На грани возможностей. Путевые заметки в условиях сильнейшего шторма - Фёдор Филиппович Конюхов

Для читателя, который взял мной написанную книгу случайно, мои слова в ней и высказывания будут звучать метафизически, отвлеченно и ненужно. А человеку-скептику эти высказывания покажутся каким-то предрассудком.

Я – как солдат разбитой армии. Важно для меня сейчас плыть, а не плыть куда-то, потому что дом мой – это яхта.

Без чего жить нельзя – это без Бога!

Там, на Земле, верующих много, но таких, которые знают Бога, очень мало. Где мой Господь, которого знает моя душа? Нет ничего дороже, как знать Бога, и нет ничего худшего, как не знать Его. Но и тот блажен, кто хотя и не знает, но верует.

Господи, помилуй меня, великого грешника.

Идет мелкий, как пыль, дождь, даже не дождь, а туман, очень сырой и холодный. Руки мерзнут, я ничего не рисую, руки не слушаются от холода и воды.

3 марта 2008 года

Тихий океан.

Господи, Иисусе Христе, сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

56° 07’ – Ю. Ш.

111° 57’ – З. Д.

01:24

Запустил дизель-генератор для подзарядки аккумуляторов. Двадцать лет прошло с тех пор, как мы 3 марта 1988 года стартовали с мыса Арктический, Северная Земля. На лыжах шли через Северный полюс в Канаду. Нас было тринадцать человек. Экспедицию возглавлял Дмитрий Шпаро.

Двадцать лет минуло, а я помню, какой на старте был сильный мороз. Солнце мало светило. Оно висело низко на горизонте, все красное. Вот что записано в моем полюсном дневнике.

3 марта 1988 года. Нас тринадцать лыжников. Девять русских и четверо канадцев. Мы встретились, чтобы пересечь на лыжах Северный Ледовитый океан. Нам предстоит быть вместе более трех месяцев. В это время года на 81-м градусе северной широты, там, где мы находимся, световой день короток. Мы не успели преодолеть береговой припай, а день уже начал клониться к вечеру. Красный шар солнца повис надо льдами Арктики и стал как бы расплавлять ее торосы. Но сделать это ему не удалось. Ночь быстро покрыла замерзший океан. На противоположном конце неба всплыл полный диск луны, окруженной матовым венцом. Лунный свет преобразил Арктику, покрытую огромными глыбами льда. От них тянулись темно-ультрамариновые тени прямо нам навстречу.

Нам пока везет, может, потому, что в нашей команде есть священник Лори Декстер. Ему 42 года, он живет на севере Канады в небольшом городке Форт-Смит. В Стране кленового листа Лори больше известен не как религиозный служитель, а как полярный путешественник. Канадцы называют его Патриархом Арктики. Лори Декстер восемь лет прожил среди эскимосов, участвовал во многих полярных экспедициях, часть из которых организовал и возглавлял сам. Но больше всего он увлекается марафонским бегом. Создал у себя на севере Канады клуб «Бегуны полуночного солнца». В него могут вступать люди, которые пробегают без остановки 100 километров за Полярным кругом. Клуб существует уже 13 лет, и все эти годы Лори не пропускает ни одного марафона.

Мы часто отпускаем шутки в адрес Дмитрия Шпаро, руководителя экспедиции: дескать, он знал, кого взять на такой опасный маршрут. Но Шпаро, не улавливающий шуток, серьезно отвечал, что он пригласил Лори Декстера в экспедицию не как священника, а как опытного полярного путешественника. И что Лори не только служит Богу, но и в 1980 году возглавил экспедицию к Северному полюсу. Правда, достичь заветной цели ей не удалось из-за болезни одного из спортсменов.

Мы каждое утро потихоньку наблюдаем за Лори, когда он читает молитву. Стараемся не мешать ему. И где-то подспудно в душе каждого из нас теплится надежда, что именно молитвы помогут нам преодолеть Великую Полынью. Ее мы больше всего боялись.

Только Вася Шишкарев со своей пролетарской грубостью кричит: «Эй, поп, быстрее собирай свой рюкзак, нам некогда тебя ждать! Не помогут нам твои молитвы!»

Лори тихо отвечал, что вера должна быть у каждого. Кто-то верит в деньги, кто-то в политическую систему. А он верит в Бога.

Так же 3 марта 1990 года я стартовал с мыса Локоть Северной Земли к Северному полюсу и достиг его 9 мая. Как когда-то японский путешественник Наоми Уэмура.

Фолклендская война 1982 года сгубила более тысячи аргентинских солдат и около двухсот английских десантников. Она убила и человека, который никогда не был на Фолклендских островах и о конфликте между двумя странами слышал за многие тысячи километров от места действий. Фолклендская война убила японца Наоми Уэмуру, когда из-за этого кризиса он вынужден был отменить запланированное восхождение на высочайшую точку Антарктиды – массив Винсон.

Наоми оказался в Антарктиде во время военных действий, небо закрыли для самолетов, поэтому весь его багаж и собак не смогли доставить. Он был вынужден вернуться домой, с трудом, через Чили. Но спонсоры потребовали вернуть долг за отмененную экспедицию или подняться на высочайшую гору Северной Америки, Мак-Кинли, зимой. Зимнее восхождение в условиях Аляски было очень опасным. Ни до, ни после Уэмуры так больше никто и не рискнул покорить Мак-Кинли в зимнее время. Но у отважного японца не было выхода – для него сумма долга была чудовищной, и он рискнул – поднялся на Мак-Кинли 12 февраля 1984 года. А 15 февраля связь с Наоми Уэмурой прервалась. Навсегда.

Ровно через два года после его гибели, 14 февраля 1986 года, наша экспедиция «Комсомольской правды» подходила к полюсу Относительной недоступности в Северном Ледовитом океане. Весь переход разговоры велись только об Уэмуре, потому что пятеро участников похода встречались с этим маленьким жителем Страны восходящего солнца в Лондоне, куда были приглашены исполкомом Международного приза «За мужество в спорте».

В моей квартире висит фотография: Володя Леденев выхватил миг из жизни двух больших путешественников современности – Уэмуры и Шпаро. Они стоят на пороге музея английского исследователя Антарктиды Шеклтона. Невысокий, круглолицый Наоми держит в одной руке книгу Шпаро «Путь на Север». А Дмитрий Игоревич приобнял Уэмуру, склонился над ним, будто хотел защитить его от какой-то опасности. Шпаро не сомневался, что японец погибнет. Говорил: «Путешествовать в одиночку – это все равно что идти без страховки над Ниагарским водопадом. Дрогнул и полетел вниз – и бешеный поток воды навсегда перечеркнет твою смелость».

Отвага Уэмуры была примером для многих. Я внимательно следил за его восхождением на самые высокие горы всех континентов. Когда Уэмура объявил о своем решении с канадского мыса Колумбия достичь Северного полюса на собаках, а потом с него добраться до берега Гренландии и пересечь этот ледяной остров, я завел у себя специальную карту и отмечал на ней путь японского путешественника.

До полюса он дошел за 57 дней, но устал настолько, что понял: назад надо возвращаться самолетом. Американцы перебросили его на