Кулинар - Александр Варго

Глава XV

– Привет, – кисло улыбнулся Чинарский, глядя на оторопевшего от неожиданности Дудуева.

Тот с отвисшей челюстью таращился на препарированный труп и зловещую сервировку.

– Ты какого… – только и смог промямлить майор.

– Я тоже не ожидал, – с непростительной беспечностью сказал Чинарский.

– Это что такое? – разинул рот Дудуев.

– Очередная жертва маньяка, неужели трудно догадаться? – дерзко произнес Чинарский.

Фигура Дудуева была тут явно лишней. Так решил он, Чинарский. И не потому, что не допускал возможности появления здесь Дудуева. Конечно, рано или поздно тот бы нарисовался в компании оперов и экспертов. Но сейчас, когда Чинарский толком осознал случившееся, Дудуев был просто неуместен. Не вязалась его тупая рожа с размахом произошедшей трагедии. А еще этот его идиотски требовательный тон! Словно Дудуев злился на то, что не сразу въезжал в суть проблемы, словно все должны сами идти к нему на поклон и смиренно объяснять, что произошло и как вообще так вышло, что его никто не уведомил заранее о предстоящем событии.

Продолжая смотреть на Чинарского скептически удивленным взглядом, Дудуев приблизился к трупу. У Чинарского мелькнула мысль, что майор опасается смотреть на залитое кровью тело.

– А как ты тут появился?

– Я живу поблизости, осмелюсь заметить, – с притворным смирением в голосе ответил Чинарский.

Чтобы не обнаруживать перед Чинарским собственной растерянности, Дудуев все же посмотрел на труп, сделав при этом непроницаемое лицо. Но что-то не сработало. Едва успев зажать рот ладонью, он ринулся в туалет. И там разразился самой заурядной рвотой. Если бы не трагическая обстановка, Чинарский весело подшутил бы над «впечатлительным» майором, не отказав себе в удовольствии продемонстрировать собственное превосходство. Слушая раскаты рвоты, Чинарский лихорадочно соображал, как ему выкрутиться. Не придумав ничего более оригинального, чем просто покинуть квартиру Кулагиной, он прошел в прихожую. Но майор, услышав его шаги, пулей выскочил из туалета и загородил ему проход.

– Ты куда? – обтираясь платком, прорычал он.

Дудуев дико злился. Во-первых, снова произошло убийство; во-вторых, в квартире оказался Чинарский; а в-третьих, последний стал свидетелем его слабости.

– А чего мне тут делать? – пожал плечами Чинарский.

– Ты под дурака не коси, – грубо осадил его Дудуев. – Как ты проник в квартиру?

– Так же, как и ты, – усмехнулся Чинарский.

– Что ты тут делал? – не отставал, тесня Чинарского в гостиную, Дудуев.

– У тебя селедка на подбородке, – пошутил Чинарский.

Дудуев машинально и как-то испуганно потер платком подбородок.

– Что за бредятина! – воскликнул он. – Отвечай по существу: чем ты тут занимался?

– А ты как думаешь? – Чинарский плюхнулся в кресло, поняв, что долгих и нудных объяснений не избежать.

Дудуев снял трубку с телефона. Вызвал экспертов, доложил Голованову, в общем – все как положено. Сделал то, что хотел сделать после обследования трупа Чинарский, но не успел. Дудуев говорил отрывисто, что было доказательством его взволнованности и недовольства.

– Ну, рассказывай, – вперил он в Чинарского твердый и острый, как бивень, взгляд.

Майор сел на стул и приготовился слушать.

– Я с утра хотел зайти – должен был Надьке сотку, – снисходительно пробубнил Чинарский. – Она не открыла. Пошел похмелился. Потом снова решил зайти. Вижу, дверь открыта. Ну я – чирк – и тут! А здесь такое дело… – вздохнул он. Я, чисто как профессионал, посмотрел, прикинул…

– Как профессионал? – обретя хладнокровие, зловеще процедил Дудуев. – Оно и понятно. Ты, Чинарский, пьешь беспробудно, а потому сам не осознаешь, что делаешь. Вспомни, как ты оказался здесь. Тебе открыла Кулагина, ты прошел, хотел… Чего ты хотел?

– Долг вернуть хотел утром, а потом, когда деньги истратил, хотел поговорить об отсрочке, – спокойно признался Чинарский.

– Тебе было нечем отдавать, и ты…

– На что ты намекаешь? – резко спросил Чинарский.

– Слишком уж много совпадений, ты не находишь? И слишком большой интерес вызывают у тебя все эти убийства, – ехидно ухмыльнулся Дудуев.

– Надька моя соседка… была, – с упрямым видом сказал Чинарский. – Я и зашел к ней по-соседски.

– Она тебе открыла, и ты зашел, – хитро сощурил глаза Дудуев.

– Никто мне не открывал, дверь была не заперта, – с каменным выражением лица произнес Чинарский.

– Ты же говоришь, что был пьян, – с брезгливым пренебрежением глядел на Чинарского Дудуев. – От тебя, кстати, несет, как… – Он замялся, подыскивая красочное сравнение, но, не найдя такового, замолчал.

– Ну, был слегка под мухой… – усмехнулся Чинарский, – выпил водочки…

– А ведь тебе не хуже, чем мне, известно, что основная часть бытовых убийств происходит на почве алкоголизма, – выдавил из себя Дудуев.

– Не был бы ты при исполнении, я бы тебе шею намылил, – просипел взбешенный таким наглым намеком Чинарский.

– А это уже угроза. – Казалось, теперь Дудуев ловит кайф, унижая бывшего сослуживца и совсем забыв о трупе.

– Ты бы лучше делом занялся, – хмыкнул Чинарский. – Кроме всего прочего, убийство произошло не на бытовой почве. Детали и все обстоятельства указывают на то, что действовал маньяк.

– Расчленение тела не всегда показатель действий маньяка. Сколько случаев, когда обыкновенные алкоголики, стремясь избежать ответственности и стараясь спрятать труп, разрубали тела на куски, закапывали в землю… Очень удобно ссылаться на маньяка. Так ведь можно и убийство на бытовой почве загримировать под зверство выродка… – Дудуев наслаждался собственным красноречием.

Он тяжело поднялся и медленно обошел стол, словно показывая, что чувства его приведены в норму.

– Я ведь и обидеться могу, – прошипел Чинарский. – Хотя чего на тебя обижаться, – махнув рукой, добавил он.

– Сейчас приедут эксперты, снимут отпечатки пальцев… – нервно зевнул Дудуев.

– Ты думаешь, что он оставил отпечатки? – насмешливо взглянул на него Чинарский.

– Кто это он? – с фальшивым недоумением поднял плечи Дудуев. – Конечно, процент, что где-то остались отпечатки, невелик. У тебя было достаточно времени, чтобы позаботиться об их исчезновении.

– Ты что, всерьез меня подозреваешь? Или просто выдрючиваешься?

– Выбирай выражения, – косо взглянул на Чинарского Дудуев. – Где ты был сегодня с утра до обеда?

– У реки отдыхал, – небрежно процедил Чинарский.

– И кто это может подтвердить? – Брови Дудуева игриво взлетели.

– Ни одна душа, – усмехнулся Чинарский. – А для чего подтверждать-то?

– Не прикидывайся шлангом, – неожиданно гаркнул Дудуев. – Я прихожу к Кулагиной по делу, а застаю ее… в разделанном виде и тебя рядом с телом. Когда убили Березкина, ты ведь тоже оказался поблизости…

– Ладно. – Чинарский сделал выразительный жест. – Давай я тебе еще раз все популярно объясню, если ты такой…

Он не удержался и хихикнул. Дудуев метнул в него уничтожающий взгляд.

– До полудня я сидел с дядей Саней. Рекомендую тебе хорошенько его расспросить, – продолжал Чинарский издевательским тоном.

– Еще один алкаш? Ваша порода – из самых продажных. Вы, алкаши, за стакан водки подтвердите все, что угодно, – со злобным недоверием проговорил Дудуев.

Он снова сел на стул и закурил.

– Ну и вонища, – задергал он ноздрями.

– Дядя Саня – гражданин Российской Федерации, между прочим, – с комедийным пафосом произнес Чинарский.

– А ночью, где ты был ночью?

– Спал в своей квартире.

– И этого тоже никто не может подтвердить, – иронично качнул головой Дудуев.

– Никто. Но если ты внимательно обследуешь труп, то поймешь, что ночью Кулагина была еще жива. Тебе об этом доложат эксперты. Я не сомневаюсь в их профессионализме. Смерть наступила между пятью и шестью часами утра, – поморщился Чинарский.

– И что это меняет? – скептически выпятил нижнюю губу Дудуев.

– Знаешь, мне надоело тут сидеть, – вздохнул Чинарский.

– Тебе придется остаться. – Дудуев снова встал. – Если не хочешь осложнений. В общем-то, у тебя и так их полно.

Он отправился на кухню, потом заглянул в спальню.

– Сначала Березкин, потом Кулагина. Почему-то когда случаются убийства, ты тут как тут. В тот день, когда был зарезан Березкин, ты утром навещал его у Кулагиной. А теперь вот я прихожу к ней, обнаруживаю здесь ее изуродованное тело и опять же – тебя. – Дудуев с враждебной пристальностью смотрел на Чинарского.

– Во-первых, не в тот день, а накануне, – пояснил Чинарский. – А во-вторых, я Надьку вот с такого возраста знаю. – Чинарский протянул руку над полом на уровне колен. – С отцом ее дружил. Какого хрена ты ко мне цепляешься?!

Пылая негодованием, Чинарский поднялся. Но Дудуев сделал рукой резкий усмиряющий жест.

– Оставайся на месте – ты и так тут уже, наверное, все следы затоптал и залапал.