Фарги Падающая звезда - Лариса Куницына

— Точно, в просторечии — отбросы.

— Все убийства произошли возле дороги или на проезжей улице. Возможно, убийца был на машине. А, может, он перевозил жертвы в нужные места?

— Возможно, но судя по обилию крови, убивал он их на том месте, где их находили.

— Убить так девушек — ладно, но грузчика…

— Он был хорошо «нагружен», — пояснил Джон. — Говорю же, возвращался из кабака. Но в любом случае, это мог быть «удав».

— Удав?

— Есть такие мутанты, — объяснил Брай. — Они парализуют жертву взглядом, а потом делают с ней, что захотят. По крайней мере, Мелис ищет такого. Сутенёр был трезв и не робкого десятка. К тому же с пушкой в кармане.

— Я хочу посмотреть на знаки.

— Посмотришь. У тебя впереди целый день. База данных в полном вашем распоряжении, а Джерри охотно составит вам компанию. Мне же нужно заняться вашими документами и легендой.

— Зачем нам легенда? — Кристоф перевёл удивлённый взгляд с карты на Джона.

— Ты собираешься объявлять на каждом шагу, что ты археолог с Рокнара?

— Я никому ничего не собираюсь объявлять. А если кто поинтересуется, то они узнают, что я бродяга Ближнего Космоса. И это будет соответствовать действительности.

— А ты? — Джон посмотрел на меня.

— Меня мой имидж устраивает. До сих пор он не мешал мне в моих изысканиях.

— Хорошо. Но карту Галактбанка ты оставишь здесь. Я дам тебе другую, с ограниченным количеством нулей. Скажем, с тремя.

— Я буду чувствовать себя стеснённо.

— Ничего. Она будет постоянно пополняться, а если разово потребуется большая сумма, ты её получишь без задержки. Честно говоря, и сумма с тремя нулями — это уже риск при любителях почистить чужой счёт.

— Ладно, — без особого желания согласилась я.

— Компьютерное оснащение? — повернулся ко мне Брай.

— У меня всё с собой.

— А мне планшет с объёмной памятью, — произнёс Кристоф, — и камеру в браслет.

Брай кивнул.

— Оружие? — спросил Джерри.

— У меня есть меч, — ответил Кристоф. — Больше мне ничего не нужно.

— Тоже работаешь руками? — вздохнул тот. — А ты?

— У меня есть лучевой клинок и «оленебой». Я буду благодарна, если ты подыщешь мне энергокристалл для подзарядки.

— Сделаю.

— И ещё, когда-то у меня был удобный пояс с пенальчиками, а в них масса полезных вещей: аптечка, взрывчатка, дымовые шашки.

— Джентльменский набор? Я подберу унифицированный комплект.

— Ну, а одежду смените вечером. Теперь можно вернуться к файлам Мелиса.

— Одежду? — переспросила я ошарашено.

— Ты что, полагала, что мы позволим тебе разгуливать по Эйку в костюме за три тысячи кредов от лучшего модельера Рокнара? — уточнил Джерри. — Милая, я тоже обожаю дорогие шмотки, но вынужден ходить в кожаных штанах и не мыться неделями. Зато я жив.

— Но Фарги…

— Фарги мог свернуть шею кому угодно одним взглядом. И иногда делал это. И в Луарвиге об этом знали. Поэтому он и мог позволить себе пропагандировать бело-голубую гамму. Но последнее время и он отказался от этого. Так что не дури. В его шкафах полно убойных тряпок на все случаи жизни, в которые он наряжал своих натурщиц. Либо ты выйдешь в город в подходящем наряде, либо не выйдешь вообще.

Взгляд голубых глаз Джерри был холоден и непреклонен.

— Надеюсь, стричься мне не придётся, — пробормотала я и, подтянув к себе пульт, развернула на экране первый файл из досье Мелиса.

Глава 11. Ночь в портовом городе

Над Луарвигом снова нависла ночь. Мы медленно двигались по запутанному лабиринту портовых складов. Джерри взялся проводить нас до дороги Келха и теперь с сумрачным видом сидел за рулем «Огненной стрелы». Наверно для Джона было большой жертвой уступить нам свой спидер, и более всего его беспокоила не сама машина, а корпус, покрытый росписью, — один из немногих автографов Фарги, существующих в единственном экземпляре. Но Джон даже не заикнулся о том, чтоб мы постарались не поцарапать его сокровище. Он только сказал, что «Стрела» — это наиболее подходящий вид транспорта в такой ситуации.

Кристоф сидел рядом со мной, задумчиво постукивая пальцами по борту машины. Открытие, которое мы сделали сегодня днём, во многом изменило наш взгляд на эту историю, и, по меньшей мере, накрепко связало гибель Фарги с убийствами в Луарвиге. Нам достаточно было одного взгляда на знаки, которые Ночной Купса вырезал на груди у своих жертв, чтоб понять, что они того же происхождения, что и руны на серебряной двери хранилища. Если никто на всей планете не мог расшифровать странные знаки, то понятно, что послание было адресовано одному единственному человеку, для которого эта тайнопись была родным языком. Когда мы поделились этой идеей с Джоном, он сказал, что в таком случае понятно, почему первые два послания были одинаковыми. После убийства Джулия Кларка полиция держала в тайне найденные на его груди кровавые руны, но после второго убийства, не добившись расшифровки, передала рисунок прессе в надежде, что найдётся кто-то, кто сможет его расшифровать. Таким образом, послание дошло до адресата, и Фарги, понявший его смысл, взялся за дело, пометив начало своего пути жутковатым номером первым. Я с дрожью вспоминала шесть сочащихся кровью царапин на его плече. Это мог быть отголосок давней стычки со злом, а, может, символ чего-то, что он почувствовал и узнал.

Кристоф не мог сказать точно, где именно на двери расположена надпись, которую ему перевёл когда-то Фарги. Да и перевод мог оказаться не дословным. Но это было единственным ключом к тайным письменам на человеческих телах, оставленных противником Фарги. Первые, скорее всего, были вызовом, но остальные? Нам нужно было это знать. Брай сказал, что попробует найти ключ к этой письменности, но особого энтузиазма в его голосе я не услышала.

Теперь в полной тишине мы ехали по узким проходам между ржавыми коробками заброшенных ангаров и бесконечными бетонными стенами ограждений действующих складов. Над нашими головами время от времени проплывали тяжёлые мосты кранов и поблескивающие разноцветными огоньками эстакады. Джерри холодно смотрел на дорогу впереди.

Он изменился до неузнаваемости, снова надев личину Джера Пустынного Льва. Жёсткие ремни, стягивающие его