Лиса в аптечной лавке - Наталья Шнейдер

– Чайник вскипел, миледи, – сказала кухарка. – Я заварила чай, когда услышала, что пришли гости.

– Спасибо. Будь добра, возьми в угловом шкафу креманки, в хол… «вечном ящике» мороженое и разложи.

Я начала расставлять на подносе все, что нужно. Чашки, чайник, десертные тарелочки, блюдо с хворостом. Нет, на один поднос не поместится.

– Поставь вот сюда и помоги мне донести. – Я достала второй поднос.

– Да, миледи. – Она подхватила его и креманки.

Я двинулась к гостиной и едва не выронила еду из рук, когда за спиной загрохотало.

Я обернулась. Кухарка опиралась о стену, хватая ртом воздух, у ее ног валялся поднос, шарики мороженого разляпались белыми пятнами.

– Тебе плохо? – встревожилась я, лихорадочно соображая, как освободить руки и помочь женщине сесть.

– Нет-нет, мне хорошо, – запротестовала она, кое-как отлепляясь от стены.

Да, я вижу, как хорошо, вон снова в сторону повело. И лоб блестит от пота.

– Я подвернула ногу и… простите, миледи, я такая неуклюжая. Слава богу, мороженое еще осталось, сейчас я положу и все приберу. За посуду вычтете из моего жалованья, как это обычно делают. Просто подвернула ногу, я совершенно здорова.

Это упорное «я совершенно здорова» звучало слишком уж настойчиво. Конечно, никто не станет держать в доме больную прислугу, да еще и слухи пойдут, и в другой дом не устроится.

– Хорошо, – согласилась я.

Когда гость уйдет, непременно расспрошу кухарку, что с ней. В конце концов, в доме целый придворный целитель есть. Хотя снизойдет ли он до кухарки? Я-то давно не врач, только теоретические знания и остались, да и те…

– Еще раз простите, миледи…

Поняв, что единственный способ прервать поток извинений – просто уйти, я так и поступила. Вернувшись к гостю, расставила тарелочки и чашки, разлила чай, то и дело поглядывая на мужа, и судя по тому, как он едва заметно опускал ресницы в ответ на мои взгляды, все делала правильно.

– Сейчас принесу мороженое, – пропела я и удалилась, шурша юбками и чувствуя спиной взгляды обоих мужчин.

Интересно, если качнуть бедрами, как это делалось в нашем времени, будет заметно под всеми этими слоями ткани? Или лучше не рисковать? Но походка вспомнилась сама собой, и, судя по тому, как принц «завис» на полуслове, сработало. Я мысленно хихикнула. Ксандер взбесится, но эта мысль не напугала, а развеселила.

Вообще странно, как резко у меня изменилось настроение с утра. То я всего боялась, срывалась по любому пустяку и готова была пристукнуть любого, кто не успеет увернуться, а сейчас… Нет, я не превратилась в воплощение спокойствия, но стала гораздо уравновешенней. Сейчас я больше напоминала себе… себя такой, какой привыкла быть.

Что изменилось? Браслет? Я в который раз тронула тонкий обруч и вдруг осознала, что Ксандер натянул его на меня, не помечая собственность, а чтобы принц не начал задавать вопросы. «Я-то мужчина, мне все равно, а вашей репутации конец», – вспомнилось мне.

Или я опять домысливаю за него, придумывая невесть что?

Как бы то ни было, браслет ни при чем. Легче мне стало раньше. Когда Ксандер убрал аневризму и рубцы – по крайней мере сказал, что убрал.

Я даже остановилась на миг. Похоже, именно в этом и дело: поражение мозга отразилось на психике, пусть не напрямую, добавив мне проблем с самоконтролем. А Ксандер меня вылечил.

Спросить у него, что ли, действительно ли в этом дело? Я не слишком сильна в неврологии.

Нет, опять скажет, что я притворяюсь и сочиняю отговорки. И если «гомогенность» можно объяснить, дескать, услышала от отца, и запало в память слово, то объяснить, откуда я знаю о влиянии органических поражений мозга на психику, так просто не получится.

А ведь все равно рано или поздно придется объяснять. Если я решу заняться делом, у мужа неизбежно появятся вопросы.

«Вот когда появятся, тогда и буду думать», – решила я, снова заходя в кухню.

Руби уже разложила мороженое по креманкам – хорошо, что мы с самого начала сделали с запасом! – и теперь, присев на корточки, собирала с пола осколки.

– Сейчас я все уберу, миледи, – заверила она меня.

– Хорошо, и отдохни потом. Голова не кружится?

– Я просто оступилась, – упрямо повторила она. – Я совершенно здорова.

Покачав головой, я вернулась к гостю.

– У вас отличная кухарка, – сказал принц, попробовав мороженое.

– Спасибо, ваше высочество, я ей передам. Уверена, ей будет приятно это услышать.

От меня не ускользнула улыбка, промелькнувшая на лице мужа. Принц между тем не унимался:

– Все же я считаю, что граф неправ, заставляя молодую жену жить в таких, – он покрутил кистью, точно подбирая слова, – суровых условиях.

– Это мой дом, и я люблю его, – сказала я так мягко, как могла.

– Простите, я вовсе не хотел сказать что-то плохое о вашем доме. Но вам наверняка тяжело справляться с ним почти без прислуги. В особняке Гилбрайт больше дюжины слуг, и я считаю, что, – он многозначительно посмотрел на Ксандера, – дом в отсутствие хозяев требует меньше забот. Ваш супруг вполне мог бы перевести их сюда вместо того, чтобы с первых же дней подвергать вас испытанию.

Интересно, кого принц сейчас проверяет – мужа или меня? Я захлопала ресницами.

– Прошу прощения, ваше высочество, но я не могу с вами согласиться. Я считаю, что граф Гилбрайт поступил как по-настоящему заботливый супруг, давая мне время побыть в родном доме и освоиться со своим новым положением.

Жаль, что нет фотоаппарата, кажется, даже гипотетические красные панталоны не шокировали Ксандера до такой степени.

– Мне было бы куда труднее сразу пытаться справиться с такой уймой слуг, – продолжала я. – И я привыкла…

Договорить я не успела. Перед принцем повисло облачко, из которого соткалась голова в золотистых локонах.

– Ка… ваше высочество. Кажется, началось… Вы обещали, что придворный целитель…

Принц подскочил и обратился к Ксандеру:

– Поедешь в моем экипаже…

Муж невозмутимо отхлебнул чай.

– Сядьте, ваше высочество. Роды – это надолго.

– Ксандер, не при твоей… – возмутился принц.

Мне надо было покраснеть и рухнуть в обморок? Я изобразила улыбку Джоконды и ковырнула ложечкой мороженое. Муж продолжал, тоже совершенно не смутившись:

– Допивайте чай, ваше высочество, мне как раз подготовят экипаж. Неизвестно, насколько это затянется, и я не намерен идти домой пешком.

Глава 19

Закрыв за мужем дверь, я облегченно выдохнула. Повезло, что какая-то дорогая принцу дама собралась рожать именно сейчас. Интересно, что бы Ксандер делал, если бы это случилось во время нашего бракосочетания? Самого принца там, похоже,