Ключи от замка Грааля - Скотт Ллойд

Суть проблемы, окружающей истинную сущность Авалона, заключается в неправильном понимании валлийского слова Инис. Как объяснялось в главе 2, Инис может означать «остров», но это же слово может также иметь значение «королевство или государство», давая нам тем самым уже не остров, но государство Аваллах. В отношении значения слова Аваллах существуют две точки зрения, первая из которых видит в нем корень afall, означающий «место яблок» — заканчивающийся окончанием — ach2, — и таким образом усматривает в Авалоне Остров Яблок. (В валлийском языке существуют отдельные слова afal (яблоко) и afalien (яблоня), зафиксированные в валлийской литературе и многочисленных топонимах)3. В Vita Merlini (Жизни Мерлина), написанной Гальфридом Монмутским, Insula Avallonis Истории становится Insula Pomorum (Остров Яблок), предполагая этим, что Гальфрид считал слово Аваллах производным от валлийского «яблоко» или «яблоня» (afal или afall). Он также связывает Insula Avalonis Истории, куда увезли Артура исцеления ради, с Insula Pomorum Жизни Мерлина и Морган Ле Фей и ее сестрами как целительницами Артура. В итоге то и другое оказываются обозначением одного и того же места. Тем не менее в Vita Merlini Гальфрид также превращает первоначальный Авалон в Остров Счастливых: «Остров Яблок получает название “Счастливого острова”4 потому, что на нем растут все виды растений сразу. Земля не возделывается вообще, кроме того, что есть дело Природы. Она производит урожай в изобилии и гроздья без всякой помощи; и яблони растут в его лесах посреди невысокой травы. Все растения, не только одна трава, растут сами собой; и люди живут до сотни лет или больше»5.

Такое представление о легендарном Счастливом Острове было записано Помпонием Мелой (ок. 45 г. по РХ) в отношении острова Сена (Sena), находящегося у берегов Бретани, который он описывал как «знаменитый оракул галльского бога, жриц которого, живущих в святости постоянной девственности, как говорят, насчитывается девять»6. Поскольку Гальфрид Монмутский являлся уроженцем приграничных валлийских земель, он почти безусловно был знаком с легендами, связанными с кельтским потусторонним миром, и сочетал их с элементами собственного классического образования, сплавляя воедино два параллельных предания и в итоге породив существующее смешение первоначального валлийского Инис Аваллах и позднейшего латинского Insula Avalonis. Истолкование Авалона как Острова Яблок может восходить к трудам Гальфрида, однако лишь трудами последовавших ему летописцев ошибка эта сделалась общепризнанной, наделив нас известным ныне мифическим и расположенным в неведомых краях Авалоном.

Область Аваллах

Теперь обратимся к другой методе истолкования Инис Аваллах и происхождения Авалон. В своей книге De Antiquitate Glastoniensis Ecclesiae (Древности Церкви Гластонбери, ок. 1125 г.), средневековый историк Вильям из Мальмсбери дает два объяснения происхождения названия Авалон: «[Гластонбери] также широко известен под названием Insula Avaloniae, и таково происхождение этого имени: говорят… что Гластеинг нашел свою свинью под яблоней возле старинной церкви, и потому что яблоки были редкими в тех краях, когда он прибыл туда, он назвал это место Insula Avaloniae на своем языке, то есть Островом Яблок. Ибо бриттское avalla перводится на латынь как рота (яблоко). Или же оно получило название от некоего Аваллока, который, как утверждают, жил там вместе с дочерьми, потому что место это уединенное».

Объяснение Вильяма было впоследствии подкреплено мнением Гиральда Камбрийского, монаха англо-британского происхождения: «Аваллония зовется так от бриттского aval, что значит яблоко, потому что место это изобилует яблоками, или же от некоего [А] валло, владетеля той земли».

В относящихся к XII столетию комментариях к Prophetiae Merlini (Пророчествам Мерлина), Алану с де Инсулис называл это место как Инис Аваллах, тем самым указывая на то, что название это имеет традиционный характер и не представляет собой просто валлийский эквивалент латинского Insula Avalonis7. Говоря словами Бринли Ф. Робертса, писавшего в 1971 г.: «Поскольку слово Аваллах никогда не фигурирует в качестве обыкновенного существительного, кроме как в сочетании Инис Аваллах (иначе с ним должен был бы сочетаться определенный артикль; прилагательное abhlach, «богатый яблоками», более подошло бы по смыслу), и поскольку слово существует независимо лишь в качестве имени собственного, нет причин отвергать связь Аваллока с островом»8.

Без какой-либо очевидной причины и Вильям из Мальмсбери, и Гиральд Камбрийский предоставили истолкование, альтернативное Острову Яблок. Не могло ли быть так, что еще в XII столетии, вопреки всей пропаганде противоположного тезиса, Инис Аваллах по-прежнему воспринимался как Страна Аваллах, а не мифический Остров Яблок? Хотя в настоящее время общепризнано, что континентальные артурианские романы в своей основе являются не чем иным, как причудливой обработкой раннего валлийского материала, к поискам Авалона в валлийском контексте еще никто не обращался. И в связи с этим истинное происхождение Инис Аваллах затерялось в вековом литературном смоге.

В поисках владыки Авалона

Итак, каким же был этот таинственный Аваллах, в честь которого назван загадочный Авалон? Где располагалась его страна, была ли она мифической или реальной, и какие указания на нее существуют во всем корпусе Авалонианы? На первый взгляд нам показалось, что об этой легендарной фигуре почти ничего не известно. Однако, как нам предстояло узнать, фактов оказалось более чем достаточно для того, чтобы установить его связь с повествованиями, окружающими оригинальное положение Инис Аваллах. Наделе Аваллах оказался личностью, имеющей определенное значение, поскольку в ландшафте Северного Уэльса обнаруживается достаточно упоминаний его самого и членов его семейства, чтобы образовать регион «воплощенного в ландшафте мифа»9.

В результате установление истинного положения Страны Аваллах явилось относительно простым делом, и нам скоро стало ясно, что этот Аваллах был непосредственно связан с историческим и мифологическим материалом, породившим языческие и христианские мифы, имеющие отношение к Авалону.

Аваллах или «Авалло[к]», как называют его в приведенных выше отрывках из трудов Вильяма из Мальмсбери и Гиральда Камбрийского, известен нам по ранним валлийским генеалогиям, где имя его присутствует в таких вариантах, как Абаллак, Авалло и Амалех10. В соответствии с этими генеалогиями именно в поколении Аваллаха христианское и языческое предания впервые слились воедино, поскольку отцом его называется Бели Маур ап Миноган, легендарный король Инис Придейн, а матерью — Анна, кузина Девы Марии. Бели Маур был отождествлен с (Куно) Беллинусом, бриттским королем, жившим во времена Юлия Цезаря11, и под именем Бели аб Миноган присутствовавшим в повести о Бранвен, дочери Лира, из Мабиногион12. У него было четверо сыновей, в том числе Аваллах, и двое дочерей, Арианрод и Пенарддун13, первая из которых была рождена от кельтской богини Дон, а вторая от Анны, дочери Иосифа Аримафейского. В данном случае интересно отметить, что в кельтской мифологии Дон считается Матерью Богов и ее дети — Гвидион, Гованнон, Амаэтон, Арианрод и Гилваетви 14 — сами считаются богами 15. Дети Дон и множество менее влиятельных бриттских божеств в легендах надежно связаны с ландшафтом Северного и Среднего Уэльса.

В генеалогиях Аваллах изображается как мифический предок, от которого происходят многие из персонажей и родов, участвующих в артурианских мифах. Он был отцом двух дочерей, Модрон и Гваллвен, называемых феями (фейри[13]) и являвшихся любовницами бриттских королей Уриена Регеда и Маэлгуна Гвинедда соответственно, также считавшихся происходившими от Аваллаха. У Аваллаха тоже было двое сыновей, Овейн и Эвддолен, от которого происходили такие великие бриттские правители, как Кунедда Вледиг, Вортигерн, Коэл Хен, Маэлгун Гвинедд и целая рать прочих16. Сестра Аваллаха Пенарддун (внучка Иосифа Аримафейского) имела детей от кельтского бога Ллира, одним из которых был Бран, главный бог кельтского пантеона. Среди потомков Пенарддун числится Эудаф Хен (отец Элен, жены Максена Вледига/Максима, императора Рима); далее ее потомки по материнской и отцовской линиям воссоединяются в браке Утера Пендрагона и Эйгир, союзе, породившем Артура и его сестру Анну.

Установив положение Аваллаха в бриттском предании, мы должны были сделать следующий шаг и отыскать связанные с его именем топонимы, таким образом устанавливая связанную с ним область. Наше внимание привлек следующий отрывок из средневекового валлийского текста YSeint Greal(Святой Грааль): «Артур и Гвалхмей [Гавейн] ехали, пока не прибыли в Инис Аваллах, где хоронили королеву; и они провели ночь вместе с отшельниками, оказавшими им теплый прием. Тем не менее, да будет известно воистину, что в ту ночь король не был радостен, но печаль его возобновилась, и он сказал, что в мире нет места, более подобающего ему, чем это. На следующее утро после мессы они отбыли самым прямым путем в Каэрллион»17. Поскольку мы уже определили Каэрллеон артуровской легенды как Честер, утверждение, что «они отбыли самым прямым путем», равнозначно свидетельству того, что Честер находился совсем рядом. Далее, положившись на предположение о том, что Инис Аваллах находился не слишком далеко от Честера, столичного города Гвинедда, мы обратились к относящимся к X веку Харлейанским (Harleian) генеалогиям, позволившим нам проследить происхождение правившей династии Гвинедца вплоть до Абаллаха (Аваллаха)18. Отсюда оказался вполне разумным вывод о том, что Инис Аваллах — первоначальная Страна Аваллах — находилась в пределах Гвинедда (Северного Уэльса).