Внешняя проверка - Евгений Александрович Востриков

Павел: «Дает... Внутренний голос, который был почти всю жизнь, стал слабее. Уже не так отвлекает…»

Лена: «Вот видишь... Так и вылечишься… постепенно... Шаг за шагом, как говорится…»

В палату заходит врач.

Врач: «А вот и вы… Мы Павла Александровича выписываем через два дня. Курс лечения заканчивается. Первичного результата мы добились, но долечиваться нужно будет дома. Подробнее я объясню при выписке... Готовьтесь понемногу ... Уже осень ...»

Павел дома. После совместного завтрака Лена уходит на работу.

Лена: «Не забывай таблетки...»

Павел: «Не забываю… Одну уже выпил, а другая после обеда ...»

Лена: «Я ухожу. Ты тут поотдыхай и принимайся за уборку потихоньку. На выходных будет некогда, нас пригласили в гости».

Павел после отдыха, включающего в себя глубокое дыхание, принимается за уборку. Сначала вытирает пыль. Снимает небольшую икону, стоящую на полке, с подставки — толстого куска оргстекла. Снимает и стекло. В толще оргстекла виден таракан. Павел садится рядом за стол, смотрит на таракана.

Павел: «Видимо, нашли, то, что хотели...»

Павел вечером сидит за ноутбуком и что-то печатает. Вдалеке слышны звуки телепередачи. Лена заходит к Павлу.

Лена: «Паша, что делаешь? Пойдем, там кино интересное по телевизору...»

Павел: «Пишу, что помню, все, что мне показывали. Потом можно будет разобраться во всей этой шумихе... Сейчас подойду...»

Лена стоит возле стола, не хочет, чтобы Павел лишний раз напрягался. Павел отвлекается от монитора и показывает пальцами – осталось чуть-чуть.

США - подготовка хаоса

Эльта-Сефотона, внутри машины. США, легковой автомобиль высокого класса стоит на пустынной улице, недалеко от парка. Периодически озираясь, через парк к машине подходит темнокожий американец, одет неброско. Еще раз оглянувшись, он открывает заднюю дверь и садится в машину. Далее разговор происходит в машине, однако видны только темные силуэты. Второй собеседник белый, сидит на переднем сиденье справа, одет в темный костюм.

Флеминг: «Мистер Фримен? Я не ошибся? Здравствуйте».

Фримен: «Не ошиблись, мистер Флеминг. Здравствуйте. Нам пришлось вас дожидаться. Нам еще предстоит работать вместе. Хотел бы вас попросить впредь быть более пунктуальным».

Флеминг: «Прошу прощения. Мне сказали только утром, немного задержался. Впредь такого не повторится…»

Фримен: «Очень надеюсь. Однако к делу. Проводимые мероприятия по организации беспорядков нужно интенсифицировать, они должны стать более массовыми…»

Флеминг: «Я предполагал... в разумных пределах...»

Фримен: «Не нужно... Собственно говоря, нам нужно организовать хаос, а для этого нужна массовость... вы поняли?»

Флеминг: «Полиция будет противодействовать...»

Фримен: «Естественно, но вас это не должно останавливать... Какое-то количество жертв даже необходимо, это только усилит ощущение анархии ... Дополнительно подключите уголовников... Жизнь в городе должна становиться невыносимой... Увеличьте количество агитаторов, пусть усилят напор на века рабства, на проблемы с работой, неравенство... плохое жилье, опять же, жестокость полиции. Все, в общем, как обычно, но нужно активнее, больше людей... попробуйте подключить проповедников, поработайте с латиносами. Это создаст единый фронт борьбы за справедливость... Понятно?»

Флеминг: «Понятно. Потребуется больше денег».

Фримен: «Финансирование увеличится, не бойтесь. Еще один момент. Нужно белых подраскачать... В городе есть памятники времен гражданской войны, устройте там митинг, облейте краской памятник конфедерату... Какое-то количество активистов запишите в стрелковый клуб, оружие и обучение мы оплатим... Потом пригодится...»

Флеминг: «А конечная цель какая? Не останемся без штанов?»

Фримен: «Нет. Нужно переустроить страну по-другому. Мы контролируем ситуацию... Пока все. Я дам знать, когда будете нужны».

Флеминг: «Тогда до следующей встречи».

Фримен: «До свидания, держите в курсе, не забывайте».

Флеминг выходит из машины и идет через парк.

Бар на Среднем Западе США. В баре пусто. Джонни за стойкой, протирает стаканы. Грустный Билл пьет пиво. В бар заходит Стив и подсаживается к Биллу. Работает телевизор.

Джонни: «Привет, как дела? Что налить?»

Стив: «Дела не очень, с работой туговато, но на пиво хватит».

Джонни наливает бокал пива и ставит его перед Стивом.

Билл: «У тебя тоже дела не очень, а говорят, что айтишники везде нужны».

Стив: «Но и выпускают их много и все хотят в айтишники, со всеми одинаково. Если в стране в целом обстановка плохая, то она для всех работающих плохая».

Билл: «Наверное, так. Сейчас только евреям да ниггерам хорошо. Одни занимаются финансовыми спекуляциями, а другие живут себе на пособия и довольны. Ничего им больше не надо. Вон смотри, по ТВ опять их показывают. Очередной митинг, требуют больше пособий, на рабство напирают. Зачем им вообще работать?»

Стив: «Как будто мы виноваты в том рабстве. Да и давно его уже нет, и пособия уже давно, приспособились. Помитинговали, поорали, глядишь, и еще подкинут. От белых американцев уже ничего в стране не зависит. Паши и плати налоги...»

Билл: «Да уж, сели на шею и ноги свесили. Одни спекулируют, другие просто паразитируют. И попробуй что-нибудь скажи, сразу же начнут жертвами прикидываться и в нос тыкать. У одних был давно холокост в Германии, и мы им оказывается, тоже чего-то должны, у других рабство 200 лет назад и опять те же претензии. Везде мы должны».

Джонни: «Вчера по телику показывали, ниггеры на кладбище митинг устроили и памятник ветеранам гражданской войны краской облили. Полиция хоть бы хны ... жертвы аборта ... видите ли, все им теперь можно ...»

Стив: «Ну воевали, каждый за свои убеждения. Война закончилась, поставили памятники, помирились... Нет ... нужно это еще раз расковырять и плюнуть нам в лицо ... тем, кто эту страну и сделал такой своими руками...»

Джонни: «В Вашингтоне в основном о величии Америки трещат, постоянно рассказывают о своих