходец из крестьянской среды, бывший рекрут, прошедший Крымскую войну и все кампании 60—70-х годов… он был поистине ужасен. В нем многое переплеталось причудливым узором, и природная сметливость, и безумная жестокость, лишенная, впрочем, какой-либо эмоциональности, и чудовищная работоспособность… В марте-апреле 1884 года чиновничество Российской империи впервые за последние двенадцать лет прочувствовало железистый аромат собственной крови. И холодный, казалось бы, совершенно ничего не упускающий взгляд волкодава, готового растерзать любого, кто дерзнет пойти против интересов России. Особенно после того, как пошли слухи о применении какого-то секретного медицинского препарата, заставляющего говорить правду. Безусловно, в руках Михаила Прохоровича не было пресловутой «сыворотки правды», но как мощный сдерживающий фактор эта «утка» оказалась очень кстати.

Под стать Кривоносу оказался и новый начальник Имперской разведки Павел Ильич Плотников, недавно сменивший уже немолодого Ковалева. Сын простого рабочего из Нижнего Новгорода смог сделать блистательную карьеру. Благодаря случайности он попал в одно из начальных технических училищ, где его заметили и стали продвигать. Потом было среднее техническое училище. Обучение в Московской Императорской военно-инженерной академии. Участие в Среднеазиатской кампании 1871–1876 годов, в ходе которой Павел Ильич зарекомендовал себя умным, дерзким и решительным командиром, не рискующим без дела своими подчиненными. Курсы повышения квалификации. Разведывательно-диверсионная школа. Успешная работа на французском и итальянском направлениях. В общем – помотала его жизнь не меньше, чем Михаила Прохоровича. Но несчастья обходили его стороной. Вот и теперь, когда началась эта кровавая весна, он легко прошел проверку и после недолгих пертурбаций возглавил Имперскую разведку, хотя о том и мечтать не мог.

Александр посмотрел на своих бойцов холодными и внимательными глазами и понял, что среди них нет ни одного аристократа старой школы. Ни одного родовитого да столбового. Даже тех, кто был дворянином до поступления на службу к Императору, было всего трое. Остальные приобрели этот статус только в результате своих заслуг на службе. Ситуация казалась чрезвычайно необычной для своего времени, так как все эти люди поднялись с самых социальных низов своими силами, своим упрямством, своим трудолюбием и умом. Волкодавы, которых поискать. Злая свора. Умная свора. Безжалостная свора. Даже руководители таких, казалось бы, мирных направлений, как Министерство иностранных дел, просвещения и науки, в боевой обстановке вряд ли бы растерялись. Император невольно вспомнил сцену из знаменитого советского кинофильма «Дежавю», когда американский профессор-энтомолог, будучи по совместительству гангстером из Чикаго, прекрасно сдает нормативы по стрельбе. Ощущение подобных «профессоров» при виде получившейся у Александра команды не отпускало его. Страшно… даже ему было страшно.

Новый состав Государственного совета был невероятен для своего времени. Еще несколько лет назад Император не мог даже представить, что сможет собрать таких людей на столь влиятельных должностях. Теперь же он наблюдал их перед собой. Да не просто так, а поучая и наставляя.

– Поэтому, товарищи, перед нами стоит важная задача – завершить начатое дело. Чтобы ни у кого из вас не было сомнений, то я прямо заявляю – интересы Империи превыше всего. Тот, кто решит встать на пути их реализации и продвижения будет уничтожен. Если же для благополучия России потребуется уничтожить все остальные государства, то так тому и быть. Времена компромиссов безнадежно уходят в прошлое. В Италии поднимает голову новое социально-политическое течение, ставящее итальянцев выше всех остальных народов. В Великобритании такая традиция главенствует уже несколько веков. Германия в ближайшее время заразится чем-то аналогичным. И я говорю вам – для России интересы наших подданных отныне стоят несопоставимо выше пусть даже иностранных королей. Это наша страна, и мы с вами стоим у ее руля, чтобы сделать все возможное для ее процветания.

Глава 11

Алессандро Грациани сидел за своим письменным столом и уже третий раз вдумчиво перечитывал то, что ему доложили из Константинополя разведчики.

– Какая-то дикость, не находите? – он бросил последний листок на стол и поднял глаза на начальника своей разведки.

– Дикость? – удивленно переспросил Винсенто дель Бачо.

– Да, сущая дикость! Вы ведь в курсе, что именно благодаря помощи русских друзей мы смогли обуздать безудержность римской католической церкви. А что творят они сами? Я бы понял, если бы на престоле сменился Император, но ведь этим всем ужасом руководит один и тот же человек. Зачем он это делает?

– Мне кажется, он пытается уничтожить все иные религии, кроме христианства, в своих владениях.

– Это и так ясно, Винсенто. Какая ему с этого польза?

– Не знаю, – задумчиво произнес руководитель итальянской разведки. – А вы знаете, мне кажется, тут есть небольшой подвох.

– В самом деле? Какой же?

– Вы понимаете, вместе с достаточно безапелляционным вытеснением всех иных религий с территории Российской империи Александр меняет и само православие. Оно сейчас и оно же лет двадцать назад – две большие разницы. Вы понимаете? Ну, смотрите. Во‑первых, он смог захватить Константинополь и взял под свой контроль самый высокий престол в традиции православия. Фактически престол Константинополя для православных является чем-то аналогичным кафедре Ватикана для католиков. Во‑вторых, он возродил патриаршество на территории Империи, упразднив все автономии и вариации. Фактически он ввел единый стандарт религии, остальные выставив ересью. В‑третьих, он создал фактически большой Ватикан, только православный, на базе Константинополя. Огромный город-храм, город-монастырь. В‑четвертых, он полностью пересмотрел очень многие постулаты православия и под лозунгом «возвращения к истокам» очень сильно его изменил. Помните те знаменитые дневники Филарета?