Повелитель тьмы: Возвышение Дарта Вейдера - Джеймс Лучено

Шрайн прилагал максимум усилий, чтобы его голос не звучал подавленно.

— Но значит ли это, что мы должны перестать служить Силе? Вовсе нет. Все мы должны провести остаток наших дней на службе у Силы. Но не с мечом в руках, Оли. А совершая правильные действия, руководствуясь здравыми идеями.

— Уж лучше я буду служить Силе с мечом в руках, — выпалила она. — С ним же и погибну.

Шрайн ожидал подобного поворота.

— Ну и как твоя гибель послужит Силе? А меж тем ты могла бы совершить немало благих дел, передавая свои знания о Силе новым последователям.

— Именно этому вы и хотите посвятить остаток своей жизни — благим делам?

Шрайн улыбнулся.

— Остаток не остаток, но прямо сейчас у меня есть одна цель: постараться унять твоё стремление поскорее выкопать себе могилу. — Он задержал взгляд на девушке. — Прости. Я уже потерял на этой омерзительной войне двоих падаванов и не хочу теперь терять и тебя.

— Даже несмотря на то, что я не ваш падаван?

Он кивнул.

— Даже несмотря на это.

Девушка вздохнула.

— Я в самом деле признательна вам за заботу, мастер — и я буду продолжать называть вас именно так, потому что на данный момент вы — единственный мастер среди нас всех. Но Сила говорит мне, что я не должна отступать, и я не собираюсь отворачиваться от неё. Мастер Чатак ежеминутно внушала мне, что я должна прислушиваться к велению Силы, и именно так я и собираюсь поступить.

Девушка с важным видом посмотрела на джедая.

— Джула полагает, что вы можете уйти. Сила велика в ней, но она не джедай, мастер. Вы не можете в одночасье забыть всё то, чему вас учили в течение десятилетий. А даже если и сможете, то вскоре пожалеете об этом.

Сжав губы, Шрайн в который раз кивнул.

— Значит, на Моссаке нам с тобой суждено расстаться.

Уголки её рта дрогнули.

— Мастер, хотела бы я, чтобы всё было по-иному.

— О своих чувствах на этот счёт я вообще промолчу.

Они поднялись, и Шрайн мягко обнял её.

— Расскажешь остальным? — спросил он, когда девушка принялась собирать в стопку свои листки.

— Они уже знают.

Когда она открыла дверь, чтобы уйти, Шрайн отвёл взгляд. Но не успела девушка исчезнуть за поворотом, как в каюте возникла Джула.

— Джедайские разборки?

Шрайн окинул взглядом вошедшую.

— Как видишь, нетрудно догадаться.

Джула отвела глаза.

— Оли — славная девушка… Да все наши джедаи в общем-то такие. Но они — во власти иллюзий, Роан. Всё кончено. Им осталось лишь принять это и продолжать жить собственной жизнью. Ты говорил мне, что привязанность — корень большинства наших проблем. Получается, под эту категорию подпадает и привязанность к Ордену джедаев. Если быть джедаем означает быть в состоянии принять случившееся как факт и двигаться дальше, тогда они послужат Ордену куда лучше, оставив его в покое.

На этот раз их взгляды встретились.

— Для некоторых из них тут дело в потере престижа, в том, что именно они должны определять, что верно, а что нет, — продолжала она. — Дело в их неколебимой вере в то, что все их поступки обусловлены велением Силы и что Сила всегда на их стороне. Но это не так. Ты сам прекрасно знаешь, что я недолюбливаю Орден. Джедаи разрешали многие проблемы — но и сами становились причиной не меньшего количества проблем. И сейчас — уж не знаю, отчего так; виноват ли тут Палпатин, а может, джедаи просто не в состоянии примириться с тем фактом, что они должны уйти на второй план, — Силу уже нельзя назвать вашим самым сильным союзником.

Джула взяла его за руки.

— Однажды, Роан, тебя уже забрали у меня. Я не позволю случиться этому повторно — не без борьбы. — Она хихикнула. — На этом, леди и джентльмены, позвольте считать мою речь оконченной. — Неотрывно глядя на сына, она произнесла: — Присоединяйся к нам.

— Предлагаешь стать преступником?

В её глазах будто вспыхнул огонь.

— Мы не преступники. Ну хорошо, мы совершали кое-что спорное, но то всё в прошлом, и теперь у нас есть ты. Если согласишься присоединиться к нам, торжественно клянусь: будем брать только те заказы, что позволят нам творить лишь благие дела. Если ты ЭТОГО хочешь…

— Например? — уточнил Шрайн.

— Ну вот, кстати, одно благое дело нам уже предстоит. Мы должны переправить одного бывшего сенатора из Центральных миров в его родную систему.

Шрайн окинул её скептическим взором.

— И почему это бывшего сенатора так необходимо переправлять в родную систему тайком?

— Детали мне неизвестны. Но догадаться несложно: сенатор не разделяет взглядов нового правящего режима.

— Договор заключал Кэш?

Джула кивнула.

— Он самый. Кстати, это ещё одна причина, почему ты должен принять наше предложение. Ты кое-что задолжал ему за то, что он сделал для тебя на Мурхане.

Шрайн презрительно усмехнулся.

— Я ничего не должен Кэшу.

— Ладно. Но ты должен хотя бы почтить его память.

Шрайн уставился на неё.

— Штурмовики отловили его вскоре после того, как вы сбежали с Мурханы, — сообщила Джула. — Кэш Гаррулан мёртв.

Глава 28

Расположившись в высоком кресле, Сидиус провожал взглядом Дарта Вейдера, покидавшего его тронный зал: длинный плащ развевается за спиной, чёрный шлем поблёскивает, отражая огни города, в воздухе осязаема аура гнева.

На постаменте рядом с троном возлежали ситские голокроны — те самые, в поисках которых Вейдер отправлялся в Храм джедаев. Голокроны имели пирамидальную форму — в отличие от кубических джедайских — и хранили в себе знания, доступ к которым мог получить лишь тот, кто добился больших успехов в обращении с Силой. Тайные письмена, покрывавшие поверхность голокронов, указывали на то, что они были записаны ситами эпохи Дарта Бэйна приблизительно тысячу стандартных лет назад. Сидиуса не слишком волновало их содержимое: Дарт Плэгис, его собственный наставник, в своё время предоставил ему доступ к настоящим ситским голокронам. То, что хранилось в архивах Храма, было не более чем ловкой подделкой — своего рода ситской мистификацией.

Разумеется, Вейдер не мог знать, что это подделка, но он был достаточно умён, чтобы догадываться: Сидиус отправил его в Храм отнюдь не из-за голокронов. Однако, судя по раздражению, которое выказывал ученик Сидиуса, в Храме произошло нечто непредвиденное. И вместо того, чтобы помочь Вейдеру примириться с собственными деяниями, эта показная миссия лишь спутала вконец его мысли и едва ли не осложнила всё дело.

«Ну и что теперь с ним делать?» подумал Сидиус.

«Вероятно, придётся послать его ещё и на Мустафар».

Ещё несколько мгновений он размышлял над возможными действиями; затем, отжав кнопку на контрольной панели, встроенной в подлокотник его кресла, Сидиус призвал в зал Маса Амедду.

Большерогий чагриан, в последние дни превратившийся в своего рода посредника между Императором и разрозненными — и, в общем-то, малозначительными — группами сенаторов, с опаской миновал алых гвардейцев и приблизился к Сидиусу, уважительно склонив голову.

Сквозь открывшуюся дверь Сидиус разглядел в приёмной знакомое лицо.

— Это кто там пришёл? Айсард?

— Да, господин.

— Зачем же?

— Он просил доложить вам об инциденте, произошедшем в тот момент, когда они с лордом Вейдером были в Храме.

— В самом деле?

— Мне дали понять, что неизвестные личности проникли в архивы посредством сигнального маяка.

— Джедаи, — Сидиус будто выплюнул это слово.

— И никто иной, господин.

— И Лорд Вейдер был непосредственным свидетелем этого инцидента?

— Это так, господин. Как только был выявлен источник передачи, лорд Вейдер приказал солдатам из местного гарнизона перехватить нарушителей.

— Солдаты не справились, — констатировал Сидиус, в любопытстве подаваясь вперёд.

Мас Амедда размеренно кивнул.

«Снова эти беглые джедаи», подумал Сидиус. «Ещё слишком рано сбрасывать их со счетов».

— Впрочем, не важно, — проговорил он наконец. — По какому делу ты шёл ко мне изначально?

— Дело о сенаторе Фэнге Заре, господин.

Сидиус сплёл воедино пальцы своих пухлых рук, откидываясь в кресле.

— Один из самых громкоголосых среди тех прославленных двух тысяч сенаторов, что желали выжить меня из канцлерского кресла. И что же, он переменил свои взгляды?

— Что-то вроде. Как вы, наверное, помните, господин, сразу после вашего заявления о том, что война окончена, Фэнг Зар и ещё несколько видных сенаторов, подписавшихся под Петицией Двух Тысяч, были задержаны сотрудниками Бюро Внутренней Безопасности для допроса…

— Ближе к делу, — оборвал его Сидиус.

— Фэнгу Зару было рекомендовано не покидать Корускант, но он ослушался и оставил столицу, отправившись на Алдераан: ныне он гостит во Дворце Алдера. Однако конфликт, захлестнувший его родную систему, сошёл на нет, и теперь Фэнг Зар, по всей видимости, намерен вернуться на Серн Прайм, стараясь при этом не привлекать повышенного внимания БВБ или кого бы то ещё к своей персоне.