Колесо на крыше - Мейндерт Дейонг

— Ну, началось, — сказал Янус. Он уперся веслом в дно и развернул лодку бортом к берегу, чтобы Пиеру было удобнее. — Поднимай якорь! Я лодку держу! — крикнул он Йелле. — Куда полез? Якорь, говорю, поднимай. Ох, не успеет этот постреленок добежать. И что возится?

Вдруг из-за гребня они услышали крик:

— Янус! Янус! Волна!

Янус, забывшись, рванулся, веревки натянулись. Из-за гряды появился Пиер. Он со всех ног несся к лодке с двумя аистами в руках, сзади с ревом катилась огромная волна. В глазах Пиера был ужас.

— Быстро в лодку! Ну прыгай же!

Пиер прыгнул. Лина подхватила одного аиста, второго Пиер так и не отпустил. Мальчик лежал на дне ялика и всхлипывал.

— Они никак не давались. Такие тяжелые, да еще в песке увязли, никак не давались, — все повторял он. А потом вдруг рассердился: — Что ж Янус сказал, дно твердое? Не очень-то по нему побежишь, а тут как раз волна.

Но Янусу было некогда отвечать. Едва он успел вытащить весло, которым удерживал лодку, как с шипением и свистом из-за песчаной косы вырвалась волна. Но ялик уже снялся с якоря. Волна подхватила его и понесла. Ялик прямо летел вперед.

— Я не учел, что пять дней бушевал шторм, — объяснил Янус Пиеру. — И нанесло ила, а ил вязкий. Но ты молодец, не спасовал.

Лина держала аиста на коленях. В ногах примостился Пиер, он глубоко вздохнул и перестал всхлипывать. Потом сел рядом с Линой и тоже положил аиста на колени.

Лина и Пиер сидели тихо, боясь потревожить мокрых, измученных птиц. Да живы ли они? Глаза не потускнели, значит, живы. Пиер осторожно погладил аиста. А Лина еще крепче прижала своего к груди, будто хотела согреть.

Кто бы мог подумать, что аисты, эти большие заморские птицы, будут лежать у них на коленях? Пиер и Лина переглянулись. Им самим не верилось, что все это наяву. Но аисты рядом, их можно потрогать, значит, это не сон.

Они даже не заметили, как прилив домчал ялик до дамбы.

— Держите крепче за шею! — предупредил Янус. — У них хоть еле-еле душа в теле, а клювы-то вон какие! Насквозь продырявят.

Лина насторожилась, а Пиер все гладил длинную шею аиста: чуть жизнью не поплатился ради него. Кому рассказать — не поверят!

— Теперь у нас два аиста, — сказал он Лине, как будто до него только сейчас дошло.

Ребята что-то кричали им с дамбы. Лина и Пиер глазам своим не верили — неужели доплыли? Вот и дамба, а там не только Дирк, Аука и Ээлька, а все женщины, малыши, дедушка Доува, даже бабушка Сивилла III. Вся Приморка вышла их встречать.

В то утро дедушка Доува, как всегда, ходил до деревни Тернаад. На обратном пути к нему подбежали Аука, Дирк и Ээлька и наперебой стали рассказывать, какая у них радость.

— Значит, так, — сказал Доува, когда, наконец, понял, в чем дело. — Без аистов они не вернутся, будьте уверены, ведь с ними Янус. Аисты, конечно, едва живы, но не забывайте, птица это вольная. Поэтому надо сразу поставить к школе лестницы и аистов, не мешкая, — на крышу. Ну, а там пусть сами решают, где жить. Хотя, по-моему, натерпелись они так, бедолаги, что им любая крыша — дом родной. И чем скорее мы их туда посадим, тем быстрее они обвыкнутся, авось и останутся у нас в Приморке.

Лестницы, конечно, есть у Януса. Но он сейчас далеко в море, а сарай наверняка под замком. Все-таки ребята решили сбегать убедиться. Старый Доува, постукивая палкой, шел следом. Так и есть, сарай заперт.

— Придется ломать дверь, — решил Доува.

Ребята уставились на него: сарай-то ведь самого Януса!

Дедушка Доува лишь усмехнулся:

— Не бойтесь, мне держать ответ. Может, и не отшлепает, пожалеет.

Смущенно потупившись, ребята топтались на месте. Доува сам подошел к двери, сунул в щель палку, поддел ею засов и открыл. Вошел в сарай, следом — ребята. А вытащить лестницы — дело минутное. На шум вышла бабушка Сивилла III, она жила по соседству.

— По-моему, это называется кражей со взломом. В твоем возрасте, Доува, можно и поумнее что-нибудь придумать.

— Ради доброго дела стараюсь, Сивилла, — ответил Доува. — К нам в Приморку везут аистов. Помнишь, когда в последний раз они прилетали? Мы с тобой тогда под стол пешком ходили. И вот сейчас привезут на лодке двух аистов. — И Доува подробно рассказал обо всем.

— Ну, уж этого я не пропущу. Пойду на дамбу во что бы то ни стало, и пусть хоть ветром в море сдует. Дай-ка палку, Доува.

— Да, Сивилла, годы и тебя не пощадили. — И он протянул палку через забор.

А мальчишки, захватив лестницы, уже неслись к школе.

— Что ж, займусь-ка делом и я, — сказал Доува.

Он вынес из сарая моток веревки и пошел следом за ребятами. Подойдя к школе, он увидел, что одна лестница уже стоит у стены. Другую Доува велел втащить на крышу и привязать. Он бросил ребятам моток веревки.

Дирк и Аука управились в два счета, им не терпелось вернуться на дамбу. Только Ээльки нигде не видно. Вдруг из печной трубы повалил дым, на голову Ауке и Дирку полетел пепел.

— Это что еще такое? — удивился Дирк.

Из школы вышел довольный Ээлька. Он стряхнул с одежды крошки торфа, потом вытер руки. Еще бы! Он первым догадался растопить печь.

— Аисты в холодной воде закоченели. В тепле быстрее оживут.

— Ну и ну! — развел руками Доува. — Ишь до чего додумались — аистов на печку сажать!

Дирк и Аука слезли с крыши и вместе с Ээлькой побежали на дамбу. Доуву они ждать не стали. Но он отправился следом. На глаза ему попались два утонувших аиста, они лежали прямо у его крыльца. Старик сурово окликнул ребятишек. Дирка отправил за лопатами в сарай к Янусу, а Ээльке и Ауке приказал отнести аистов к колокольне. Потом велел похоронить их прямо там же, во дворе.

— А можно без спроса на чужой земле хоронить? — усомнился Аука.

— Мы за час столько дел без спроса наделали, что одним меньше, одним больше — уже неважно, — беспечно сказал Доува. — Да и кто узнает? Никого в деревне нет, все там, — он кивнул в сторону дамбы.

И впрямь, туда пришли женщины с малышами и бабушка Сивилла III тоже. Взрослые сбились вокруг нее плотной кучкой, чтобы защитить от ветра.

— Ой, уже подплывают! Хоть бы одним глазком взглянуть, — сказал Ээлька.

— Поглядишь, успеешь. Не оставлять же аистов посреди улицы. А то прилетят их собратья, увидят, что здесь творится, — не очень-то уютно им станет, а? Подумают небось: надо ноги уносить, пока целы.

Эти слова подействовали. Ребята мигом вырыли глубокую яму, положили туда погибших аистов, забросали землей, разровняли и кинулись на дамбу, побросав лопаты. Доува хотел подобрать, но тут по дамбе покатилось дружное «Ура!», и Доува поспешил за ребятами. Народ схлынул к морю, встречать лодку. Доува поспел вовремя: Дирк, Аука и Ээлька подтаскивали ялик к дамбе.

Первой на берег сошла Лина с аистом на руках. Следом — Пиер. Они взбежали на дамбу, вокруг радостно прыгали их товарищи. Вот и Йелла с учителем вышли.

Вдруг из ялика раздался гневный вопль. О Янусе-то забыли! Он так и сидел, привязанный к креслу.

— Поставьте ялик на якорь и вытащите меня с креслом! Или я уже больше не нужен?

Учитель и старый Доува поспешили на помощь. Остальные были далеко и не слышали. Только бабушка Сивилла отстала — она не могла дух перевести от изумления.

По дороге в школу говорили только об аистах. Ээлька, Дирк и. Аука наперебой рассказывали Пиеру и Лине, как они готовились к встрече. Забросали их вопросами. К школе они пришли первыми, женщины были далеко позади, последними шли учитель и Доува: они везли Януса. Янус яростно пыхтел и плевался, он разобиделся, как маленький.

— Вам лишь бы аисты были живы-здоровы, а на меня — плевать. Так и сдох бы с голоду в своем кресле.

— Не сердись, Янус. Без твоей помощи им бы не управиться, — успокаивала его бабушка Сивилла. Она семенила чуть впереди, палка Доувы пришлась очень кстати.

Подъехали к школе, Янус уже снова был в духе. Все стояли и ждали его команды, тащить ли продрогших аистов на крышу или дать им обогреться у печки. Не успел он подъехать, тут же посыпались вопросы.

Но Янус не спеша въехал в самую середину толпы и задумался. Думал он долго, ждать — одно мучение.

— Ну, представьте, я — аист. Только-только прилетел из Африки и тут сразу — бац! — в ураган попал. Пять дней, пять ночей меня по морю трепало, пока на песчаную косу не вынесло. А там стой по шейку в ледяной воде на ветру да глотай соленые брызги… Нет, если бы я аистом был, так не задумываясь прямо в печку бы прыгнул.

И Лина с Пиером понесли аистов в школу. Раз Янус говорит, значит, так нужно. У печки поставили стулья, и ребята сели, не выпуская аистов из рук.

— Держите за шею, сколько раз повторять можно! — закричал Янус с порога. — Сейчас эти птахи придут в себя, так они вам глаза выклюют.