Путь Геракла : история банкира Виктора Геращенко, рассказанная им Николаю Кротову - Николай Кротов

В дальнейшем при обсуждении на Верховном Совете СССР большинство депутатов было против введения республиканского хозрасчета, но на заседание пришел Горбачев и уболтал всех, и система пошла вразнос. Решили — пусть республики попробуют жить в новых условиях. Помню, депутат группы «Союз» В. И. Алкснис предупреждал, что надо внимательнее относиться к событиям в Прибалтике, но кто его слушал?!

Но тогда еще ничего страшного не произошло — экономическая зависимость республик от Центра была значительно больше, чем сейчас. В Прибалтике в структурах, отвечающих за экономику, было еще много разумных людей, хорошо помню очень неглупого руководителя Госбанка Эстонии, все понимающего.

В конце июля 1989 года без дополнительных обсуждений сессия Верховного Совета Эстонии приняла Закон «Об основах хозрасчета республики», а Верховный Совет Эстонии — постановление о переходе республики на хозяйственный расчет.

15 декабря 1989 года (за полгода до России) Верховный Совет Эстонии принял постановление о формировании самостоятельной банковской системы республики и учреждении Банка Эстонии, который должен был стать эмиссионным центром республики, регулирующим количество денежных единиц, находящихся в наличном и безналичном обороте, выпускающим в оборот денежные знаки. Был даже объявлен конкурс на лучшее оформление банкнот в кронах. Банк они начали создавать с нуля (в отличие от россиян), действующий параллельно с республиканским отделением Госбанка СССР.

Не осталась в стороне и Украина, говорят, потратившая на введение в стране псевдоденег — купонов — более 18 млн рублей (еще тех, советских) и не получившая от этого удовлетворения.

В сентябре 1990 года на консультативное совещание съехались представители Белорусского, Грузинского, Украинского республиканских банков Госбанка СССР и новых созданных госбанков РСФСР, Латвии и Эстонии. Организаторы ставили целью ускорить растаскивание Госбанка СССР.

Были и очень разумные предложения. В частности, такое.

АКАДЕМИК Н. Я. ПЕТРАКОВ ПОМОЩНИК ПРЕЗИДЕНТА СССР: в январе 1990 года я помогал Горбачеву готовиться к поездке в Литву, к Бразаускусу. и предлагал сразу пресечь все разговоры о республиканской собственности. Большой театр кому принадлежит? Это вопрос не собственности, а финансирования. Из чьего бюджета оплачивается, тому и принадлежит это народное достояние! Другое дело — акционерные компании. Я агитировал Горбачева создавать транснациональные компании. Акционировать Рижский ВЭФ и контрольный пакет оставить в Москве. И уйдет от вас Латвия, не уйдет — собственность уже транснациональная, по всем международным правам. А то сейчас Таллинский порт, который строила вся страна, — эстонский. Но Горбачев это не воспринял, так как вообще плохо понимал, что такое акционирование. Как ни парадоксально, но большой вред принес в этом вопросе государственник Леонид Иванович Абалкин, первым провозгласивший необходимость разделения собственности на федеральную, республиканскую и муниципальную. Это была огромная ошибка. Я ему объяснял, что собственность может быть либо общественной, либо частной — другой нет.

Он был совершенно прав — акционерные (негосударственные) союзные банки, если бы они были созданы, юридически сломать или расчленить было бы гораздо сложнее.

ПЕТРАКОВ Н. Я.: в 1988–1989 годах уже можно было купить любого чиновника. Абсолютно. Началось растление капиталом. Диктат пропал, и либеральная интеллигенция заголосила про рынок, о котором она имела совершенно дурацкие представления: человек должен быть экономически свободен, нам нужны новые экономические отношения. А рынок — это прежде всего собственность. И бюрократы понимали это лучше, чем любой экономист-затейник со степенью. Они сразу сообразили: нужно организовать дело так, чтобы валяющаяся под ногами госсобственность стала их собственностью и чтобы за это ничего не нужно было бы выкладывать.

В этом и весь смысл республиканских хозрасчетов.

Обсуждался вопрос, что делать с резервными средствами, которые были на балансе Госбанка СССР. Ранее некий депутат по фамилии Орлов предложил их разделить между республиками. А мы, представители Госбанка и Минфина, выступали против этого. Говорили: когда разделите баланс, поделите долги между республиками, тогда вот и резервы можно использовать. А просто взять и раздать их сейчас вряд ли будет правильно. Наше предложение было поддержано, в том числе и Борисом Николаевичем. Но главное не это. Я посмотрел, как главы республик обсуждают этот важнейший вопрос… Дилетантство. Они люди политически, может быть, и подкованные, но их понимание экономики было уж слишком упрощенно.

И последнее воспоминание по этой теме. Конец 1991 года. Республики разводятся. Надо разделить нажитое в совместной жизни, а главное — общие долги. Спорили долго, все боялись прогадать. Первым начал договариваться Явлинский, однако не смог ничего добиться.

18–21 ноября в Москве прошла встреча представителей независимых государств, бывших субъектами СССР, с представителями «группы 7». На ней все стороны согласились, что «принимают на себя солидарно и по отдельности ответственность по погашению внешнего долга СССР в полном объеме». Говорилось также о том, что стороны «подготовят необходимые меры для разработки механизма мобилизации ресурсов для погашения внешнего долга» и «готовы вступить в ближайшие 7-10 дней в конкретные переговоры о реструктуризации долга».

В конце концов надо отдать должное Е. Т. Гайдару: он сделал решительный шаг для договоренности — взял внешние долги на Россию, но оговорил, что коллеги после этого не будут претендовать ни на какие советские активы за рубежом.