Семь секретов Шивы. Философия индийского мифа - Дэвдатт Паттанаик

Мимансики не в состоянии успокоить свой ум. Соприкасаясь с непрестанно вращающимся материальным миром, их ум и сам начинает вращаться. Они используют ритуалы, чтобы противостоять переменам, и терпят неудачу. Несмотря на это, они упорно проводят все новые и новые ритуалы — просто потому, что не знают, что еще делать. Шива указывает им другой вариант — возможность преодолеть страх не через обретение контроля над природой, но через признание истины о природе.

Южноиндийское изображение Шивы Экапады

Тигр, бесстрашно убитый Шивой, олицетворяет природу, которая пугает Брахму. Шива же не позволяет природе устрашить себя. В то же время он не стремится взять природу под контроль и одомашнить ее. Он просто наблюдает природу, как это делает змея, обвившаяся вокруг его шеи. Кобра с капюшоном — символ бдительного и неподвижного тапа-свина, который сидит и с пристальным вниманием смотрит на окружающий мир.

В отличие от мимансиков, которые деловито проводили ритуалы, чтобы утихомирить природу, тапасвин подчинялся ритмам природы, проявляющимся в дыхании, биении сердца, смене времен года, приливах и отливах. И еще он подчинялся ритмам культуры, ритмам мышления и ритмам эмоций в каждом человеке. Он видел, как за неудачами следуют удачи, за печалями — радости, за скукой — воодушевление, за удовольствием — боль. Тщательно сосредоточив свое внимание, он пришел к осознанию того, что все со временем меняется. Что-то изменяется за секунду, что-то — за века, но все материальные осязаемые вещи меняют форму. Тело неизбежно стареет и умирает. Идеи зарождаются и забываются. Общества формируются и рушатся. Но постоянно создается новая жизнь. Поэтому ничто не завершается навсегда. Всегда приходит новое начало.

Танцующий Шива. Каменная скульптура из Белура (штат Карнатака)

Этот циклический процесс символически представлен огненным колесом, в котором танцует Шива. Это сансара — колесо перерождения. Все живые существа умирают и рождаются снова. Все мысли и мечты возникают и уходят. С каждым рождением существо принимает новую форму — иногда человеческую, а иногда животную. После смерти мы сбросим это тело. Шива рекомендует мимансикам сесть спокойно, расслабиться и наблюдать этот процесс. Осознание помогает избавиться от страха и беспокойства. Оно дарует хладнокровие и веру.

Хотя истина природы пребывает вне времени, мы часто забываем об этом. Шива пляшет на спине у демона по имени Апасмара, что означает «Демон забывчивости». Что приходит, то уходит, — а мы об этом забываем. Страдая от холода зимой, мы забываем, что и год назад было холодно, но это прошло. Страдая, мы думаем, что страдание не закончится никогда. Апасмара заставляет Брахму забыть о том, кто он есть на самом деле, кем он был, прежде чем погнался за Ша-тарупой, прежде чем отрастил пять голов, прежде чем Шива оторвал одну из них… Мы, люди, забываем, каким был наш ум до того, как он заразился нашим воображаемым преувеличенным страхом. Мы забываем, что сами конструировали брахманду, субъективную реальность, чтобы как-то взаимодействовать с реальностью объективной. Забываем, что только мы сами можем разрушить эту брахманду, все три составляющие ее мира: «я», «мое» и «не мое». Ибо у нас есть третий глаз — глаз мудрости.

Бронзовая статуэтка эпохи Чола: Шива как Натараджа

Когда двое людей знакомятся, вначале взаимоотношениями управляет страх. Этот страх исчезает, когда каждый убеждается, что другой не представляет угрозы. Этот страх возрастает, когда один пытается доминировать над другим. Шива предлагает третий путь — перерасти страх. Это происходит тогда, когда один человек сопереживает другому, когда есть любовь к другому, когда один признает независимость другого и не склонен ни к доминированию, ни к подчинению, ни к какой бы то ни было форме зависимости. Но для того, чтобы сопереживать другому человеку, нужно смотреть на него не со страхом, а с симпатией и чуткостью. Это — даршан, взгляд понимания.

Две верхние руки Натараджи указывают на те варианты выбора, которые есть у нас в жизни. В одной руке он держит дамару, барабан-погремушку, а в другой — тапас, духовный огонь, который горит без топлива.

Один вариант — провести жизнь, игнорируя реальность, как это делают обезьянки, зачарованные тарахтением погремушки. Мы вполне можем сосредоточиться на бессмысленных занятиях, которые позволяют убить время, не дают заскучать и отвлекают от самоанализа и размышлений о жизни.

Миниаютра, изображающая Шиву с пятью головами

Второй вариант — заглянуть внутрь себя и задуматься о жизни. Мы можем задаться вопросом о том, чем определяется наше решение и что формирует наш самообраз. Почему в одних ситуациях мы ведем себя словно оцепеневший от страха олень, а в других — как властный лев? Мы можем осознать, что такие концепции, как «жертва», «злодей» и «герой», суть воображаемые конструкты — истории, зародившиеся в нашей голове, и истории, которые мы переняли от общества. Иными словами, они — майя, конструкты, помогающие нам отгородиться от страха, субъективные реальности, помогающие нам ощутить себя сильными.

Майя обеспечивает нас смыслом, помогающим выживать в этом мире до тех пор, пока разрушитель Шива не даст нам силу, чтобы перерасти страх, а значит, перерасти свою зависимость от сконструированных реальностей. Шива помогает нам осознать, что все герои, злодеи и жертвы — порождения страха. Когда страх разрушен, нет ни героя, ни злодея, ни жертвы. Таким образом, разрушитель Шива дает нам мудрость, чтобы перерасти страх. Это — освобождение. Это — мокша.