Взгляд висельника - Александр Варго

После новости о самоубийстве Скороходика Ефремова немного напряглась. Что-то было не так. Началось все с Мечниковой. Эта тупая сука повесилась только из-за того, что ее унизили. Если у существа нет достоинства, то и унизить его невозможно. Ефремова и ее компания просто расставляли все на свои места. Что-то и компания подкачала. Один за одним. Но оно и к лучшему. Значит, Владка и Артем были в ее компании случайными людьми. А может, и вовсе не людьми.

Женя взяла телефон и набрала номер Ганца. Он ответил после третьего гудка.

– Скучаешь? – спросил Алексей вместо «здравствуйте».

– А то! Что делаешь?

– Да вот с парнями у твоего подъезда сидим, пивасик посасываем.

– Пивасик? А у вас еще есть?

– Для тебя найдем. Выползай, я тебя кое с кем познакомлю.

Выползай. В этом и был весь Ганц. Ни тебе ласковых слов, ни тебе цветов. Но она все равно была счастлива. И каждое его «выползай» или «пивасик» звучало для нее как песня. Пой свою песню, Лешенька. Женя улыбнулась и пошла в ванную. Она очень надеялась, что бабка еще спит или вообще умерла. Жить в двушке со старухой… с пьющей старухой, хуже, наверное, ничего не придумаешь. Пусть роднее нее у Жени никого нет, пусть, когда предки приказали долго жить, она единственная не дала сдохнуть с голоду. Да и сейчас бабка получает пенсию и работает дворником. На еду, да и на выпивку, хватает.

Женя вошла в совмещенный санузел и тут же закрыла нос от резкого тошнотворного запаха. Унитаз и кафель рядом были заблеваны. Старушка отметилась. Женя выругалась, но убирать не стала. А вымыться надо. Она ругалась, затыкала нос и мылась.

«Старая сука! Как же она достала. Засрала весь дом. Парня не пригласить, ни самой не отдохнуть». В этой помойке ничего не хотелось делать. Даже жить.

Ефремова надела куртку и вышла в подъезд.

Надя не знала, как спросить о ноутбуке. Дядька сидел в зале и смотрел какой-то фильм. Надя вышла из комнаты и заглянула в зал.

– Чего тебе, племяшка?

Заметил. Теперь от разговора не уйти. Она вошла в зал и села в кресло.

– Иди сюда, – похлопал дядя Рома по дивану рядом с собой.

Надя увидела две бутылки пива на полу у дивана. Она засомневалась, что разговор ей так уж нужен именно сейчас.

– Да иди сюда, – улыбнулся дядька. – Не съем же я тебя.

Надя встала и, сделав шаг, остановилась. Что-то с дядькой было не то. Он смотрел на нее не совсем как на племянницу. Роман дернулся и, схватив девочку за руку, усадил рядом с собой.

– Ну, вот видишь? Не страшно же? Да что с тобой такое? – Он похлопал ее по голой коленке. – Это же я – дядя Рома. Я на твоей стороне. Помнишь, я однажды пожалел тебя? Помнишь?

Она помнила.

– Ну, спрашивай.

– Ты не видел мой ноутбук? Твой ноут… Тот, что ты мне подарил… Не видел?

Она себя чувствовала неловко, будто на приеме у гинеколога. Ей все время хотелось прикрыться.

– Он у меня, – хищно оскалился Роман.

– Не мог бы ты мне его отдать?

– Мог. Но понимаешь ли, тут вот какое дело… Ты уже взрослая и должна понимать, что в этой жизни ничего просто так не бывает.

Он положил руку Наде на коленку. Она вздрогнула, но руку не сбросила.

– Ноутбук, пиво каждые выходные, деньги на карманные расходы…

Его шершавая ладонь продвинулась дальше.

Надя возненавидела себя. Ей не было противно, наоборот – даже приятно.

– Пришло время расплачиваться. Как думаешь?

Рука жила своей жизнью.

– Но ты же мой дядька, – не очень уверенно проговорила Надя.

– И что? Тот случай не в счет? Ну да, забыл.

– Это же неправильно…

– Мы же с тобой взрослые люди. Мы можем с тобой делать неправильные вещи.

«Если это неправильно, почему мне не противно?»

«Потому что ты малолетняя шлюха!»

Голос принадлежал почему-то Женькиной бабке. Надя резко встала.

– Можешь оставить его себе.

«А как тебе такой расклад, родственничек?» Надежда ликовала. Она уже дошла до собственной спальни, когда услышала:

– Как знаешь. Если в этих вопросах ты еще маленькая, то за то, что вы вытворяете на записях в ноуте, с тебя спросят как со взрослой.

– Что? – Она вернулась. Встала в двери в зал и застегнула нижнюю пуговицу халатика. – Что ты сказал?

– Что ты кочевряжишься? – не скрывая отвращения, спросил дядька. – Целку она из себя строит. Думаешь, я не знаю, чем вы на чердаке занимаетесь? Да про это весь дом знает.

– И чем же? – Надя почувствовала, как лицо наливается румянцем.

Роман ухмыльнулся.

– Вы ведь не только трогаетесь? Иди, покажу, как надо.

Надежда не понимала, почему ей не противно.

Лобанова пришла очень вовремя. Призрак рассыпался на миллионы частиц, когда трель дверного звонка нарушила его шелестящий шепот. Кухонная дверь открылась сама. Саша нерешительно выглянул в коридор. Черный человек исчез. Возможно, он был только в его голове. Но тем не менее напугать смог. Александр подошел к входной двери и открыл ее, все еще боясь появления незваного гостя.

– Привет, – улыбнулась Света, но тут же насторожилась. – Что-то не так?

Саша понял, что все еще ищет гостя.

– Привет. Нет, все нормально. Проходи.

Она вошла.

– Поможешь? – Света передала Александру сумку.

– Что ты там принесла?

– Сюрприз, – Света подмигнула ему и пошла в зал. Заглянула. – Сережа, привет. Сейчас будем есть.

Сергей что-то ответил, но Истомин не услышал. На настроение Светланы ответ сына не повлиял, значит, не все так плохо. Уже на кухне Света, прикрыв дверь, спросила:

– Что-то случилось?

– С чего ты взяла?

– Пацан сидит мрачный, да и ты будто привидение увидел. Давай, колись.

И он раскололся. Он рассказал обо всем, не забыв упомянуть и о цифровом призраке. С ним такое было впервые. Подробные рассказы не для него. Он и Лиде-то в самые лучшие их времена мало что рассказывал. И дело даже было не в том, что он скрытный. Нет. Просто он не хотел нагружать людей своими проблемами. Что изменилось сейчас? Он устал все держать в себе, а Света располагала к тому, чтобы разделить с ней навалившиеся проблемы.

– Тебе надо отдохнуть, – проговорила Света, когда он закончил. – Ты боишься потерять еще и ребенка, вот и придумал себе соперника. Призрак – это виртуальный мир, который, по-твоему, хочет отобрать у тебя сына.

– Но я видел его, как тебя!

– Тебе надо отдохнуть, – повторила Света.

– Ну а как быть?..

– С Сережкой?

Саша кивнул.

– Мы завтра с Наткой собрались в кино. Мы могли бы взять его с собой.

– Только говорить будешь с ним сама, – предупредил Истомин.

– Да легко, – просияла Светлана.

Ильич

Никто не думает о смерти в пятнадцать лет.

Dr

Ты так думаешь?

А действительно, думал ли Игорь так? В свете последних событий – нет. Он просто не мог так думать. Факты говорили обратное. Факты? Трупы. Дочка Горыновны, Мечникова, Хрулева, Скороходов. И это только те, кого он знал лично. Новости так просто пестрят этим клубом самоубийц. Стоп! А если это и правда какой-нибудь клуб? Или не клуб, а намеренное доведение до самоубийства. Игорь глянул на монитор. А что если…

Ильич

Док, ты здесь?

Dr

Я всегда рядом, старичок.

Ильич

Ты когда последний раз разговаривал со Скороходиком?

Dr

За секунду до его смерти)

Только, как ты понимаешь, он не мог мне ответить. Потому это скорее был монолог)

Он даже не скрывает своей причастности. Неужели никто не додумался до этого. Не проверил компьютер. Не сделал запрос провайдерам и не выяснил, что самоубийцы разговаривали перед смертью с одним и тем же человеком.

Ильич

А с Мечниковой?

Конечно, люди догадывались, но все сводилось к нелепым объяснениям. Кто-то говорил, что в советское время такого не было. Дефицит был во всем, даже в детской смертности. Кто-то сопротивлялся этим высказываниям: мол, самоубийства подростков были и тогда, только цензура не разрешала оглашать подобные новости. Игорю, по сути, было наплевать что на тех, что на этих. Ему даже было наплевать на самоубийц. Но это до сегодняшнего дня.

Ильич

И с Хрулевой?

Dr

Они все доверились мне, если ты меня понимаешь.

Это он. Теперь Игорь попытался припомнить, откуда он знает его. Нет, Dr Weber – один из тех немногих, кого Игорь не видел живьем, использовал анонимное имя и появился черт знает откуда. Пожалуй, появление из ниоткуда – это только о нем одном. Игорь никак не мог вспомнить, когда он добавил его в друзья. Единственное, что он помнил, так это то, что общение с Доком было на высоте. С ним можно было говорить обо всем. А самое главное, он мог дать правильный совет. Иногда Игорю казалось, что он переписывается с взрослым, а не своим ровесником. Кто ты, Dr Weber? Игорь вдруг забыл обо всем – о ссоре с родителями, о придирках учителей, об обиде на одноклассников. Он забыл обо всем, кроме самоубийств. Теперь он действительно думал о смерти. Пока не о своей. Он думал о Мечниковой и Хрулевой, о Скороходове и… Кто будет следующим?