Война сынов (ЛП) - Ребекка Дессертайн

– Все назад, – приказал полицейский постарше. – У нас всё под контролем.

Он высунул голову из окна и без особого рвения попытался поймать туго натянутую веревку.

«Надо выбраться на крышу, – понял Сэм. – Если они втянут его сюда, мы застрянем в тюрьме до самого Апокалипсиса».

Шанс сбежать выпал тогда, когда второй полицейский попытался связаться с диспетчером. На выходе из гостиной Сэм заметил ползущего к двери Уолтера и вспомнил, что тот говорил о Свитке Войны: «Если им завладеют не те люди… Что ж, плохо будет». Каковы шансы, что они с Сэмом на одной стороне? Несмотря на сильный порыв поступить ровно наоборот, Сэм решил не бросать парня. Подхватив Уолтера под руку, он помог ему выйти из номера и добраться до лестницы.

– Спасибо, – сбивчиво выдохнул Уолтер.

– Не стоит, – отозвался Сэм.

Он не хотел благодарности от Уолтера, пока не решит, что с ним дальше делать. Войдя в лифт, он нажал на кнопку тридцать пятого этажа.

– Вниз, – просипел Уолтер. – Нужно выбраться на улицу.

– Ваша дочь болтается на веревке, Уолтер. Собираетесь просто оставить ее так?

– Да? Она жива?

– Будет мертва, если мы быстро не вытянем ее на крышу.

Они вышли из лифта и поднялись по служебной лестнице так быстро, насколько позволили раненые ноги Уолтера. На крыше они обнаружили смуглого коренастого мужчину, который уже силился втянуть Дина и Джулию наверх.

– Что, господи помилуй, там внизу творится? – спросил он, кивнув на изодранные ноги Уолтера.

Сэм попытался подыскать подходящие слова, чтобы объяснить происходящее. Как обычно, подвиги братьев Винчестеров не поддавались никакой логике.

– Коммунисты, – решительно отозвался он.

Это было лучшее, что Сэм мог сделать.

– Помоги мне поднять их.

К этому моменту остальные мойщики окон бросили работу и полностью сосредоточили внимание на Дине и Джулии. Дин, упершись ногами в стену, по горизонтали отодвигался от по меньшей мере трех пар рук, тянущихся из окна. Значит, прибыло подкрепление.

«Скоро они догадаются подняться сюда».

Механизм, использовавшийся для подъема мойщиков окон был только чуть сложнее заводной рукояти, присоединенной к системе блоков и рычагов. Смуглый навалился на рукоять всем весом, но никак не мог повернуть ее. Сэм присоединил к внушительной тяжести парня свою силу. Объединенными усилиями им удалось повернуть рукоять, но та подавалась очень медленно. Такими темпами подъем обещал занять минут десять.

– Уолтер, не поможете? – окликнул Сэм.

Но он сам видел, что Уолтер не в состоянии заниматься физическими упражнениями. Он был бледен от потери крови. Вся его энергия уходила на то, чтобы стоять прямо.

– Эта штука не рассчитана на двоих, – предупредил итальянец.

Сэм оглядывал крышу, пытаясь найти другой выход. Если бы он знал, около какого номера сейчас находится Дин, то мог бы выбить окно и втащить брата внутрь. Но полиция, разумеется, вот-вот примет то же решение, а они куда ближе к Дину.

– Насколько длинная веревка? – спросил Сэм, придя к решению.

– Длинная.

– Достаточно длинная, чтобы опустить их на землю?

Мужчина подумал немного, разглядывая толстую скрутку:

– Должна быть.

Сэма этот план не вдохновлял, но иного выбора не было. Он кивнул, и они вдвоем принялись быстро раскручивать рукоять. На въезде на 50-ю улицу собрались полицейские автомобили.

«Вверх или вниз, но я отдаю Дина копам. Всё лучше, чем если он упадет», – думал Сэм, вращая рукоять.

Когда они отмотали примерно половину веревки, раздался выстрел. Заглянув через край, Сэм увидел, как Дин влезает в окно – разбитое, очевидно, выстрелом из второго дробовика.

– Планы меняются, – сказал Сэм Уолтеру, который нетвердо навалился на перила. – Мы отправляемся в тоннель.

***

Окно Дин выбрал наугад. То, что номер принадлежал симпатичной азиатке, было чистым совпадением. То, что она как раз вытиралась после душа, было, по мнению Дина, божественной наградой свыше за спасение жизни Джулии. «Если Бог, конечно, есть, – включилась логическая часть мозга. – Всё указывает на его отсутствие».

К сожалению, ситуация требовала спешить. Но если бы в 1954 году существовали мобильные телефоны, Дин бы обязательно оставил номерок.

Он решил, что безопаснее пойти по лестнице, чем ехать на лифте. Перескакивая через ступени, он практически галопом понесся вниз по лестнице. Сумка колотила его по спине. Джулия, несмотря на всё пережитое, от него не отставала. Когда они добрались до последнего этажа, Дин понял, что нужно перейти на другую лестницу, а значит, пересечь фойе.

– Ты вообще знаешь, куда идешь? – резко спросила Джулия.

Дин только фыркнул в ответ.

– Потому что если нет, я просто пойду своей дорогой.

– Мы тут с тобой вместе, сахарок. Но если хочешь выбраться отсюда свободной женщиной, единственная правильная дорога – моя.

Кажется, это заставило ее замолчать. Но ненадолго.

– Сдается мне, вы грандиозно сорвали наш план.

– Взаимно.

– Эй, я спас твою задницу. Если бы не я, ты бы стала еще одной птичьей кляксой на тротуаре.

Джулия открыла было рот, но не нашла слов.

– Вот-вот. А ты что для меня сделала, если не считать того, что вытолкнула из окна? Я понял, что от тебя будут сплошные неприятности в ту же секунду, как тебя увидел.

– Ты захотел переспать со мной в ту же секунду, как меня увидел, – парировала Джулия.

– Но не переспал же. Потому что понял, что от тебя будут сплошные неприятности.

Они добрались до первого этажа, но тут за дверью раздались многочисленные голоса.

– Тихо.

Джулия бросила на него сердитый взгляд и прошипела:

– Это ты тут языком мелешь.

Точно рассчитав время, Дин и Джулия проскользнули в украшенный часами вестибюль незамеченными. Практически все спешили на улицу, узнав, что сверху кто-то выпрыгнул. Дин придержал дверь на ведущую к гаражу лестницу, но тут понял, что Джулии за спиной уже нет. Оглядев помещение, он увидел, как она шагает к главному выходу.

– Хочешь, чтобы тебя арестовали? – поинтересовался Дин, догнав ее.

Джулия – теперь она была холодна как лед – развернулась к нему:

– Мне нужно то, что в дипломате. Ты просто не представляешь, насколько это важно.

– Наоборот. Это мне нужен свиток. И это ты не представляешь, насколько он важен. Но никто из нас за ним не пойдет.

– Тебя меня не остановить.

Дин интимно наклонился к ней:

– Если ты собираешься на улицу, по крайней мере, скажи мне, что у тебя осталась пушка.