Ненастоящий герой. Том 5 - N&K@

бережно но крепко обнял, замер, прислушиваясь к ощущениям, и… заставил образ развеяться, словно туманную дымку.

Насколько бы поразительным не вышло внешнее сходство, все-таки это была не она.

Кого-то, может быть, и удовлетворила бы жалкая подделка, но только не фор Корстеда. Несмотря на импульсивно проведенную с Шелест ночь (событие, в котором он и сам пока не разобрался), в сердце Радремона царила лишь одна единственная, и маркиз приложит все силы, чтобы вновь обрести покой в ее объятиях!

Путешествие шло своим чередом, и Надкушенный Гриппо никак не мог нарадоваться обновленной «Тонике-Люции». А в особенности восстановленному Банарвом механизму, благодаря которому, корабль плыл значительно быстрее, чем мог бы без него. В принципе действия дварф и сам до конца не разобрался, а потому в дело вступало простое правило: работает — не трогай. Которому каждый на судне неукоснительно следовал.

Погода благоприятствовала, море тоже не шалило, а потому до Шалова удалось добраться без особых происшествий и даже раньше намеченного срока. Но вот внешний вид материка заставил одних витиевато выматериться, а других задуматься не добавил ли кок в еду немного волшебных грибов или какой другой забористой дряни.

Несмотря на яркое полуденное солнце, над Шаловом как будто раскинула свои крылья царица-ночь. Густой черный туман окутывал берег, цепляясь за скалы и поднимаясь все выше, до самых небес. И даже дневное светило едва пробивалось сквозь таинственную завесу, из-за чего казалось, что крохотный его осколок вот-вот утонет где-то далеко в океане.

— Мать моя отец… — только и сумел вымолвить Банарв, глядя на открывшуюся с палубы сюрреалистическую картину.

— Правь к берегу. — решительно приказал Радремон.

Кто-то из дуинитонских купцов попытался возразить, что они там не выживут, вот только их никто не слушал, и корабль стал медленно, по касательной приближаться к завесе тьмы.

Сперва все шло нормально, но в какой-то момент обитатели другого материка стали один за другим падать без чувств. Члены спаты держались чуть дольше, но вскоре поплохело и им. Казалось будто на них накинули плотное ватное одеяло, лишив доступа воздуха, а следом заставили тащить в гору целый беревенчатый дом.

Дыхание со свистом вырывалось сквозь стиснутые зубы, пот застилал глаза, сердце колотилось, словно желая сломать ребра и, выскочив из груди, броситься наутек.

Однако сам маркиз чувствовал себя вполне комфортно. Даже как будто бы уютнее, чем несколько секунд назад. И дело не столько в расступавшейся перед кораблем темной дымке, а скорее в том, что его уровень уже соответствовал минимальному необходимому на Шалове рангу. А у остальных — нет. На них давила более плотная атмосфера, вынуждая спасаться бегством или умереть.

Выяснив то, что хотел, фор Корстед приказал отворачивать, и скоро состояние дуинитонцев пришло в норму. Тех же кто оплатил «билет» до Шалова, запихнули в одну шлюпку и отправили домой. Пускай тот и не выглядел так, как в момент отбытия, больше деваться им все равно было некуда.

Остальных же ждал путь в Палинское море!

Глава 21

— Уважаемый, прошу прощения, но мы так не договаривались! — перед Радремоном стояла делегация купцов и путешественников с Дуинитона, исторгшая из себя немолодого тучного торгаша для переговоров. — Палинское море — это верная смерть!

— Точно-точно! — поддакнул ему из задних рядов тип в богатых одеждах. — Там неведомые твари, и бури, и… и… — он так и не сумел подобрать слов. — Оттуда не возвращаются!

— Вези нас домой!

— Да, домой!

Группа принялась бурлить, словно пена в котле кипящего варева с не самым приятным запахом. Однако маркизу было глубоко плевать на все их негодование.

— Уважаемые. — фор Корстед смерил пассажиров насмешливым взглядом. — Вы находитесь на моем корабле и тут толькоя́решаю, что и как будет дальше. Не нравится — весла в руки и на Шалов.

Он указал большим пальцем за спину, где еще виднелась зловеще укутанная тьмой суша.

Желающих ожидаемо не нашлось.

Один за другим они встречались взглядом с Радремоном и, прикусив язык, расползались в стороны, не в силах противостоять исходившему от могущественного мага давлению. Дольше всех злобно пыхтел тучный торговец, но и он отошел, не найдя больше аргументов в свою пользу.

Да и какие могут быть аргументы, когда выбор прост, как тапок — или плывешь дальше и надеешься на лучшее, или за борт. Пускать пузыри.

В итоге возле маркиза осталась только верная спата, имевшая, тем не менее, примерно те же вопросы.

— Рад, я, конечно, сам рассказывал тебе про данж в Палинском море, но это скорее иллитская байка, чем правда. — осторожно проговорил Налланномом, массируя перевязанные пальцы. Те уже пару дней как зажили, но иллиту понравилось ходить в бинтах. — А вот корабли там и в самом деле пропадают. Мы старались даже близко не подходить. А если кто спасался там от погони, не преследовали.

— Ссыкуны потому что минсачные! — фыркнул Банарв, напильником рихтуя наконечник стрелы новой модели. Зазубренный и с какими-то непонятными бороздками. — Надо было тебя в Киолае оставить. С той магичкой. Два сапога — пара. Это ж надо умудриться каким-то вшивым пиратам в плен угодить! — он презрительно хмыкнул. — Мы с Сиятельством и вдвоем бы сдюжили. Вернее даже я один!

— Один ты и из огрессы не выберешься. — ковыряясь кинжалом в зубах, усмехнулась Бешеная. — А вот Нал бы с ней точно справился.

— Откуда ты… — округлил глаза дварф. — Не было ничего такого! — спохватился он. — Ложь, поклеп, клевета. Происки завистников и конкурентов!

Светлая разразилась заливистым смехом, а остальные посмотрели на нее с недоумением. Похоже рассказать всем она еще не успела.

— В самом деле, зачем нам Палинское море? — тихо спросила Ксинс, блуждая взглядом по бескрайней водной глади.

— Липун Исцеления Души. — невозмутимо сообщил Радремон.

— Кого-кого? — не понял Банарв.

— Погоди,