Путь Геракла : история банкира Виктора Геращенко, рассказанная им Николаю Кротову - Николай Кротов

В конце концов надо отдать должное Е. Т. Гайдару: он сделал решительный шаг для договоренности — взял внешние долги на Россию, но оговорил, что коллеги после этого не будут претендовать ни на какие советские активы за рубежом.

От СССР коммюнике подписал председатель Межгосударственного экономического комитета И. С. Силаев. Украинцы тоже тогда его подписали, но в дальнейшем, правда, не ратифицировали. Премьер Украины (бывший председатель Госплана республики) В. П. Фокин вел себя при этом безобразно, за него даже было стыдно перед шерпами «семерки»! Хоть под стол от стыда лезь! Постоянно бросал шапку, демонстративно уходил. Хорошо, что Гайдар имел неплохие дипломатические способности (и хорошие нервы), Госбанк сумел довести дело до конца. Витольд выкобенивался перед Кравчуком — раньше на заседаниях советского Совмина он себе такого не позволял!

После того как удалось закончить переговоры, я подошел к шерпу (следящему, чтобы бывшие братские республики окончательно не переругались) Хорсту Келеру, будущему федеральному президенту Германии (тогда статссекретарю министерства финансов страны). Надо сказать, у нас с ним сложились хорошие личные отношения. «Виктор Владимирович, — поделился своей радостью Хорст после трех часов спектакля, — хорошо все-таки, что удалось договориться! А то я уж думал — ни с чем придется возвращаться!»

От США шерпом был первый заместитель министра финансов США Дэвид Мэлфорд, он заявил тогда переговорщикам: «Если вы перед нами будете стирать грязное белье, учтите, вы никаких денег в качестве помощи не получите!» Кстати, потом американец резко критиковал Международный валютный фонд за неразумные советы, данные нам их консультантами. Он тоже подошел к нам выразить свою радость.

А я коллегам рассказал следующий анекдот: «Один араб собрал в деревне деньги и пошел в город за покупками. Долго шел через пустыню. Проголодался, замерз… Спать хочется, да и темнеет, за деньги боязно. Вдруг видит: на горизонте какие-то огоньки. Приблизился — кибуц. И живут там люди не его веры. Тем не менее он подходит к синагоге, проходит через калитку, стучит. Вышедшему раввину объясняет ситуацию, в которую он попал, просит места для ночевки, кусочек хлеба и воды.

Раввин ему дружески отвечает: «Конечно, проходите в сторожку. Задвижку можете не закрывать, здесь все свои. Вам принесут все, в чем вы нуждаетесь».

Путник, видя такое отношение к нему, продолжает: «А нельзя ли у вас оставить пояс с деньгами на сохранение?

А то я плохо буду спать, думать об их сохранности, не отдохну, а мне еще далеко идти».

«Конечно, — отвечает раввин, — будьте спокойны!»

Утром проснулся путник, идет к раввину, благодарит его за гостеприимство: «Я теперь буду всем рассказывать, какие вы хорошие люди!» Наконец спрашивает о поясе.

«Какой пояс?» — удивляется раввин.

«Хватит шутить! Я же вам оставлял свой пояс с деньгами!» — восклицает растерянный путник.

«Кто-нибудь что-то знает о поясе?» — обращается раввин к собравшимся вокруг них прихожанам.

«Он все придумал, чтобы нас опорочить! — дружно закричали все. — Гнать надо иноверца!»

«Ну, мужики, Бог вас накажет!» — в отчаянии промолвил несчастный и пошел восвояси. Только вышел он из калитки, его догнал раввин и со словами «Вот твои деньги!» протянул растерявшемуся путнику его пояс.

«Ты сейчас уйдешь, купишь товар в городе, радостный домой приедешь, а мне с этими здесь дальше жить!» — ответил на недоуменное мычание раввин».

И Келер (кстати, еврей, хотя он выдвинут в президенты от Христианско-демократического союза) засмеялся — он все понял!

Нет, напрасно мы решили

Прокатить кота в машине:

 Кот кататься не привык —

Опрокинул грузовик.

Не доведенное до конца отцом дело — вступление в международные финансовые организации — судьба доверила завершить мне.

Идея создания Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) появилась у президента Франции Франсуа Миттерана и президента СССР Михаила Горбачева во время их встреч в октябре 1985 года в Париже и в июле 1986 года в Москве. Задача банка была в содействии валютными кредитами процессам трансформации экономик стран Восточной Европы. Примером стали Азиатский банк развития (Asian Development Bank), основанный в 1965 году, Африканский банк развития (African Development Bank), основанный в 1964 году, наконец, самый старый Межамериканский банк развития (Inter-American Development Bank), основанный в 1959 году, занимающийся предоставлением долгосрочных кредитов странам Центральной и Латинской Америки на развитие экономики.

Идея была поддержана другими европейскими странами, естественно, не остались в стороне и американцы, потому что они всегда имели свои интересы в подобных делах.

Когда начались переговоры, появилось предложение, что все восточноевропейские страны станут реципиентами банка. Все, кроме России. Мы возмутились: как это так, мы тоже перестраиваем экономику и у нас тоже сильно не хватает ресурсов. Еще в 70-е годы у нас были большие совместные проекты с западными партнерами. Хотя бы стоит вспомнить проект «газ — трубы» при прокладке газопровода Сибирь — Западная Европа. Средства нужны были и для развития среднего бизнеса. В конце концов партнеры по переговорам согласились с нашими доводами.

Советский Союз подключился к переговорам о создании ЕБРР с января 1990 года. Пару раз в этих переговорах в Париже приходилось участвовать и мне. Со мной в составе делегации ездили Олег Владимирович Можайсков и Андрей Евгеньевич Бугров, бывший тогда заведующим управления международных экономических отношений МИД СССР. В 1991 году он стал работать в ЕБРР, а с 1992 по 2002 год был представителем РФ при Всемирном банке, исполнительным директором Международного банка реконструкции и развития (МБРР), Международной финансовой корпорации (МФК).