Закон и беспорядок. Легендарный профайлер ФБР об изнанке своей профессии - Джон Дуглас

пытаюсь объяснить, «как это могло случиться» и «как кто-то мог это сделать». Это мой крест. Но знаете что? Свой крест я с гордостью буду нести всю оставшуюся жизнь.

Я сказал организаторам лекции, что они ошибаются насчет повторной виктимизации. Настоящая повторная виктимизация наступает, когда близкие осознают, что обещанная им справедливость – это неуловимый мираж, всегда маячащий где-то на горизонте. И что система, призванная дать им хоть какое-то умиротворение, часто становится всего лишь еще одним инструментом для жестокого обращения с ними.

Когда я приехал в Нэшвилл и начал читать лекцию, меня удивило число слушателей. Зрительный зал, вмещающий 500 человек, был переполнен. Люди стояли в проходах между сиденьями.

Я сказал: «Вы здесь, в Теннесси, имеете право на смертную казнь по своим законам, но вы почти никогда не применяете ее. С тех пор как Верховный суд восстановил смертную казнь, вы казнили лишь одного человека, это было пять лет назад. Однако ваши присяжные – представители общества – продолжают навязывать эту меру. Значит, что-то не так с системой. И вам, как гражданам этого штата, надо решить, нужна вам эта мера или нет. А если нет, то вам надо избавиться от нее».

Затем я рассказал им о Сюзанне Коллинз. Я рассказал им о том, как она вышла побегать по базе в ночь перед выпуском из школы авионики и больше не вернулась в свою казарму. Помощники шерифа округа Шелби обнаружили ее обнаженное и изуродованное тело около шести утра в пятницу, 12 июля 1985 года, в парке Эдмунда Оргилла в городе Миллингтон, к востоку от авиабазы ВМФ. Около пяти утра ее соседка и близкая подруга Патти Кун проснулась, увидела, что кровать Сюзанны не разобрана, и с тревогой вызвала охрану. Вскоре был выпущен бюллетень по всем точкам (APB) для базы, полиции Миллингтона и департамента шерифа округа.

Помощники обнаружили тело Сюзанны, лежащее лицом вниз, примерно в 450 метрах от дороги. Ее рубашка, спортивные шорты, носки, нижнее белье, пояс для упражнений были разбросаны неподалеку.

Доктор Белл написал в своем отчете о вскрытии: «Смерть наступила в результате множественных повреждений, возникших при тупой травме головы, при сдавливании шеи, а также при резком толчке на 52 сантиметра сломанной веткой длиной 80 сантиметров и диаметром 4 сантиметра. В результате этого толчка ветка вошла в промежность и продвинулась через брюшную полость в правое легкое, разорвав органы брюшной полости и грудной клетки и вызвав внутреннее кровотечение».

Таково было медицинское заключение. Весь отчет состоял из 21 страницы. В нем были фотографии окровавленной головы, опухшего закрытого левого глаза и следов укусов на левой груди. Синяки покрывали обе лопатки, а царапины тянулись от плеч до талии. Однако в отчете не упоминалось, насколько сильно было изуродовано ее лицо, даже фотографии, представленные полицейским и помощникам шерифа сотрудниками службы безопасности военно-морского флота, не помогли в идентификации, опознать ее по лицу оказалось невозможно.

«Ладно, – бросил я вызов своей аудитории, прочитав это описание вслух и показав некоторые из наименее шокирующих фотографий с места преступления. – Вы понимаете, что это значит? Во время пробежки на нее внезапно напали и совершили насилие. Кто-то несколько раз ударил ее по голове твердым предметом. Чем угодно – молотком, бейсбольной битой, эффект один и тот же. Красивая блондинка, превосходно зарекомендовавшая себя как морской пехотинец США, подверглась такому жесточайшему насилию, что просто перестала быть похожа на саму себя».

Мои руки тряслись, а ногти впивались в ладони, пока я говорил это, потому что я не могу описывать страдания жертвы, не проявляя эмоций. Я переживаю это столько раз, сколько представляю описание происшествия разным группам правоохранителей.

Когда же я представлял описание этого дела, мне виделась следующая картина.

На улице темно. Он запихивает ее в свою машину и увозит с базы. Когда она приходит в себя настолько, чтобы попытаться оказать сопротивление, он снова бьет ее. Когда они добираются до этого парка, он вытаскивает ее из машины и срывает с нее всю одежду. Затем отламывает ветку дерева. В отчете говорится, что эта ветка была диаметром 4 сантиметра и почти метр в длину. И вот в какой-то нечеловеческой сексуальной ярости он берет эту острую, зазубренную ветку дерева и запихивает внутрь. Он вставляет эту ветку между ее ног и пихает вверх как можно дальше, изо всех сил. Судмедэксперт измерил глубину проникновения – больше полуметра. Я хочу сказать, что он изнасиловал ее толстой острой палкой, запихнув ее так сильно и так далеко, что разорвал жертве все органы на пути этой ветки, вплоть до правого легкого.

Свидетели позже заявили, что слышали ужасный «предсмертный крик» где-то в парке.

Я оглядел свою аудиторию. Я хотел, чтобы они поняли, почувствовали хоть немного отвращения, хоть немного ужаса. Некоторые плакали. У других было почти пустое выражение на лице. Скорее всего, все они думали: как вообще кто-то может сделать что-либо подобное с другим человеком?

Для того чтобы ответить на этот вопрос или, по крайней мере, дать пояснения по нему, я принял участие в этом деле. Сторона обвинения попросила меня помочь им и дать ответ на этот вопрос недоумевающему жюри присяжных в свете предложений по защите подсудимого. Но не будем забегать вперед.

Полиции не потребовалось много времени, чтобы найти подозреваемого. Фактически сотрудники службы безопасности ВМС опознали его еще до того, как узнали, что Сюзанна убита.

Около 23:00 11 июля двое морских пехотинцев, рядовые первого класса Майкл Ховард и Марк Шотвелл, бегали трусцой, когда увидели бегущую женщину, похожую на Сюзанну. Вскоре после этого они заметили автомобиль – темный фургон Ford середины 70-х годов, по их предположению – с включенным дальним светом, двигавшийся в том же направлении, что и бегунья. Они услышали крики и сразу же помчались туда, но их внезапно ослепил яркий свет встречных фар. Через несколько мгновений к ним вернулось зрение, но они потеряли из виду преследуемую ими машину, поэтому побежали к ближайшим воротам базы и сообщили об этом дежурному охраннику Дэвиду Давенпорту. Давенпорт позвонил в службу безопасности базы и добавил, что уже видел такую же машину, выезжающую с базы. Ее водителем был мужчина, он обнимал женщину. Охранник