Запретная для сводного - Алика Фортис

есть. Завтра мы с Тамарой поедем в клинику, и я сам всё проконтролирую. Если будет необходимо, проведу тест ДНК. Просто дай мне время.

– Оно у тебя есть, Демид. Но не лишай меня моего. Мне оно тоже нужно. Тамара уверена, что ребёнок вас сблизит и ты к ней вернёшься. И мне почему-то кажется, что так оно и будет. – высказала свой самый сильный страх. И он был, как никакой другой близок к реальности.

– Я не вернусь к ней. Как бы ни было с её беременность, с ней вместе я не буду. – обхватив моё зарёванное лицо ладонями, с неприкрытым волнением всматривался в мои глаза.

Что он увидел, остаётся только догадываться. Но одним рывком прижал меня к себе и крепко обнял. А я, просто не сдерживаясь, продолжала плакать. И как правильно поступить? Где она, та самая золотая середина? Отступить и не мешать или же побороться?

– А как же ребёнок? – тихо прошептала, уткнувшись ему в грудь.

– Ещё раз повторю. Он ничего не поменяет между нами с тобой. Да, я буду участвовать в его жизни, помогать финансово и стараться не обделять вниманием. Но к Томе не вернусь. Если она и рассчитывала на такой исход, то это исключительно её сложности. – чувствовала, что эти слова давались ему с трудом.

– Ты уверен, что сможешь так?

– Думаю, да. Всё это будет сложно, но решаемо. Просто не руби так сразу. Знаю, что облажался и о таком ты точно не мечтала. Но изменить я ничего сейчас не могу. Если бы мог – изменил. Но, увы.

– Хорошо. Но я сегодня всё же поеду к Раде. Мне нужно. – у меня был такой раздрай, что я не могла сидеть на одном месте. Просто не могла и не хотела. Нужно отвлечься или же нареветься вдоволь и высказаться близкому человеку. И этим человеком сейчас была для меня подруга. С Демидом было в разы острее обсуждать произошедшее.

– Я отвезу тебя. Только без вещей. – всё то время, пока я была прижата к его груди, он монотонно поглаживал меня по спине и волосам. Я только кивнула, не желая спорить.

К Раде ехали в гробовом молчании. Ни кто из нас ни проронил ни слова. Мы оба крепко увязли в своих мыслях. Только на прощание Демид попросил позвонить, когда нужно будет меня забрать. Я согласно кивнула и без промедлений выбралась из машины.

Рада встретила меня с обеспокоенным и тревожным видом. Я разрыдалась прямо на пороге, а потом выпалила ей всё, что меня гложет.

– И что ты теперь планируешь делать? Неужели так просто сдашь позиции? – поинтересовалась Рада, когда я закончила свой монолог.

– А что я могу? – перевела на неё затравленный взгляд.

– Ну вам же хорошо вместе. Да, хреновый сюрприз получился, от его бывшей. Но уже, что имеем. Нужно исходить из этого. Но главное, что вы-то вместе.

– Вместе. И я вроде бы понимаю, что если ребёнок есть, то он ни в чём не виноват. Но тем не менее меня просто душит ревность. Кажется, что всё это отдалит нас с Демидом. Как барьер какой-то. Если бы у меня была железобетонная уверенность, что между нами ничего не изменится, мне было бы легче. А такой уверенности у меня нет. Одни сомнения.

– Ну, может тебе попытаться довериться. Он ведь не сказал ничего, что могло бы заставить, тебя так думать. Всё остальное ты сама надумала. Это, насколько я поняла из твоего рассказа. Я еле дело он сам охренел. Дураку понятно, что переварить надо. – подруга пыталась заставить меня мыслить здраво. Но куда там, когда в голове такая каша.

– Просто зная Демида, я уверена, что он попытается всё сделать правильно. А я этому правильному решению будто мешаю.

– Я уже говорила, но повторюсь. Не нужно надумывать лишнего и решать за него. Один факт того, что он по-прежнему хочет быть с тобой, на мой взгляд, решающий.

– Вот ты сейчас говоришь всё это, и я понимаю, что ты чертовски права. Но сама не могу перестроиться. Меня словно в разные стороны разрывает. Кидает из крайности в крайность. И постоянное «если», не даёт откинуть эмоции.

– Так быстро ты эмоции и не откинешь. Время нужно. Как тебе, так и ему. Но одно я точно могу сказать с уверенностью: ты ему нужна. Иначе бы он не просил тебя не рубить сгоряча. – как же она права. Но как же тяжело в это поверить. И ещё тяжелее принять.

– Просто я всё себе представляла иначе. Наши отношения. Нафантазировала на несколько лет вперёд, а сейчас будто на полном ходу влетела в бетонную стену. И всё вдребезги.

– Да понятное дело, что к такому тебя жизнь не готовила. Но чего теперь? Похерить всё и пинками вытолкать его в лапы бывшей? Ты сама-то себя слышишь? Прекращай дурить. Хочешь плакать? Плачь. Дай выход эмоциям. Это порой необходимо. Но потом включи голову и не пасуй перед сложностями. Если он тебе действительно нужен и ты без него не можешь, не допускай непоправимого. А я вижу, что ты в него по уши втрескалась. – мне кажется, ещё немного и Рада бы отхлестала меня по щекам, дабы привести в чувство.

Тем не менее я ухватилась за её слова, как за спасительную соломинку. Только от мысли, что наши с Демидом дороги разойдутся, становилось дурно. В холодный пот бросало, стоило представить себя отдельно от него. Я ведь люблю его. До потери пульса люблю.

Удивительно, что у Рады получилось лучше чем у Демида, вправить мне мозги. Не окончательно, но она хотя бы заставила мыслить немного яснее. Скорее всего,  потому что она смотрит на эту ситуацию со стороны. Мы же оказались её заложниками, находясь в самом эпицентре событий. Наверное, если мы преодолеем эти трудности, то в дальнейшем станем ещё ближе, чем есть сейчас. Я уповала именно на это. Главное, преодолеть и со всем справиться.

Пусть я так и не приняла саму новость о беременности Тамары, но почувствовала непреодолимое желание оказаться рядом с Демидом. Только сейчас окончательно осознала, что ему должно быть хреново. И одна я нахожусь в потерянном состоянии.

– О чём задумалась? – окликнула меня подруга. Должно быть, она долго за мной наблюдала. Потому что в тишине мы провели достаточно много времени.

– К нему хочу. – призналась, как на духу.

– Ну так собирайся и езжай. Чего сидеть титьки мять? – она смотрела на меня, не скрывая улыбки.

Я, должно быть, выглядела полной дурёхой, которая сама не знает чего хочет. То рвалась уехать из квартиры Демида,