Архив тети Поли - Ирина Кизимова

легко наклонил голову. — Хорошо проведите время сегодня, тётушка.

— Лёгкой службы.

В отличие от тёти Поли, чьи знакомства были ограничены небольшим кругом, хоть заочно она знала многих, Лара останавливалась поболтать по всяким светским пустякам чуть ли не на каждом шагу.

Детектив Васнецов тоже приметил напарницу в толпе и кивнул ей в ответ на улыбку, вновь отправившись на патрулирование периметра. Но не успел и двух шагов сделать, как рядом раздался звонкий голос.

— Сосед-детектив! Какая встреча!

Вчерашний журналист возник словно из ниоткуда, протянув ему руку в знак приветствия.

— На вас парадная форма отдела магического правопорядка! Похоже, вы необычная птица! — улыбнулся он, легко сжав прохладные пальцы собеседника.

— Кажется, вы пытаетесь накопать на меня материал.

— Отнюдь. Это просто профессиональный навык — оценивать нового человека. Хоть привычка и дурацкая, но иногда здорово выручает.

— Я бы ещё поболтал, но у меня служебные дела.

— Какое совпадение! Я тоже работаю. — он преспокойно шагал рядом, продолжая заливаться соловьём. — Собираю материал для статьи о сегодняшней ярмарке. Кстати, что вы о ней думаете?

— Это пойдёт в печать?

— Кто знает. — пожал плечами тот. — Всё зависит от того, насколько занимательно вы ответите на мой вопрос.

— Я не мастер красноречия.

— Не беда. Слова всегда можно отразить в более витиеватой манере, не искажая при этом самой сути.

— Почему бы вам не спросить кого-то более разговорчивого?

— Ну, мне интересно мнение представителя закона, как, собственно, и читателям.

— Если я отвечу, вы прекратите мне докучать?

— Прошу прощения, детектив. — виновато улыбнулся блондин, глядя ему прямо в глаза. — Иногда я бываю непозволительно настойчив и перегибаю палку. Для меня естественно желание подружиться с новым соседом, так что я перенёс его на вас. Примите мои искренние извинения. Я сейчас же пропаду из вашего поля зрения.

Неясно почему, но в тот момент Герман ощутил лёгкий укол совести. Он совершенно ничего не был должен этому наглому газетчику, да и общался в привычной для себя манере, но что-то в печальном тембре его голоса било в самое сердце. А в светлых глазах напротив мелькали толики грусти, усиливая внутреннее беспокойство.

— Ладно, признаю… Возможно, я тоже был груб. Так что… Простите. — пробормотал детектив, останавливаясь рядом с собеседником.

— Извинения приняты, Герман! Никаких обид! — вновь лучезарно улыбнулся тот. — Что ж, если вы не найдёте минутки на беседу со мной, я поищу более сговорчивого полицейского, дабы больше вам не докучать.

— Я считаю, что эти ярмарки важны, но истинные мотивы благородных господ мне неприятны.

— О-о… — нараспев протянул журналист. — Что же вас так задевает в безобидном веселье? Угнетение прав рабочих?

— Многие пришли сюда отнюдь не за тем, чтобы кому-то помочь. Это лишь очередной повод развлечься и выйти в свет. Набить брюхо, обсудить последние сплетни, щегольнуть в новом платье. Пока нет балов, знати нужен случай, чтобы поддерживать контакт друг с другом. Но при всём моём отвращении, я не могу не принять факта, что их праздное времяпровождение действительно приносит благо нуждающимся.

— Вы довольно искренний молодой человек с открытой душой. Таких редко встретишь в наше время. — восхищённо проговорил собеседник, он так и не написал ни слова в своей записной книжке.

— Не будете использовать мою честность в качестве громкого заголовка?

Блондин не сдержал лёгкого смешка, смешавшегося с гомоном толпы.

— Возможно, это принесло бы мне новых читателей, но я бы потерял нечто куда большее.

— Неужели? — Герман удивлённо приподнял брови. — И что же?

— Добрые отношения с соседом для меня важнее большого ажиотажа. Да и, буду честен, ваше заявление не тянет на сенсацию. — он пожал плечами. — Многие думают то же, что и вы, но не каждый решается сказать об этом вслух. А большее число обывателей предпочитают ещё и замалчивать проблемы одарённых.

— Кажется, мы отходим от изначального вопроса.

— Отнюдь. Просто пробегитесь глазами по палаткам и скажите: много ли здесь людей, желающих помочь людям со сверхспособностями?

Герман напрягся, непонятно почему, но он хотел самолично проверить слова журналиста и убедиться во всём.

— Жизнь довольно несправедлива, Герман. Поэтому и нужно иной раз развлечь богачей, дабы они пожертвовали свои капиталы на благое дело. — он подмигнул ему, похлопав по плечу.

— У вас есть сверхспособности? Поэтому так волнуетесь за судьбу одарённых?

— Ну, если можно считать за дар то, что я могу разговорить даже нелюдимого детектива, то, вероятно, я на высшей ступени!

Герман невольно улыбнулся, пряча мимолётную слабость в кулаке.

— Нет, я родился без магических способностей. Но в силу своей профессии общался со многими одарёнными. Им повезло в жизни куда меньше, чем нам с вами.

— То же можно сказать и об обычных людях.

— Но обычные люди не сжигают домов в попытках контролировать силу, не убивают по неосторожности самых близких, не сходят с ума от сотен голосов, ежесекундно звучащих в голове. — развёл руками журналист. — Впрочем, мы с вами действительно отошли от первоначальной темы, мистер детектив.

— Мне как одарённому приятно, что вы думаете о наших проблемах.

— Рад, что смог вас порадовать. А сейчас мне пора вернуться к работе.

— Разве вы уже не работаете?

— Я не привык считать разговоры с потенциальными друзьями за работу. Вы придерживаетесь того же мнения?

Герман смотрел в искорки, мелькающие в светлых глазах, и не понимал, почему внутренне так хотел довериться этому человеку. В нём не было ничего особенного, но, вероятно, всё дело было в том, что у него действительно никогда не было кого-то даже близко похожего на друга. Коллеги, однокурсники, хорошие знакомые, но не друзья…

— Думаю, вам нужно сходить на повторную экспертизу.

— Просветите почему?

— У вас высший ранг по умению расположить к себе людей.

Журналист искренне рассмеялся, вновь похлопав его по плечу.

— Ге-е-е-рман. — протянул он, не скрывая широкой улыбки. — А вы, оказывается, мастак шутить, когда изволите.

— Не замечал за собой подобного.

— Я мог бы раскрыть много ваших талантов, если согласитесь дать мне шанс.

— Вчерашнее предложение ещё в силе?

— Разумеется, дорогой детектив. — он протянул ему руку. — Обещаю, что заварю вам превосходный английский чай, когда бы вы ни решили посетить мою скромную обитель.

— Надеюсь, вы сдержите слово. —