Золото Серебряной горы - Алла Озорнина

Глава 26. Еще одна встреча

Следующие мгновения принесли так много неожиданного, что Петька не сразу разобрался, что к чему. Сначала он вдруг явственно ощутил знакомый терпкий запах духов… У кого, у кого были такие? Неважно. Главное, что запах этот ассоциировался с надежностью и безопасностью. В душе появились уже почти забытые чувства покоя и благополучия. Странно… В такой-то момент! А из глубины комнаты тем временем медленно двигалось желтое пламя. Это со свечкой в руке приближался Саянский.

— Кто там еще? — тревожно спросил он.

— Леня, что происходит? — услышал Петька и ушам своим не поверил. Но в следующий момент он готов был от души расхохотаться. Ну точно, как по Агате Кристи! Похоже, еще немного, и чуть ли не все пассажиры рейса Москва — Омск — Чита соберутся здесь. В Благодатном. В доме у ведьмака. Потом возникло вполне понятное недоумение: откуда, откуда все-таки появилась Крокодилица, да еще у Саянского, которого она почему-то называет Леней?

— Ну что молчишь, Лень? А телевизионный «уазик» почему у ворот? Случилось что-нибудь?

Как ни странно, но Петьке показалось, что лицо Саянского в эту минуту разгладилось и стало удивительно красивым. С чего бы это? А может, это пылающее пламя создало такую иллюзию?

— Света, — взволнованно, но как-то приятно, по-домашнему взволнованно произнес Саянский. — Ты-то как здесь оказалась?

— Ой, да обычное явление. В командировку в райцентр приехала. Все в гостинице остановились, а я решила к тебе. Ведь мы уже лет сто не виделись, правда?

Слыша такой обыкновенный, такой будничный разговор, уже не только Петька, но и все остальные расслабились, зашевелились. А то ведь и впрямь стояли как в игре «замри-отомри».

— А это кто? — Причуда всмотрелась в лицо оператора. — Вадим? Что-то хотите снимать на ночь глядя?

— Да у нас ЧП, Светлана Ивановна! — немного придя в себя, сообщил тот.

— Что за ЧП?

— Смирнов исчез!

— Это уже что-то новенькое. То он все кого-то догоняет, а теперь ищут его. Так что же все-таки случилось?

— В двух словах… — начал оператор и зажмурился от внезапно вспыхнувшей лампочки. И все зажмурились.

— Электричество, как всегда, отключили, — пояснил Саянский. — Знаешь же нашу беду. Дня не проходит, что бы…

— Знаю, — отозвалась Причуда.

Петька не спускал с нее глаз. То же зеленое пальто, та же смешная шляпка с торчащими вверх зеленоватыми перьями. Но как радостно было видеть ее, даже несмотря на этот нелепый головной убор!

— Все понятно, — подвела итог Причуда, когда Васюков закончил свой рассказ. — Да, с бензином сейчас напряженка… И если в милиции его нет, то можно было бы воспользоваться моей машиной. Но, как назло, я ее отпустила. У шофера в соседней деревне родственники. Что же делать? Может вам, Вадим, поехать в Читу?

— Я никуда не поеду! — категорически ответил Васюков. — Пока хоть что-нибудь не будет известно…

— Ну тогда я один поеду! — вклинился долговязый. — Надоело уже! Завтра с утра новая командировка, а я, как дурак, здесь торчу!

— Подождите, товарищи, не ссорьтесь! — вмешалась Причуда. — Этим вы ничего не добьетесь. Мне кажется, вам следует отправляться домой. Без вас решат все вопросы.

Теперь уже завредничал оператор.

— Не поеду, — твердил он, — не поеду, пока не найдем Смирнова!

— Но ведь если съемочная группа не вернется в срок, ее руководителя будут ждать большие неприятности… — сказала Причуда. — А тут, пусть без него, но прибудете на место вовремя…

— Да его и так ждет выговор на студии, — со злорадной усмешкой произнес водитель. — Самовольно изменить маршрут командировки… Это — что-то!

— Так может, пока стоит его как-то прикрыть? Ну, например, сказать начальству, что Смирнов, ну, предположим, отравился, и его положили в больницу на день-два… Что, мол, завтра-послезавтра он приедет… А вот за это я ручаюсь. Вадим, ты меня знаешь…

— Короче, ясно, — подвел итог долговязый, — одним словом, поскользнулся, упал, очнулся, гипс… Ну едешь ты или нет?

— Смирнов — на вашей совести, Светлана Ивановна, — отозвался Васюков и вышел вслед за водителем.

— Ну а вы как здесь очутились? — спросила у Петьки Причуда, едва закрылась дверь за представителями телевидения.

Бумажкин коротко рассказал, что произошло, краем глаза наблюдая за Саянским. Тот ловил каждое его слово.

Причуда задумалась. На лбу обозначились две поперечные морщины.

— Ты знаешь, Лень, я, наверное, переночую с детьми. Петей и Дашей. Надеюсь, ты не обидишься? Не нужно их сейчас одних оставлять.

— Нет, нет, я не против, — торопливо ответил Саянский. Петька заметил, что на его губах появилась легкая улыбка и тут же исчезла. Понятно, не хочет показывать вида, что ему только это и надо.

«Ну еще бы ты был против, ведьмак несчастный! — подумал Петька. — Ведь любой посторонний человек тебе явно будет мешать. Интересно, что ты задумал? И куда спрятал дядю Мишу и Смирнова?»

В том, что это похищение было организовано Саянским, Петька почти не сомневался.

Глава 27. Неожиданное открытие

Даша, Петька и Причуда вышли на улицу. Минут пять шли молча. Потом Бумажкин спросил:

— Светлана Ивановна, а кем вам приходится Саянский?

— Леонид Семенович — мой двоюродный брат. Детство провели вместе, юность…

«Бедная женщина! — слушая все это, думал Петька. — Ведь она, наверное, даже не подозревает, что вытворяет ее родственничек. Что он, как все считают, ведьмак. Да даже если предположить, что не ведьмак, то все равно, таких дел здесь понатворил: рудник развалил, его работников — разорил… Да что там говорить, даже деньги, которые на строительство школы выделили, себе прикарманил. Уж кто-кто, а Геннадий Борисович зря говорить не будет!»

— Он — человек редкой, исключительной порядочности, — продолжала Причуда. — Вот и этот рудник взвалил на себя только для того, чтобы вытащить его из ямы. Уж как мы все его отговаривали! Бесполезно! Да ладно, если б еще молодой, энергичный был, а то ведь уже за пятьдесят…

Петька не смог удержаться от тяжелого вздоха. Теперь ему вдвойне, а то и втройне стало жаль Светлану Ивановну. Конечно, все родственники, в том числе и она, отговаривали Саянского от чистого сердца, но он-то взвалил на себя это бремя отнюдь не из благих намерений. Петька был в этом почти уверен.

После ужина Бумажкин по просьбе Светланы Ивановны уже в который раз рассказывал о том, что же все-таки произошло у Серебряной горы. А точнее, как же так получилось, что дядя Миша и Смирнов остались одни в этом опасном месте. Вдруг из комнаты послышались приглушенные всхлипывания. Увлеченные беседой, Петька с Причудой даже не заметили, как Даша вышла. Бумажкин приблизился к двери и, глядя в темное пространство, сказал:

— Даш, ну перестань. Все будет хорошо, вот увидишь, — но почувствовал, что голосу не хватает уверенности, и замолчал.

— Сейчас я сама с ней поговорю, — произнесла Причуда и проскользнула в комнату. И тотчас же оттуда донесся ее голос: — Ну все, Даша, успокоились. Пойдем покажу, куда тарелки составлять. Все будет хорошо, вот увидишь.

Петька взглянул на часы. Со временем происходило что-то непонятное. Шел всего-навсего десятый час ночи. «Интересно, что ответили нашим в милиции? В том, что они туда заезжали, сомнений нет. Вадим не позволил бы проехать мимо. Но вот как с бензином? Начались ли уже какие-то работы? Самое противное, что обо всем я узнаю только утром… И то, в лучшем случае…»

Бумажкин подошел к книгам, лежащим на шкафу аккуратной стопкой. Перелистал одну, другую, третью… Даже при всей любви к художественной литературе, он не смог бы сейчас читать. Он опять вспомнил о прилипшей ко дну сумки книге Агаты Кристи. На память пришли дурацкие триллеры, в которых ужасы подстерегали героев на протяжении всего фильма. Не подобное ли сейчас происходит и с ним?

Петька прошел в комнату (Даша к этому времени уже успокоилась, и теперь они с Причудой вытирали посуду), достал сумку, сунул туда руку… Журнал… Диктофон… Туалетные принадлежности… Книги не было!

Холодный мистический ужас сковал Петьку. Немного придя в себя, он начал вытаскивать все вещи, как уже не раз было во время этого путешествия, и складывать их на кровать. Тьфу ты, вот же она, лежит на дне, как миленькая, намертво сросшаяся с сумкой.

Убирая вещи обратно, Бумажкин машинально взял в руки свой блокнот, открыл и перелистал несколько страниц. Они были пусты, и только на первой было написано его же рукой: «Жизнь порой преподносит сюрпризы…». «Господи, какая ерунда! — подумал Петька. А это? «20 НОЯБРЯ. 15 ч. 15 мин. ВЗЛЕТАЕМ. УР-РА-РА!!!»

Бумажкин отложил блокнот в сторону. Ему казалось, что все это было очень давно. Лет двадцать тому назад. А сам он, по сравнению с тем восторженным мальчишкой, которым был тогда, стал дряхлым, уставшим стариком. И тут он вспомнил, что в телогрейке лежит записная книжка Смирнова. И хотя он прекрасно знал, что, кроме паспортных данных, там нет ни одной записи, все же решил еще раз взглянуть на нее. А вдруг они что-то не сумели разглядеть? Да и в конце концов, должен же он как-то убить время!