Аферистка для гения (СИ) - Вель Милли

В этот миг мы как раз подошли к трем ступенькам перед входной дверью, и я, внезапно пораженная догадкой, споткнулась. Вальтер мгновенно подхватил меня под локоть и вопросительно взглянул в глаза.

Я лишь улыбнулась и покачала головой, продолжая путь.

Пока ведьмак открывал замок, я задумалась над тем, что для Вальтера война с империей являлась совершенно не тем, чем была для меня. В мою размеренную предопределенную жизнь вторглось огненное чистилище, воплощенное зло шагало по цветущим землям моей родины тяжелыми сапогами, оставляя после себя запах пороха и крови. Разрушения, боль и непомерное горе пронеслись стремительным смерчем, сметая покой и привычные устои жизни. Мой мир поднялся и перевернулся, враз исказился. Я не смогла стать такой как Береника, не нашла в себе сил приспособиться к новой реальности, до последнего боролась, в надежде вернуть старый миропорядок…

Но вот для Вальтера все было иначе. Он родился в королевстве, где сразу оказался изгоем. Его не убили лишь из-за сострадания родителей, но вся его жизнь должна была быть жалким существованием в подвале. То, что показалось мне изначально мастерством не привлекать к себе внимание, скорее всего было выученной привычкой маленького ведьмака, который рос среди даркти, что желали подобным ему смерти.

Для Вальтера крах его родного королевства означал шанс на новую жизнь. На будущее вне подвала, и без страха оказаться на костре.

Семь лет я жила, ощущая вес кандалов Латиции на своем теле, а вот Вальтер как раз все это время расправлял крылья. И сейчас мне стало совсем стыдно перед этим мужчиной. Я не имела никакого права втягивать его в эту историю. Он должен был спокойно жить в Латиции, уехать из Торпа, творить будущее.

Закусив губу, я послушно шла за Вальтером к кабинету. Зачем с ним хочет встретиться Шайр? Он точно намерен не просто поговорить. Главарь повстанцев понял, что словил атэльпата на крючок. Заметил, что Вальтер готов на многое ради меня, и теперь собирается этим воспользоваться. Шайр всегда был таким: он легко умеет видеть в даркти качества, которые может использовать в своих целях, и он не стесняется пользоваться новыми знакомыми. Вот и теперь он захочет пустить Вальтера в ход, как один из своих козырей.

Нет, я не могу этого позволить! Я сама приду к Шайру. Не позволю втягивать Вальтера. Уже сейчас чувствую себя последней сволочью. Он любит меня! Так нежно и чувственно, что у меня внутренности сводит сладкой судорогой от одних лишь воспоминаний о том, что я ощущаю, когда он касается меня. Ведьмовская сила позволяет узнать друг о друге намного больше, чем разговоры. Открывается все: чувства, эмоции, мысли. Оттого я знала как выглядит любовь Вальтера. Откуда только взялось столь сильное и яркое чувство за такое короткое время? Но после этой ночи я не могла отвечать ничем иным, чем таким же пылким обожанием.

И именно из-за этого я не смогу его подставить. Это моя война, а сражения Вальтера давно закончены.

- Все в порядке? - оторвавшись от бумаг, которые в этот момент перебирал, повернул ко мне голову атэльпат. Я вздрогнула, выныривая из размышлений, и улыбнулась:

- Конечно. Просто задумалась.

- Можешь присесть, мне нужно кое-что ещё исправить.

- Я… осмотрюсь, - ответила уклончиво, и неспешно двинулась по кабинету. Вальтер только кивнул и вернулся к своим делам.

Попыталась прогнать грустные мысли из головы, увлеченно рассматривая детали механизмов, увеличительные приборы и многообразие инструментов. Ведьмак увлеченно что-то дочерчивал, дописывал, а кое-какие бумаги сжигал. Мне стало интересно не сможет ли Румус просто восстановить эти документы, прикоснувшись, например, к столу, на котором они лежали. Но мои представления о силе одаренных даркти все ещё были слишком далеки от идеала. Если бы у меня было больше времени, я бы потратила несколько дней, чтобы Вальтер подробно рассказал мне…

От мысли, что наше время с ведьмаком на исходе, в теле словно разросся колючий терновник, я резко отвернулась и вышла из кабинета. Вальтер меня не окликнул.

Я бесцельно вошла в столовую, прошла по коридору и оказалась у лестницы, ведущей на второй этаж. Закусив губу, поднялась туда просто от скуки. Прошла по знакомому коридору, невесомо прикасаясь кончиками пальцев к стене. Три шага и первая дверь. Еще пять шагов - вторая. Я прекрасно помнила план этажа. Для меня оставалась загадкой только комната Вальтера - дальнее помещение на этаже, и…

Я остановилась напротив запертой двери и задумчиво склонила голову набок. Что же может скрывать за ней Румус, если даже своему помощнику не разрешает заглянуть внутрь?

Неуверенно оглянувшись назад, я все же извлекла старый, но верный набор отмычек и присела у двери.

Дело заняло пару минут. Замок совсем обычный, но все же я по привычке проверила скрытые сюрпризы. Никаких растяжек или оповестителей в комнате не оказалось, и я проскользнула внутрь. Тут же ослепла, погрузившись в полумрак. Окна комнаты были плотно заклеены и завешены тканями, свет проникал только из приоткрытой двери в коридор.

Я осторожно вытянула руку в сторону и поискала пальцами выключатель. Уже думала, что мне придется бежать вниз за свечой, как вдруг наткнулась на точащий тумблер. Обрадованно перевела его во второе положение, и тут же прищурилась от яркого света вспыхнувшей электрической лампы. Только спустя несколько секунд смогла нормально осмотреться, но мгновенно пожалела о том, что вообще полезла в это помещение. К горлу подкатила тошнота, а ноги резко стали ватными. Сделав шаг назад, я пошатнулась и поспешила опереться о дверной косяк, а взгляд шарил по комнате.

Внутри стеклянных сосудов и специальных контейнеров, в алхимической жидкости плавали части тел. Узнать даркти это или лакети было проблематично. На каждом образце значился какой-то номер и символ, словно шифр. Взгляд опустился ниже и набрел на пакеты с багровой жидкостью, которая точно не являлась вишневым соком.

На первом этаже послышался звук удара. Вздрогнув всем телом, я резко развернулась и выскочила в коридор, прикрыла злосчастную дверь и после этого побежала вниз.

Глава 27

Оказавшись на первом этаже, осмотрелась. К счастью, Румус домой не вернулся, как мне показалось вначале. Новых личностей в доме не наблюдалось, значит потревоживший меня звук раздался в кабинете.

Сердце бешено колотилось в груди, а перед взглядом все еще стояла пугающая картина странной комнаты. Что за тайну скрывает главный гений империи? Как и вся Латиция известный атэльпат оказался по самые локти испачкан в крови…

Скорее кинулась в кабинет. Вальтер безучастно наблюдал за тем как кислота из разбитой колбы уничтожает какие-то материалы. Предположу, что это должно выглядеть как несчастный случай: небрежно перевернутый опасный реактив уничтожил основные компоненты.

Услышав мои шаги, мужчина обернулся и тут же переменился в лице.

- Что случилось? - он шагнул ближе, обеспокоенно рассматривая меня. Не сразу нашла в себе силы ответить. Облизнула пересохшие губы, а затем произнесла:

- Наверху… - выразить увиденное словами казалось невозможно. - Я открыла запертую комнату и… - осознала, что ничего не смогу больше сказать. Схватила ведьмака за руку и потащила за собой: - Идём, ты должен сам все увидеть.

Вальтер подчинился без слов. Наверное, выглядела я действительно не самым лучшим образом, потому что атэльпат явно впечатлился. Мы быстро поднялись по лестнице, подошли к двери. Тут на меня вдруг накатила слабость. Я пошатнулась и едва не упала прямо в руки Вальтеру.

- Может, подождешь внизу? - участливо спросил мужчина, переводя встревоженный взгляд с меня на дверь в таинственную комнату. Отрицательно мотнула головой:

- Нет, со мной все в порядке. Просто зайди первым.

Вальтер убедился, что я смогу стоять ровно и лишь после этого открыл дверь. Удивленно замер на пороге, но впадать в панику не спешил. Осмотрел помещение и нахмурился. Медленно сделал два шага внутрь. Я оперлась плечом о дверной проем, но переступить порог не решилась. Отсюда наблюдала за тем, как Вальтер с хладнокровностью патологоанатома прошел вдоль страшных экспонатов, присматриваясь к каждой надписи, а затем неспешно стянул с руки перчатку. Длинные пальцы легли на стеклянную поверхность. В этот миг меня передернуло, и к горлу подкатила тошнота. А я ведь всегда считала себя очень устойчивой! Неужели, на меня так повлияло произошедшее вчера? Или я просто отвыкла от подобного зрелища за то время, что прошло после войны?