Обратный отсчет - Галина Васильевна Герасимова

переплелись. Мериец наклонился и крепко обнял, словно только сейчас осознал, что мог её потерять.

К горлу подкатил комок. Она снова собиралась плакать. Ну почему с ним Соня становилась такой плаксой? Может, чувствовала, что он не обидит, даже если она покажется слабой?

Соня глубоко вздохнула, уткнувшись носом ему в шею. От мужчины остро пахло лекарствами. Этот непривычный больничный запах сбивал с толку. Врачи сказали, что Терри ранили в бедро. Он едва ходил, но все-таки добрался до её палаты, чтобы убедиться: с ней всё в порядке. Как после этого в него не влюбиться?

— Тебе больно? — почувствовав её слёзы, перепугался Терри.

Соня покачала головой, пытаясь успокоиться. Конечно, чувствовала она себя не очень, её подташнивало, но это были такие мелочи по сравнению с тем, что пришлось пережить!

— Мне было страшно, — признание далось с трудом. Она никогда не говорила, что чего-то боится. Смеяться над страхом стало её привычкой. Но с Терри можно было оставаться собой.

— Как ты? — он отстранился. Стёр скатившуюся по её щеке слезинку.

— Жива. Благодаря тебе. — Соня сжала его пальцы и глубоко вздохнула. Стало чуточку легче. — Спасибо, что вытащил.

— Дурочка! Я не мог тебя потерять. — Мужчина вдруг снова сильно обнял её, и Соня замерла, боясь пошевелиться. Мериец молчал, но о его чувствах говорили руки, поглаживающие её спину.

— Взаимно, — прошептала Соня, вцепившись ногтями в его больничную пижаму.

Потянула на себя — места для двоих на койке едва хватало, но как приятно было лежать в объятиях Терри! Рядом с ним было спокойно и уютно. Никуда не хотелось его отпускать. А он не торопился уходить, гладил её, легонько целовал в нос и щеки.

Почувствовав, что пригрелась и начинает засыпать, Соня нехотя пробормотала:

— Тебе надо идти.

— Еще минутку, — настойчиво попросил Терри.

Заснули они вместе.

* * *

Утром обоим устроили разнос. Если бы Терри не был гостем с другой планеты, их бы точно развели по разным этажам. Ушёл он, хромая, но всё равно вернулся под вечер, невзирая на возмущенные крики медсестер. Пришел и на следующий день, перед самой её выпиской. Но даже после встречи не прекратились, просто теперь Соня с Терри поменялись местами. Уже она навещала его, вырываясь из душного офиса на время обеденного перерыва или заезжая после работы. Вместе они прогуливались по территории больницы, болтали о пустяках и не только: несмотря на бурный роман, они не забывали обсудить детали контракта. Но Соню всё ещё угнетала мысль, что контракт они заключили из-за личных отношений.

— Скажи честно, почему «Амадина»? Тебя «Летучая рыба» заинтересовала или что-то другое? — она не выдержала угрызений совести.

— Конечно другое, — ответил Терри. Полюбовался на её вытянутое лицо и добавил: — Это из-за асфарий. Я не могу упустить такую выгоду.

— Придурок! — стукнула его кулачком Соня, но мужчина сделал вид, что не расслышал.

Мериец практически полностью восстановился и горел желанием вернуться в строй, так что вскоре его застали в палате с развернутыми на полстены вирт-окнами. Досталось принесшей коммуникатор Соне и самому пациенту: раз сказали отдыхать и не перенапрягаться, так и надо делать!

Спустя несколько дней Соня столкнулась у выхода с Леринусом. Тот выглядел обеспокоенным. Он прошёл мимо, будто не заметил знакомую. Соня с тревожным чувством поднялась в палату.

— Тебя сегодня выписывают? — удивилась она, увидев, что Терри одевается в повседневный рабочий костюм. У кровати стояла модная трость — ему до сих пор было тяжело ходить. Каждый раз видя, как он хромает, Соня ощущала острое чувство вины.

— Уже выписали. Я задержался дольше, чем думал. Родители переживают, что редко выхожу на связь. — Он виновато улыбнулся. — Прости, надо было предупредить, чтобы зря не приезжала.

— Ерунда. Подвезу тебя до отеля, — отмахнулась Соня. — Всё равно кое-кому пока нельзя управлять транспортом.

— Если честно, я надеялся, что ты так скажешь, — усмехнулся мужчина, поправляя галстук. — Идем, расскажешь, что нового.

Однако поговорить в кабине у них не вышло. Коммуникатор Терри разрывался от входящих звонков, и Соня устала слушать его извинения. Раз надо отвечать, то ничего не поделаешь.

— Кажется, тебя потеряли, — заметила она, стараясь скрыть за сарказмом разочарование.

— Это из-за брата. Леринус проболтался, что я в больнице, — признался Терри, отправляя какие-то файлы. — Брат рвет и мечет и обещает отправить меня на галеры.

— А разве он был не в курсе?

— Я предпочел скрыть от семьи наше приключение.

Соня поймала себя на мысли, что тоже не хочет рассказывать о случившемся Инге. По крайней мере, не сейчас. Пусть сестра отдыхает спокойно, поволноваться за неё она успеет.

Остановившись на стоянке у гостиницы, Соня помогла Терри выбраться из аэроката.

— Я не инвалид, сам справлюсь.

Он опирался о трость и старался выглядеть бодрее, чем был на самом деле. Над губой выступили бисеринки пота.

— Я не сомневаюсь в тебе.

Она успокаивающе похлопала его по руке и проводила до номера. Сунула в холодильник несколько кусков пиццы, купленных по дороге, заварила зеленый чай. Терри подошел, обнял её со спины.

— Я скоро уеду. Меня ждут в главном офисе Иканты, — сказал он, и Соня медленно опустила заварник. Руки задрожали, и она боялась выронить его и разбить.

— Ясно, — ответила она заледеневшим голосом.

Терри зарылся пальцами в её волосы.

— Я не хочу уезжать.

— Но тебе надо.

Это был не вопрос, а утверждение. Соня скорее ощутила, чем увидела, как Терри кивнул.

— Не хочешь остаться сегодня у меня? — осторожно спросил он.

— Тебе нельзя заниматься ничем активным, — напомнила ему Соня.

Она не могла понять, что сейчас чувствует. Точно не злость, не обиду. Опустошённость? Да, пожалуй. А ещё отчаянное желание побыть с ним