Кодекс Дракона - Елена Малиновская

— Да ладно, — недоверчиво протянул я, невольно поежившись. — Неужто Рикки собственноручно бы пытал меня?

«Вряд ли, конечно, — нехотя признал внутренний голос, но сразу же добавил с нескрываемой кровожадностью. — Только если бы ты отказался отвечать на его вопросы. А уж я, поверь, сумею сделать так, чтобы ты и звука не издал, если по собственной дурости попадешься в лапы к храмовникам. Так сказать, получишь по полной еще при жизни. И потом еще на землях мертвых отсыплю наказаний с избытком».

— Но Рикки не надо заставлять меня говорить, — вяло возразил я, мало впечатленный угрозами моего постоянного собеседника. Если честно, он, по-моему, уже начал немного повторяться. — Свои мысли ведь я не смогу контролировать.

«Зато я смогу. — Бог-отступник негромко рассмеялся. — Шени, и при первом твоем разговоре с Рикки, и при втором у него не зародилось ни малейших подозрений о том, что твой разум частично принадлежит мне. Полностью блокировать от него мысли я не решился, иначе это бы насторожило его. Лишь скрыл свое присутствие, сделав часть твоих мыслей недоступными для него. Но постоянно так поступать слишком опасно. Рикки, что скрывать, весьма талантлив и может заподозрить неладное. Поэтому теперь я придумал лучший выход. Когда ты в следующий раз будешь разговаривать с мальчишкой, то при всем желании не сумеешь обо мне вспомнить. Словно нашего договора никогда и не было. Так будет легче убить его, воспользовавшись неожиданностью нападения. Идеальный убийца — тот, кто еще не подозревает о своем задании. Но при первом же удобном случае ты превратишься в орудие возмездия, выполнив свое предназначение. Однако поверь: в моих силах блокировать абсолютно все твои мысли. Если ты попадешься — я обязательно именно так и поступлю. В наказание и назидание».

Я почесал нос и вышел из комнаты, не особо вслушиваясь в грозное бормотание бога-отступника. В самом деле, сколько можно пугать? Я и так уже понял, что попал в крупные неприятности, из которых практически нереально выбраться живым. Ну или хотя бы мертвым, но сохранив право на заслуженный покой по ту сторону реки забвения. Надоело, честное слово!

Я быстро сбежал по лестнице, насвистывая легкомысленную и не слишком приличную песенку про разбитную веселую вдовушку. Правильная, боевая злость всегда приводит меня в хорошее настроение. Когда она приходит ко мне — самое невыполнимое дело кажется пустяком. Именно то, что целитель прописал в моем бедственном положении.

Вечерами, когда спадает жара, особенно изматывающая этим летом, Лутион оживает. На тесных улочках становится не протолкнуться. Степенные семейства медленно прогуливаются, трогательно держась за руки и намертво перекрывая любое движение. Влюбленные парочки заранее занимают скамейки, дожидаясь, когда милостивая ночь накинет на город покрывало, скрывая их шалости от благовоспитанного люда. В толпе шустро снуют чумазые мальчишки, опасно балансируя горами свертков и узелков, — посыльные из лавок, разносящие заказы. Наверняка среди них затесались и молодые, но уже опытные карманники, ловко срезающие кошельки во время будто бы случайных столкновений. В общем, все как обычно. Суетный, шумный и очень любимый мною город.

Я притормозил на пороге, вдохнув полной грудью воздух и пытаясь определить, не ведется ли за мной слежка. Вроде бы нет, все чисто. Драконьими чарами, хвала всем богам, тоже не пахнет. Только на самой грани восприятия зреет аромат приближающейся грозы. Вон и край неба, выглядывающий из-за ближайшей крыши, налился угрожающей синевой. Эх, плащ не взял, а возвращаться не хочется. Ну да ладно, будем надеяться, гроза быстро пройдет, смыв с тротуаров и мостовых жаркую пыль и пух отцветающих растений.

Я быстро пошел по направлению к нижнему городу, ловко маневрируя между праздно шатающимся людом. По дороге не удержался и дал увесистый подзатыльник неумелому воришке, слишком явно пытающемуся подобраться к богато одетой женщине. Жалко дурня. Попадется в лапы городской страже — десяток больших прутняков схлопочет, хорошо, если к позорному столбу не приговорят.

Мальчонка испуганно отпрянул в сторону, подавившись визгом, но протестовать не осмелился. Правильно, знает, что грязно работает. Пусть учится.

Легкая улыбка не сходила с моих губ весь недолгий путь до знакомого постоялого двора. Гуляющие девушки, принимая ее на свой счет, украдкой подмигивали мне, зазывно строя глазки. Несколько замужних сударынь проводили меня задумчивым взглядом, явно сожалея об упущенных выгодах молодости и свободы.

Если бы они только знали, какие мысли в действительности бродили сейчас у меня в голове. Именно с такой улыбкой я шел на штурм постоялого двора, надеясь если не на избавление от проклятия, то хотя бы на быструю и легкую смерть. Именно так я улыбался, глядя в мертвые глаза своего предшественника, заняв его место в гильдии. Веселая ярость бурлила в моих жилах. От напряжения, казалось, даже волосы потрескивали — проведи ладонью, уколешься.

Как и следовало ожидать, в этот раз у порога постоялого двора меня встретил не Борг, а совершенно незнакомый угрюмый мужчина.

Я быстро прочертил в воздухе опознавательный знак, дождался разрешающего кивка привратника и вошел в дом.

— А где Борг? — кинул я через плечо, уже готовясь закрыть за собой дверь.

— Демоны его знают. — мужчина пожал плечами и с непонятным ожесточением зачесал лохматую грязную шевелюру. — Лантий рвет и мечет. Кажись, Боргу крупно не свезет, когда он вернется.

Я нехорошо ухмыльнулся. Боргу точно не повезет, когда он вернется. Если, конечно, великан осмелится на этот шаг.

Молчаливая служанка проводила меня в кабинет к Лантию. Тот разбирал какие-то бумаги, сидя за столом. При виде меня картинно изогнул бровь, пряча на дне зрачков неудовольствие.

— Что-то ты не торопился, — негромко заметил он. — Конечно, мы договаривались, что ты работаешь самостоятельно, а не спрашиваешь разрешения на каждое действие. Но все же я надеялся, что еще до полудня ты придешь принять поздравления по поводу твоего избрания в теневой совет. Тем более что я дал ясные указания на этот счет.

— Я помню. — Я с вызовом ухмыльнулся, глядя в непроницаемые темно-зеленые глаза Магистра — Но я не собираюсь оправдываться. У меня была очень тяжелая ночь. Точнее, утро. Пришел поставить тебя в известность. По всей видимости, ты потерял одного из верных слуг. После сбора гильдии Борг пытался убить меня. И пах при этом, как самый настоящий дракон.

— Не может быть! — Лантий так резко поднялся с места, что невольно смахнул ворох записей на пол. — Ты уверен?