Ненастоящий герой. Том 5 - N&K@

Глава 22

Будь у Радремона больше эссенций жидкого пламени, он бы продолжил эксперименты с концентраций, но полностью опустошать запас нельзя, поэтому пока придется довольствоваться тем, что есть. Рисковать же получить сверхмощную Стрелу праха, но с задержкой даже в полсекунды маркиз не собирался. Его устраивал исключительно гарантированный результат и ничто иное!

Поэтому в оставшееся время фор Корстед швырялся с борта Калечащими гарпунами, пытаясь лучше понять суть этого заклинания, а так же экспериментировал с Венцом Йорнатала.

И там, и там успехи вышли куда хуже, чем с проведенным ритуалом.

Радремону с огромным трудом удалось сократить концентрацию Гарпуна на четверть секунды, что определенно нельзя назвать существенным достижением. Но за сотни запущенных подряд чар он так же стал лучше понимать как их устройство, так и магию в целом.

Благодаря же Венцу, маркиз сумел создать две идентичных копии «Тоники-Люции», следовавших параллельным курсом. Они точно так же рассекали волны, а ветер надувал паруса, создавая полное ощущение небольшого флота.

Вот только Настырный Пью, по рассказам, доводил это число до семи, а пиратов своих он вообще клепал пачками, когда фор Корстеду приходилось ограничиваться лишь пятеркой единовременно призванных образов.

Здесь не помогали ни задранный интеллект, ни родство с тьмой, ни какие другие таланты Радремона. Если верить описанию системы, значение имела лишь сила фантазии. И в ней маркиз определенно проигрывал бывшему владельцу.

Однако именно Пью остался лежать бездыханным трупом в тайном пиратском убежище, а фор Корстед продолжил свой путь, став на шаг ближе к достижению цели. Поэтому нет нужды упоминать, кто в итоге получил наибольшее преимущество.

— Внимание! Входим на территорию Палинского моря! — во все горло гаркнул Гриппо, когда Радремон очередным солнечным утром вышел на палубу. — Смотрите во все лупалы, мачту вам в зад! Кто заметит что-нибудь странное, орите, будто от этого зависит ваша жизнь. Потому что от этого зависит ваша жизнь!

Он безумно расхохотался, а свободные от своих дел матросы и заметно посмурневшие пассажиры прильнули к леерам, как мотыльки к лампе, напряженно вглядываясь в водную гладь.

— И вот это вот знаменитое Палинское море? — разочарованно спросил Банарв, поглаживая бороду. — Тю-ю! Я-то думал здесь вода цвета крови, а мальки питаются исключительно свежей плотью!

— Дуростью твоей они питаются. — хмыкнула Бешеная, оттолкнув в сторону испуганного торгаша и заняв его место возле ограждения. — Но море крови мне нравится! Я бы купнулась.

— Как выглядит Липун? — поинтересовалась Ксинс, встав возле сестры.

— А вам там в вашем Трамс-Бамс не рассказали что ли? — насмешливо буркнул дварф.

— Ищите серое кольцо примерно такого размера. — ответил фор Корстед, очертив руками окружность радиусом с молодую дыню. — Твердое. Отверстие на два-три пальца.

— То есть большой черствый пончик. — резюмировал Налланномом, на всякий случай сжимавший в забинтованных пальцах жезл.

— В целом, да. — улыбнулся Радремон.

Минуты сменялись минутами, а часы часами, но ничего сверхъестественного в обозримом пространстве так и не происходило. Не всплывали корабли-призраки, не нападали воинствующие русалки, не морочили голову миражи, и не неслись на таран гигантские айсберги.

Море, как море.

Так и не скажешь, что байки о нем популярны даже на далеком Ахалдасе.

Постепенно, сковавшее всех напряжение сошло на нет, и в спокойные непримечательные воды продолжали вглядываться лишь члены спаты, все так же искавшие драгоценный Липун Исцеления Души. Они даже не стали спускаться в камбуз на обед и приказали принести еду на палубу, что и сделала парочка молодых матросов.

— Э-э-э… — неожиданно протянул один из них, оставив поднос и собираясь уходить. — Кажется тут недавно было кораблекрушение…

— С чего ты взял? — лениво проронил Банарв, подцепив сухарем несколько тушеных фасолин и отправив их в рот.

— Ну так подсказки вон… — матрос мотнул головой за борт. — Всплывающие…

И действительно, «Тоника-Люциа» постепенно входила в область, в которой плавало все больше и больше обломков досок и других частей, почившего судна. Те скреблись об корпус флейта, невольно вселяя в души трепет. Тут уже не до еды.

А в следующий миг из-под воды прямо в небо ударили три мощных фонтана. Два из них обрушились на созданные Радремоном образы, мгновенно уничтожив подделки кораблей, а от третьего Гриппо чудом увел флейт, резко выкрутив штурвал в сторону. Кажется при этом он даже использовал какой-то навык!

Целая туча брызг повисла за кормой невесомой взвесью, а под килем появилась подозрительного вида тень. Та росла и ширилась, сперва превзойдя размерами шлюпку, а потом и весь корабль! И вскоре уже любой мог наблюдать нацелившееся на них исполинское чудовище.

— Кракен! — первым узнал его Налланномом. — Утонувший господь, это и правда Кракен!

Еще три водяных столба взмыли в высь, но теперь каждому удалось разглядеть, что внутри скрывались массивные щупальца, покрытые шипами, присосками и прочими наростами. И если хоть одно из них заденет «Тонику-Люцию», то Палинское море получит новую порцию всплывающих подсказок, а тела команды и пассажиров бесследно исчезнут в чреве легендарного монстра.

Гуляющая по кабакам страшилка неожиданно стала явью, а вот кое-кто, наоборот, собирался кануть в историю и пополнить собой число без вести пропавших в таинственном Палинском море.

Ужасающих размеров щупальца, напоминавшие помесь вековых сосен, кораллового рифа и ночного кошмара иллитской шлюхи, неслись к палубе. В мгновение ока Радремон выхватил шпагу и повесил не каждого члена спаты по Продвинутому щиту тьмы. Он уже готовился к удару, как Надкушенный Гриппо каким-то невероятным маневром умудрился увести корабль от всех угроз сразу.

Щупальца, промахнувшись буквально на полметра, ударились об воду, а флейт накрыло мощной волной, смывшей несостоявшийся обед и все остальные незакрепленные объекты. Включая парочку матросов.

— Тащите китовый жир, черную акулу вам в глотку! — орал Гриппо, отчаянно борясь со свихнувшимся штурвалом. — Эта тварь пришла за моей второй ногой, и поглоти меня Бездна, если она ее получит!

— Ты же говорил, что первую