Карманные линкоры фюрера. Корсары Третьего Рейха - Владимир Кофман

Уже прекратив преследование ввиду большого расхода боезапаса и плохой видимости, крейсер буквально наткнулся на еще одно судно, которое было обстреляно, но смогло уйти. Наступившая темнота скрыла остальные транспорты, 3 из которых получили повреждения, в их числе — крупный транспорт «Рангитики» (16 689 брт), двойник потопленного «Шарнхорстом» и «Гнейзенау» "Равал-пинди", и танкер «Сан-Деметрио», даже временно оставленный экипажем.

Итог атаки НХ-84 продемонстрировал преимущества и недостатки "карманных линкоров" в варианте одиночного рейдера, атакующего конвой. Не имея никаких проблем в бою со вспомогательным крейсером, «Шеер» потратил на его потопление не больше времени, чем куда более мощные «Шарнхорст» и «Гнейзенау» — на уничтожение «Равалпинди», так что более мощная «кувалда» не давала никаких дополнительных выгод при "разбивании яйца". Вместе с тем бывший лайнер снизил потери почти до минимума из-за относительно позднего времени атаки. Следует отметить, что при таком раскладе 25-узловая скорость «Шеера» вряд ли сказалась: лишние 5–6 узлов помогли бы в потоплении разве что еще одного судна. 150-мм калибр вновь, как и на "Графе Шпее", показал свою малую полезность на больших дистанциях. Его огонь не позволил даже задержать обстрелянные два транспорта. В общем, будь на месте «карманника» быстроходный линкор или тяжелый крейсер, результаты атаки конвоя в сложившихся обстоятельствах привели бы примерно к таким же результатам. Более существенными чем технические, оказались моральные и оперативные факторы. Груз ответственности давил на Кранке в точности так же, как годом ранее — на Лангсдорфа. Страх остаться с недостаточным для "большого боя" боезапасом снарядов и вместе с тем боязнь быть перехваченным английскими боевыми кораблями заставили его отказаться от ночного преследования и использовать темное время суток для того, чтобы максимально удалиться от места действия. "Адмирал Шеер" продолжал следовать общим курсом на юг, рассчитывая встретиться через неделю с «Норд-марком» и пополнить запасы, прежде всего — снарядов и топлива. Ввиду явности своего обнаружения, он отправил радиограмму в Берлин с сообщением об успехе.

Полученное Адмиралтейством несколькими часами раньше сообщение с "Джервис Бэя" привело в движение значительные силы британского флота, однако их расположение не давало никакой возможности для перехвата рейдера на верно избранном его командиром курсе. Линкоры «Нельсон» и «Родней» перекрыли Датский пролив, а наиболее страшные для "карманных линкоров" противники — линейные крейсера «Худ» и «Рипалс» — подходы к Бискайскому заливу. Но оба «хода» предусматривали лишь возвращение противника либо в Германию, либо в южную Францию. Однако «Шеер» и не думал прекращать поход, удаляясь на юг от пути трансатлантических конвоев, хотя только угроза его нахождения на "большой морской дороге" заставила прервать их движение на 2 недели (до 17 ноября). Затем переходы конвоев возобновились, однако теперь они сопровождались боевыми кораблями.

Между тем рейдер к 11 ноября вышел в район, назначенный для рандеву с «Нордмарком». Похоже, что центральная Атлантика ненадолго превратилась в "немецкое море": на следующий день «Шеер» встретил германский танкер «Еврофельд», застигнутый войной далеко от Германии и успешно спасавшийся от кораблей союзников. Кранке оставил его капитану сообщения для «Нордмарка» и вспомогательного крейсера «Тор», предлагая последнему разделить "сферы влияния". 5 суток "Адмирал Шеер" крейсировал в небольшом квадрате, пока наконец 16 ноября не был замечен долгожданный «Нордмарк». После пополнения запасов снарядов, топлива и продовольствия рейдер вновь оказался полностью готовым к действиям.

Его командир предполагал проследовать на запад, в район между Антильскими и Азорскими островами, где имелась надежда собрать обильную жатву из числа многочисленных танкеров, везущих сырую нефть на перерабатывающие заводы Арубы и Кюрасао, или готовые бензин и мазут — в США и Англию. Затем Кранке хотел сменить курс на противоположный и оперировать на торговых путях, ведущих вдоль западного побережья Африки. Однако 20 ноября последовал приказ командования, гласящий, что «Шеер» должен перейти в район южнее 42 гр. северной широты и восточнее 20 гр. западной долготы, который в момент его отплытия являлся зоной действий итальянских подводных лодок, базировавшихся на Бордо. После некоторых раздумий Кранке решил проявить инициативу и проигнорировать распоряжение, считая свой план более перспективным.

Однако до "танкерного рая" рейдер не дошел, а на пути к нему пришлось ограничиться единственным успехом. 24 ноября вскоре после полудня был замечен одиночный транспорт, который проигнорировал наведенные на него орудия и радировал об атаке, продолжая сообщать обстановку даже после предупредительного выстрела. По иронии судьбы «Шеер» встретил не танкер, а транспорт с "генеральным грузом". Британский "Порт Хобарт" (7448 брт) после расформирования конвоя, в котором он следовал, направлялся на Кюрасао для бункеровки, после чего собирался идти со своим грузом, в состав которого входило 5 легких учебных самолетов, проследовать в новозеландский порт Окленд. Удерживать транспорт в качестве приза было нерационально, и он был отправлен на дно несколькими 105-мм снарядами.

Теперь Кранке мог не сомневаться, что его корабль обнаружен, поэтому следовало резко изменить район крейсерства. В соответствии с первоначальными планами он взял прямо противоположный курс — строго на восток, собираясь к островам Зеленого Мыса. Район Антил остался позади, и, хотя прямой материальный ущерб от потопления одного транспорта казался небольшим, значительно более важным оказалась «волна» потенциальной угрозы, охватившая всю зону океана. Противнику же оставалось только гадать, что предпримет немецкий крейсер. Методика смены направления действий сразу после достоверного обнаружения, с успехом примененная годом ранее Лангсдорфом, оказалась удачной и на этот раз. Никем не замеченный, рейдер 29 ноября вышел на позицию, находящуюся на пересечении морских путей, и приступил к поиску.

Около полудня 1 декабря 1940 года на горизонте появился дым очередной цели. Для сохранения «инкогнито» командир "Адмирала Шеера" решил преследовать одиночное судно на расстоянии до наступления темноты, когда внезапность нападения сводила к минимуму возможность использования транспортом радиостанции. Расчет оправдался, хотя только частично. Атакованный около 9 вечера британский «Трайбсмэн» (6242 брт), следовавший из Ливерпуля в Калькутту, действительно не успел дать сообщение, но в ответ на предупредительный выстрел открыл огонь из кормового орудия. Снаряды рейдера заставили команду покинуть судно, однако шлюпка с капитаном и главным механиком скрылась в наступающей темноте. Ее вскоре подобрали, и англичане вновь узнали в зоне действия немецкого крейсера. Не будучи уверенным в сохранении скрытности, Кранке опять повернул на запад, выходя в центральную Атлантику, перемещаясь в излюбленную зону, где в середине ноября состоялась встреча с «Нордмарком». Рейдер пополнил запасы и, главное, боезапас. При перегрузке тяжелых 283-мм снарядов один из них выскользнул из креплений и упал обратно в трюм судна снабжения. Поскольку снаряд не имел взрывателя, все неприятности ограничились выщербленной головной частью.

"Германская зона" в Атлантике по-прежнему оставалась безопасной, но, вместе с тем — пустынной. Не обнаружив за неделю ни одной цели, командир «Шеера» решил последовать распоряжениям командования Кригсмарине, настоятельно рекомендовавшим приступить к совместным действиям с вспомогательным крейсером «Тор» в южной Атлантике, на линии Кейптаун-Фритаун. (В свое время "Адмирал граф Шпее" потопил там 5 судов.)

Перед продолжением похода требовалось привести в порядок корабль. В перечень необходимых мероприятий входил профилактический ремонт дизелей и пополнение запасов с «Нордмарка». С 10 ноября на каждый вал работал только один дизель; другой в это время перебирали судовые механики. В течение 4 суток «Шеер» мог развить не более 22 узлов, находясь в наиболее опасном положении с начала крейсерства. Однако центральная Атлантика оставалась «безлюдной» до 14 декабря, когда на горизонте показался долгожданное судно снабжения. Рейдер передал на борт «Нордмарка» 150 пленных и принял полный запас топлива и провизии. Отдав распоряжение командиру танкера, корветтен-капитану Грау, на встречу через две недели уже в южной Атлантике, Кранке в свою очередь двинулся на юг, через экватор, который пересек 16 декабря. Отличная погода и практически неограниченная видимость создавали благоприятные условия для поиска, однако океан оставался пустынным. Настолько пустынным, что командир даже разрешил традиционный маскарад с "посвящением Нептуном". На следующий день так же имелся повод для празднования: дизели "карманного линкора" сделали 75 млн. оборотов.