Двенадцать часов соблазна - Шома Нараянан

– И…

– И… ну, конечно, это вполне естественно. Тебе стало немного одиноко в этой большой старой квартире…

Она осеклась и неприлично громко взвизгнула, когда большая теплая рука сжала ее талию. Самир схватил ее в объятия.

Он понес ее в спальню, но резко остановился и спросил:

– Черт возьми, что случилось с кроватью?

Мелисса заглянула ему за плечо и хихикнула.

– Я привезла с собой кое-что с Гоа, искала место, чтобы все сложить, и поэтому открыла шкафчик.

Но Самир уже устремился в гостевую спальню:

– Расскажешь обо всем позже. Прямо сейчас у меня на уме вещи поважнее.

Потом Самир приподнялся на локте и нежно провел пальцем по ее руке от самого плеча, заставив ее вздрогнуть от восторга. Какой-то частью сознания она до сих пор ругала себя, хотя прошло всего несколько минут после того, как они занимались любовью, а она опять воспламеняется от его прикосновения. Это бесстыдство? Или что?

– У меня для тебя кое-что есть, – сказал он, и она удивленно уставилась на него.

Он перегнулся через нее и достал из кармана валявшихся на полу брюк квадратную коробочку.

– Часы! – обрадовалась она, открыв крышку. – Спасибо Самир, они прекрасны!

Часы в самом деле были чудесными. С тонким браслетом розового золота и перламутровым циферблатом, усеянным маленькими бриллиантиками. Она не знала, настоящими ли, поскольку никогда не видела близко ни одного такого камешка. Одному богу известно, сколько они стоят!

– Я подумывал взять несколько дней отпуска и поехать отдохнуть, – сказал он. – Куда-нибудь недалеко, возможно, Краби или остров Самуи.

– Но это в Таиланде!

Он улыбнулся:

– Да, но это не слишком туристическое место. Зато пляжи великолепные.

Мелисса, словно в тумане, подумала о том, что ей все равно: туристические места или нет. Она никогда не выезжала за пределы Индии. Детский отдых в Непале не считается…

Несколько секунд она мечтала, как было бы хорошо: пять дней побыть наедине с Самиром. А может, и неделю.

Но реальность тут же вторглась в мечты:

– Я не могу. У меня новая работа, помнишь? Не могу же я в день прихода на работу просить об отпуске.

– И что тут такого? – пожал плечами Самир. – Скажи, что у тебя уже были планы, которые не можешь отменить. Так или иначе, сейчас, в день праздника Ганпати, работы все равно немного.

Она с сожалением покачала головой. Мысль об отпуске с Самиром была невероятно соблазнительной, но она сознавала, что нельзя так поступать на новой работе.

– Не могу. И так или иначе, я боюсь летать, помнишь?

– Ну, это не проблема, пока ты со мной, – сказал он так уверенно, что она улыбнулась.

– Я все равно не могу поехать.

– Что же, может быть, через пару месяцев, – пробормотал Самир, но было ясно, что идея потеряла для него свою привлекательность.

Пара месяцев.

У нее было много времени для размышления по дороге в Мумбаи, но она все же не решила, остаться или уйти. Единственное, в чем была уверена Мелисса: она не собирается переделывать себя в степфордскую жену[7], чтобы заставить Самира сделать ей предложение. Если понадобится, она поступит прямо противоположным образом и сделает все, чтобы он понял, во что впутывается.

– Когда ты завтра возвращаешься домой? – спросил Самир, прерывая ее мысли. – Тебе лучше прийти пораньше: это последний день праздника. И на дорогах будут бесчисленные процессии, несущие богов, чтобы погрузить их в море.

– Я как раз собиралась поехать на бульвар Марина-Драйв, посмотреть погружение. Это изумительное зрелище, – объявила Мелисса.

Самир застонал:

– Мел, что за дурацкая идея! Представляешь, какие там толпы! Может случиться все, что угодно. – Он вдруг осекся, сообразив, что кудахчет, как чья-то нервная тетушка – старая дева. – Да ты вообще не празднуешь Ганпати Пуджа, – продолжал он, немного помолчав. – С чего это вдруг вздумала идти на погружение?

– Потому что это интересно, – твердо сказала она, но тут же немного смягчилась: – Около Черчгейт живет мой друг: мы пойдем к нему, если все пойдет не так.

– Кто это «мы»?

– Мы с Нирой и еще парочка приятелей. Можешь пойти вместе с нами.

Последнее она явно придумала только сейчас, и Самир поморщился:

– Нет, спасибо. Я вернусь домой пораньше. И вторую половину дня буду работать из дома. Можешь взять машину и водителя.

– Не стоит. Поймаем такси.

– Мне будет спокойнее, если возьмешь машину, – повторил Самир, нахмурившись. Мелисса подошла к нему и ободряюще обняла.

– Конечно, будет. Но мне не нужна машина, и я могу сама о себе позаботиться.

– Я знаю, ты можешь, – кивнул Самир, притягивая ее ближе. – Просто мне нравится тоже о тебе заботиться.

– Тогда едем со мной, – прошептала она. – Оставь машину и хоть раз смешайся с толпой.

Она сказала это с обольстительной улыбкой, и слова слетели с языка, прежде чем она поняла, что делает. Настаивая на том, чтобы он пошел на погружение, она всего лишь старалась еще одним способом подчеркнуть разницу между ними. Раньше она не намеревалась просить его пойти с ней.

Самир поколебался не более секунды, прежде чем сказать:

– Хорошо, пойду. В любом случае я не смогу работать, если стану волноваться, не случилось ли чего с тобой.

Черт, она не ожидала, что он согласится! Но несмотря на это Мелисса ощутила нечто вроде восторга. Если он готов сделать что-то, что совершенно не в его характере, только ради нее, означает ли это, что она ему небезразлична?

Но тут она мысленно одернула себя и приказала не быть дурой. Будь она ему небезразлична, он бы так и сказал. Он же не давал обет молчания, верно?

– Где мы встретимся? – спросила она. – Только не пытайся подъехать ближе к Марина-Драйв. Все дороги будут заблокированы на много километров.

– Мне будет не по себе, если там окажется Самир, – заявила Нира. – Тебе хорошо: он твой бойфренд и ты больше не работаешь в «Мендонка». Но он мой босс, и я уверен, что он считает нас безумцами, решившими ни с того ни с сего посмотреть погружение.

Такого Мелисса не ожидала. Наконец ей с трудом удалось убедить Ниру пойти с ней. Но остальные бывшие сослуживцы из «Мендонка» отпали. Хуже всего, что Самир оказался прав: на улицах творился настоящий кошмар, и если вы не состояли в одной из комиссий по проведению праздника, подобраться к берегу не было возможности. Повсюду были полицейские. А она никак не могла развлекаться по-настоящему без своей обычной компании. В прошлом году она сопровождала одного из Ганпати, того, что поменьше, прямо в море, и это было потрясающе. Совсем не то, что быть сторонним наблюдателем.

– Думаю, мне пора возвращаться, – пробормотала Нира. – Нужно встретиться с остальными. И я обещала маме пораньше прийти домой.