Загораются звёзды - Ольга Горошанская

— Да, ВАС, — ответил он, обманчиво хмурясь, но ей показалось, на самом деле забавлялся.

— Тогда не знаю. Все зависит от более сильного волшебника, — шутливо проговорила, потупив глаза в пол. — С него и спрашивайте.

— Прелесть какая, — произнес Ланцерис, по-хозяйски развалившись в кресле возле шахматного стола. — Сыграем? Гор, а ты иди — у тебя дела…

— Надеть бы на вас браслеты… платиновые, — немного наморщив нос, начал Севем, словно был хищником и собирался укусить.

— Но ты сегодня добрый, — самодовольно перебил его Ланцерис, расставляя шахматные фигурки.

Хмыкнув, дем Гор прикоснувшись печаткой к зеркалу, вошел в него, и то снова начало отображать холл, в котором стало невероятно тихо и появилась возможность свободно услышать тиканье часов, находившихся в библиотеке.

— Я плохо играю в шахматы, — хотела отказаться нахмурившаяся Лео, подходя ко второму креслу возле стола.

— Я люблю выигрывать, — ухмыльнувшись, кардинально радостно продолжил блондин, поворачивая доску золотыми фигурками, украшенными рубинами к себе, а серебряные с изумрудами к ней.

— А вот я предпочитаю не проигрывать.

— Может у тебя есть другие предложения? — подмигнул тот, предлагая ей выбрать характер времяпровождения.

— Господин…

— Просто Ланцерис, я же не настолько стар, — перебил он, продолжая ухмыляться.

— А вы умеете летать? — Лео сама удивилась своему вопросу, ведь она совсем не это хотела сказать.

— Во-первых, мы уже перешли на «ты», а во-вторых, на улице нелетная погода. Кроме того, неужели ты хочешь надеть мне на спину крылья? — весело хмыкнул он, подшучивая над ней.

«Было бы очень интересно», — развеселившись подумала, представляя его с ангельскими крыльями, но об этом решила умолчать.

— Хорошо. Я сыграю с тобой в шахматы, если ты полностью ответишь на один вопрос.

— Как ты можешь быть уверена, что я отвечу правду? — на этот раз ухмыльнувшись по-особенному, поинтересовался, зарождая сомнения. — Но задавай свой вопрос.

— Кто такая «Душа»?

— Волшебница, — коротко поведал, теряя веселость. — Серебро ходит первым.

— А подробней?

— Ты хочешь, чтобы тебе солгали? — через некоторое время спросил, все еще оставаясь полностью серьезным.

— Нет, Ланцерис.

— Тогда не задавай глупых вопросов, — холодно кивнул, прикоснувшись к одной из фигурок и та, словно ожила, прошла по доске и снова замерла, словно никогда и не оживала. У Лео создалось впечатление, Ланцерис не играет, а позволяет жить маленьким фигуркам своей жизнью. Он не отдавал приказов, куда нужно двигаться, не принуждал становиться на место, где их обязательно казнят, только касался, будто давал не возможность двигаться, а предупреждал, наступило ее время жить.

— А если мне интересно? — делая очередной ход, спросила, рукой передвигая свою фигурку, так как еще не умела оживлять предметы.

— Любопытство, между прочим, кошку сгубило.

— Но я же не кошка, — немного обиженно, протянула, снова вручную переставляя фигурки, когда Ланцерис прикасался к своим и те, оживая, сами передвигались, что казалось ужасно несправедливым.

— Вот и радуйся. Кошкам живется нелегко. Шах и мат, — улыбнулся, возвращая веселое расположение духа.

— Что собственно и следовало доказать. Может лучше, поведаешь, чем отличается экономический мир волшебников, Охотников и других рас?

— О, — оживился Ланцерис, словно это был его конек и на самом деле мог говорить об этом годами.

Он стал рассказывать о банковском рынке, о бирже ценных бумаг: как впервые занялся спекуляцией виржей и вышел на мир нофосов, где намного проще делать деньги, особенно если купить несколько высокодоходных предприятий или компаний. Под миром нофосов он имел в виду не какую-то отдельную ограниченную территорию, а в целом весь мир, где и жили обычные люди и Охотники, за исключением территорий, принадлежащих волшебникам. Рассказал, как в свое время купил акции какой-то технической компании и за счет этих акций очень долго поддерживал в нужном состоянии баланс волшебного мира, имея возможность купить абсолютно все. А главное его деятельность не шла в разрез с идеалами Охотников.

Так они, попивая чай, умиротворенно разговаривали, попутно вспоминая различные смешные истории.

— Я смотрю вам здесь весело. И дом на месте, — в дверях стоял Севем Немезидей дем Гор, собственной персоной и ехидно ухмылялся, видимо довольный результатом похода.

Лео только сейчас заметила, на улице стемнело, а над головой давно горит волшебная люстра, создавая легкую феерическую атмосферу.

— Вы готовы? — обратился он к ней, смерив взглядом.

— Да, — ответила она, встав и надев на плечо собранную сумку.

— А то, что для обряда и торжественного ужина нужно приодеться соответствующе, вы, естественно, не знаете.

— Гор, зачем ты на ребенка налетел? — примирительно отдернул Ланцерис, лениво, словно сытый кот, поднимаясь из кресла.

Лео, не теряя времени — терпение у Севема не безграничное — достала из сумки единственное пышное платье в стиле семнадцатого века, которое уговорила сшить мадам Ларсеноль, но без корсета и застегивалось спереди на незаметную молнию, спрятанную в рисунке. Решив больше не копаться, а надев через голову этот наряд, застегнула наглухо, показывая, теперь готова полностью. Благо, кофту Аврель уже переместил в сумку, а бриджи под пышной юбкой никто не увидит.

Севем протянул ей листок бумаги и оставил его висеть в воздухе.

— А вы? — Клеопатра испугалась путешествовать одной, а вдруг снова не долетит?

— Вы и так достаточно потеряли времени. Кроме того, я не могу появиться вместе с вами в Гильдии Предварительного Определения Магии. У всех присутствующих случится инфаркт, — злобно усмехнувшись, произнес, и ей ничего не оставалось, как взяться за волшебный листок.

Тот продолжал висеть в воздухе, так как дем Гор давно устал держать его, а забрав Ланцериса куда-то ушел, воспользовавшись зеркалом. Протянув руку в сторону висящего портала, почувствовала уже привычный головокружительный полет, и приземлилась на узорчатый паркетный пол в самом центре зала.

— Аврель? — тихо позвала и вмиг почувствовала на шее тепло; дракон ее нашел.

— Добро пожаловать в Крепость на границе миров, Клеопатра демро Нат, — прозвучал глубокий голос в полной тишине.

Лео повернулась в пол-оборота на его источник и увидела группу волшебников, которым по внешнему виду можно было дать не больше сорока — сорока пяти лет. За их спинами стояло еще четверо, только Севем и Ланцерис, да еще двое позади них выглядели почти ее ровесниками.