Двойник короля 11 - Артемий Скабер

В одной группе был отмечен он сам, Медведь, а также наиболее преданные Павлу Александровичу бойцы. Рядом стоял крестик. В другой группе — имена новых наёмников и тех охотников, которые присоединились к роду совсем недавно. Возле этой части был нарисован круг.

Фёдор снова просмотрел первый список. Все эти люди должны быть на южной границе в ночь полнолуния, через три дня, согласно новому расписанию дежурств, которое Витас составил два дня назад.

— Вот оно что… — прошептал Медведь. — Он собирается убрать всех преданных господину людей с дороги, когда придёт время.

Вернув книжку на место, Фёдор вышел из здания склада. Его мысли лихорадочно метались. Нужно было действовать, но как? Напрямую противостоять Витасу было бы самоубийством. Тот является гораздо более опытным бойцом и имеет полную власть над всеми охотниками рода. Ещё он маг.

Во дворе Медведь случайно встретил Жору. Главный слуга выглядел уставшим, но держался, как всегда, с безупречным достоинством.

— Доброе утро, Фёдор, — кивнул он. — Тебя искала Ольга. Говорила что-то о новых защитных зельях для ваших охотников.

— Спасибо, — Медведь кивнул в ответ.

Он колебался. Стоит ли поделиться своими подозрениями с главным слугой? Георгий всегда был предан роду, но кто знает, вдруг и он замешан в этом деле? В конце концов, Витас следил за ним не просто так.

— Что-то ещё? — спросил Жора, заметив замешательство Фёдора.

— Нет, ничего, — покачал головой Медведь. — Просто много дел в последнее время.

В лаборатории Ольга действительно ждала его с новой партией защитных зелий. Девушка выглядела измождённой: тёмные круги под глазами, бледная кожа, дрожащие от усталости руки. Но в её взгляде горел странный огонь, почти фанатичный.

— Вот, Фёдор, — она протянула ему ящик с флаконами. — Новая формула, гораздо эффективнее предыдущей. По одному бутыльку на охотника, не больше. И следи, чтобы пили только перед боем, эффект длится всего час.

Медведь взял ящик, но не спешил уходить.

— Ольга, — начал он осторожно. — Ты не замечала ничего странного в последнее время? Необычного поведения людей, изменений в распорядке?

Девушка напряглась, её взгляд стал острым.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто… — Фёдор замялся. — Просто хочу убедиться, что с родом всё в порядке, пока господин отсутствует.

Смирнова долго смотрела на него, словно оценивая, можно ли доверять.

— Приходи сегодня вечером, после ужина, — наконец сказала она. — Возможно, нам стоит поговорить.

Весь день Медведь был как на иголках. Он проводил обычные тренировки, отдавал распоряжения, но мысли его метались далеко. План Витаса, что бы это ни было, явно должен осуществиться скоро.

Вечером, как и договаривались, он пришёл в лабораторию Ольги. Девушка заперла дверь и активировала какое-то устройство, которое, судя по всему, блокировало звуки.

— Говори тише, — предупредила она. — Кажется, за мной следят.

— Кто? — спросил Фёдор.

— Лампа.

Медведь нахмурился.

— Рыженький? — улыбнулся мужчина. — Может, ты ему приглянулась. Павел Александрович говорил, что он будет помогать тебе с зельями.

— Помогать? — Ольга горько усмехнулась. — Он использует меня и лабораторию для своих экспериментов. Я видела его записи. Он создаёт что-то, не имеющее ничего общего с обычными зельями. Что-то опасное.

Девушка подошла к столу и достала из ящика свёрток.

— Я нашла это в его тайнике. Рецепт какого-то крайне сильного яда, который не оставляет следов и действует мгновенно, особенно на перевёртышей. И вот эти символы… — она указала на пометки на полях

Фёдор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Яд? Зачем? Рыженький работает с Витасом и они хотят убить всех верных людей Павла Александровича?

— Ольга, ты думаешь… что Лампа хочет кого-то отравить?

— Я не знаю, — призналась девушка. — Но это точно не на благо рода. Зачем нам сильный яд? А ещё… Георгий… Я видела, как он разговаривал с Лампой посреди ночи. Обсуждали какую-то подготовку к возвращению господина.

— К возвращению? — Медведь почувствовал, как внутри всё сжимается. — Но ведь Павел Александрович может вернуться в любой момент. Особенно теперь, когда генерал Твердохлебов подтвердил, что на фронте ситуация стабилизировалась.

Ольга побледнела ещё сильнее, если это вообще было возможно.

— Именно, — прошептала девушка. — Они готовятся к его возвращению. И я боюсь, не для того, чтобы встретить с почестями.

Медведь тяжело опустился на стул. Картина начинала складываться в его голове, и она была пугающей. Витас со своими странными передвижениями отрядов, Жора с тайными встречами, Лампа с ядами… Все они что-то замышляли против Павла Александровича.

— Что нам делать? — спросил он.

Ольга покачала головой:

— Не знаю. Но я продолжу следить за Лампой. А ты — за другими.

— А ты, случаем, по тем записям не можешь создать такой яд? — спросил мужчина.

— Что? — удивилась девушка. — Зачем?

— Нужно! — оборвал её Медведь. — Для одного дела.

— Хорошо… — прикусила губу девушка. — Завтра.

Фёдор кивнул и вышел из лаборатории. Подозрения стали убеждённостью. Витас, Георгий и Лампа — они предатели, их нужно убить. Рыженького проще всего: он дохляк и слабак. Просто сломать шею, и проблема решена.

С Лейпнишем сложнее. Нужно придумать, как во время плана убить его самого. А потом слуга… За ним нужно последить ещё. Да и непонятно, как справиться с таким сильным магом. Но, если этот яд такой сильный, он и поможет в устранении Витаса и, возможно, Георгия. Осталось только дождаться.

Внутри бушевал огонь. Предательство… Все знакомые, верные и даже его по факту учитель…

— Смерть врагам! — сурово произнёс Фёдор.

* * *

Георгий

Часы в коридоре пробили два ночи, но Георгий, как обычно, не спал. Он сидел в своём кабинете при свете единственной свечи и перечитывал отчёты о хозяйственных делах рода.

Последний месяц без Павла Александровича выдался непростым: каждый, кому молодой Магинский поручил часть своих дел, стремился добиться превосходства над остальными. А обязанность Георгия как главного слуги состояла в том, чтобы поддерживать равновесие.

Перевернув очередную страницу, Жора неожиданно услышал тихие шаги в коридоре. Он бесшумно поднялся и подошёл к двери, прислушиваясь. Шаги были лёгкими, почти неразличимыми — так ходили только перевёртыши. Георгий приоткрыл дверь и выглянул.

Елена, с растрёпанными волосами и в одежде не по размеру, быстро двигалась по коридору. Странно. Обычно она носила только дорогие платья, подобранные специально