Наследник не для мужа - Кэти Свит

до небес и парю в вышине. Нажим, круг, игра, снова резкий укол сладкой боли, его поцелуй в шею, язык на чувственном местечке у ее основания, ускорение интенсивности ласк.

— Мммм, — закусываю губу, чтобы не закричать от удовольствия. Перед Волковым невозможно устоять!

— Не сдерживайся! — прокладывает поцелуями дорожку от шеи до груди и обратно, поднимается чуть выше, вбирает мочку уха, проходится по нему языком. — Нас никто не услышит, — ускоряет ласки языком, дыханием пробуждает дремлющие эрогенные точки, скручивает пальцами второй сосок, внизу творит невообразимое с моим клитором и я достигаю предела. Меня разрывает на тысячи миллионов осколков, рассыпает по ветру, уносит далеко-далеко. Я стону, я кричу, я мечусь из стороны в сторону, а Влад держит меня на вершине и не позволяет спуститься вниз.

По телу проносится новый виток сладчайшего наслаждения, закрываю глаза, отдаюсь чувствам, громко кричу, отпуская контроль, вверяя себя в умелые руки любимого мужчины. Часто и мелко дышу.

— Хорошая девочка, — жаркий шепот пробуждает дремлющий вулкан. Раздвигаю ноги в разные стороны, обхватываю его за талию, притягиваю к себе. Бархатная горячая головка упирается в моё лоно, от бури, разрывающей душу на части, забываю дышать. — Сладкая, — лёгкое касание губами виска. — Нежная, — невесомый поцелуй в скулу. — Любимая, — нос. — Моя, — мужчина накрывает губами мои, впивается страстным поцелуем, минуя барьеры и ломая преграды. Наши языки встречаются и начинают плясать, лаская друг друга. Прекрасный танец любви, преклонения и безудержной страсти отзывается в пламенных сердцах.

Мощный рывок, одно движение, я оказываюсь наполнена до предела. Готовый упругий орган врывается в моё тело, выбивая из лёгких воздух. Громкий стон чистейшего удовольствия отлетает от стены рикошетом, не могу контролировать себя, тянуть за поцелуем к нему. Но мужчина ловит руки, бережно, чтобы мне не было больно, заводит их высоко над моей головой и удерживает одной рукой, не даёт коснуться своего тела.

В груди зудит, несдержанный порыв гнева собирается выплеснуться на волю, но Влад сминает мои губы грубым, жёстким поцелуем, с неимоверным напором принимаясь трахать своим языком мой рот. Сногсшибательно! Невыносимо прекрасно! Ощущения не передать! Волков раз за разом погружает свой член в моё лоно, сверху же с необузданной страстью имеет мой рот. Он выбивает все мысли из головы, отключает рассудок, подчиняет желания, насыщает.

С каждым новым толчком, с каждым новым проникновением внизу живота закручивается тугая спираль. Виток за витком, она начинает пружинить, Влад чувствует это и усиливает напор. Он стирает из моего прошлого другого мужчину, забирает горе, вырывает из глубины души боль. Сжигает мосты, ломает преграды, возводит новые якоря, забирает мой страх.

Я стала чистым пламенем, податливым воском, мягким пластилином, способным принять любую форму, которую хочет увидеть творец. В его сильных руках я возрождаюсь из пепла, вновь понимаю, как сильно любима, вновь Влад доказывает, что не оставит меня.

— Ахх! — вырывается из приоткрытого рта, вновь из лёгких выбивает весь воздух. Влад нависает сверху, безудержно засаживает свой орган в меня. Я подаюсь вперёд, выгибаюсь, хочу быть к нему ещё ближе, хочу чувствовать его везде.

— Влад, — прошу его, едва найдя возможность сказать хоть слово, а то с его напором, мозги улетели в трубу. — Позволь мне дотронуться до тебя, — ладошки аж сводит от желания к нему прикоснуться. Мужчина застывает, словно я попросила нечто запрещённое. Напрягается.

— Не сейчас, — отстраняется, а мне от досады хочется плакать.

Влад же вновь не даёт ни подумать, ни что-либо сказать. Мужчина приподнимает меня, разворачивает на сто восемьдесят, позволяет обхватить руками его за шею и опускает на свой каменный ствол, вырывает в очередной раз из моей груди громкий стон, глушит его поцелуем и я вновь тону в наслаждении.

Глава 45. Влад. Новости с работы

После очередного бурного оргазма мы без сил падаем на кровать. Арина что-то бормочет, но усталость и расслабленность берут своё, она мгновенно засыпает. Я очень хочу лечь рядом, притянуть её к себе и уснуть, чувствуя каждый сантиметр её обнаженного тела своим. Но нельзя.

Сергей говорил, что после того ДТП девушка просыпается посреди ночи с дикими криками, ей снятся кошмары. Стоит представить реакцию, если она увидит мои шрамы в таком состоянии и мне становится противно от себя самого. Уродец. Пусть и обладающий благородным сердцем, влиянием и бла-бла-бла. Факт остаётся фактом.

Глаза давно привыкли к темноте, я без труда вижу каждый изгиб стройного женского тела, прохожу по нему взглядом, очерчиваю линии, задерживаюсь на небольшом округлом животике и застываю, не смея дышать.

Там наш ребенок.

Маленький человечек, который будет расти в любви и безопасности. Кроха, чья жизнь сейчас всецело зависит от нас. Горы сверну, но не допущу, чтобы с ним или с Ариной что-то случилось. Я теперь всегда буду рядом.

Кладу руку на округлость, закрываю глаза, концентрируясь на контакте, пытаюсь почувствовать малыша. Или малышку.

Лёгкий, еле ощутимый толчок в ладонь. Распахиваю глаза от удивления, резко отстраняю руку, в груди все бурлит. Сердце бешено колотиться, давление подскакивает, голова снова начинает болеть. Блин! Я опять пропустил время, чтобы выпить таблетки.

Кидаю настороженный взгляд на живот любимой женщины, больше не решаясь дотронуться до него, накрываю её одеялом и поднимаюсь с кровати. Одеваюсь.

Лекарства лежат как всегда на своем месте. Беру коробку, кладу на ладонь несколько капсул, руки немного трясёт. Сажусь. Закидываю лекарство в рот, делаю несколько спасительных глотков воды и откидываю голову назад, облокачиваюсь на стену. Ожидаю, чтобы боль утихла и я мог снова нормально жить, но на это нужно время. Сейчас не остаётся ничего другого, кроме как перетерпеть. Приступ усиливается. Сжимаю зубы. Марафон с Ариной забрал с собой последние силы, мне остаётся сидеть и терпеть, надеяться, что скоро отпустит. Но пока она лишь наступает.

Сколько так просидел не понятно, может десять минут, может час. Но когда приступ прошел, я открыл глаза и с удивлением обнаружил, что на часах всего половина десятого вечера.

Телефон разрывается от количества пропущенных вызовов, открываю журнал и впадаю в полнейший шок. Более сорока пропущенных звонков от Малахова! Набираю номер друга, в ответ получаю гудки.

Набираю Майка, тот вообще недоступен. Тревога моментально подскакивает до отметки "максимум". Ухожу в кабинет, включаю ноут и параллельно на телеке РБК. Если произошло что-то из ряда вон выходящее, то я об этом узнаю. Весь обращаюсь в слух. Ничего.

Благо, ноут загружается довольно быстро и я уже сижу и во всю мониторю заголовки новостных сайтов. Все тихо. Но тревога в груди разрастается и не желает