Случай Ковальского (Сборник научно-фантастических рассказов) - Стефан Вайнфельд

Баста, баста. Автобус мчится, развивая головокружительную скорость 60 километров в час. Время на Земле течет очень медленно. Но ко всему можно привыкнуть. Труднее всего — к запаху бензина, вызывающему раздражение слизистых оболочек. Терпят молча, наконец Проводник не выдерживает.

Проводник. Мы едем на север, все время на север, пока не доберемся до Страны Пятидесяти Звезд.

Женщина. Это, вероятно, рай для астрономов!

Проводник. Я же просил как следует проштудировать справочник по географии.

Мужчина. По географии, истории, биологии, физике…

Женщина. И двадцать других. Смилуйся!

Проводник. Вы обленились за время путешествия. Стыдно. Прочтите четвертый раздел, прочтите и запомните. Вот путеводитель по городу, в котором мы остановимся на две недели. Через семь дней я введу одного из актеров в дом мистера Форгена, известного мецената. Еще раз напоминаю, ни в коем случае не злоупотребляйте умением экспериментировать с материей. То, что для вас детски легкое биохимическое упражнение, для них — сверхъестественное явление. Старайтесь быть просто людьми.

Ах, эти приемы у меценатов! Вилла, созданная по проекту одного из ассистентов великого Корбюзье, утопленная в склоне горы Сорока Мучеников. Две террасы, нависшие над потоком, который, извиваясь среди живописных скал, проходит через кухню. Это выдумка самого хозяина виллы — мистера Форгена, — форель ловят сковородой. В Зале Игр несколько пар. Танцуют хали-гали. На высоких табуретах у стойки бара, подкрепляя организм жидкими витаминами, балансируют две дамы неопределенного возраста.

Дама А. Он танцует, как юный бог.

Дама Б. Я видела его на сцене в роли Калигулы, какая талия, он должен играть только богов.

Дама А. Да, он действительно божествен.

Дама Б. Смотри, он витает.

Дама А. Он никогда не витает, он реалист.

Дама Б. Витает в воздухе над полом.

Дама А. Еще мгновение, и он со своей партнершей взлетит над лесами, над горами…

Дама Б. Ты думаешь, жена Форгена в опасности?

Дама А. Коктейль из ананасов. Мне нехорошо. Прости.

Минутный перерыв. Пары атакуют бар. Хозяйка дома, сопровождаемая Актером, подходит к хозяину дома.

Хозяйка дома. Поблагодари нашего гостя, он развлекает твою жену с ангельским терпением: три танца, я умираю от жажды.

Хозяин дома. Никогда не известно, которая рюмка утолит жажду, а которая вызовет желание выпить еще одну. Присядьте, друг мой, признаться, приезд вашего театра взбудоражил город.

Дама Б. Возбуждение высшего класса!

Хозяин дома. Коллектив, несомненно, интересный, театр заполнен до отказа, актеры и актрисы вызывают всеобщее изумление… Все прекрасно сложены, идеальные пропорции.

Дама Б. Несколько односторонняя оценка. Игра этих людей захватывает.

Хозяин дома. Голоса молодые, свежие, звучные, я приятно удивлен физическим возрождением греков.

Хозяйка дома. Наш гость родился в Сербии.

Хозяин дома. Серб… Сербы вызвали первую мировую войну.

Мужчина (в роли Актера). Это упрощение обижает сербов.

Хозяйка дома. Мой муж не хотел вас обидеть.

Хозяин дома. Совсем наоборот, я весьма ценю способности вызывать войны. Для изготовления сорока тысяч истребителей нужно около 250 тысяч тонн алюминия. Для изготовления такого количества алюминия мы должны добыть и переработать 800 тысяч тонн боксита. Я тридцать лет интересуюсь бокситами и, даю вам слово джентльмена, не жалею об этом.

Хозяйка дома. Бизнес — его хобби, а живет он исключительно искусством.

Хозяин дома. И с искусства, не будем закрывать на это глаза. Благодаря бизнесу я могу быть меценатом, а благодаря искусству могу заниматься бизнесом. Боксит и Боттичелли, боксит и Пикассо, боксит и Микеланджело, но я вам наскучил.

Актер. Наоборот, вы меня забавляете, я благодарен. Насколько я понял, искусство — это боксит, война — это бизнес…

Хозяин дома (доканчивая). И искусство. Между большим бизнесом и большим искусством я ставлю знак равенства.

Актер. Большое искусство — большая война — большой бизнес, ваши кассиры в состоянии выплатить ваши военные доходы?

Хозяин дома. Я покажу вам наше противоатомное убежище.

Хозяйка дома. У меня есть идея: спустимся в убежище вместе с оркестром.

Хозяин дома. Браво! Отличная мысль! Тревога, тревога!

Хозяйка дома. Сердечно просим гостей проследовать в убежище.

Дальше фарс разыгрывается в противоатомном убежище. Спускаются все: оркестр, гости, бармен. Существо из Иной Системы, играющее роль Актера, осматривает склад.

Актер. Запасов хватит на два года.

Хозяин дома. Вы угадали, действительно, мы можем не выходить на поверхность семьсот дней.

Актер. А потом?

Хозяйка дома. Выйдем.

Актер. Зачем?

Хозяин дома. Чтобы продолжать заниматься искусством и бизнесом.

Актер. Простите мою бестактность, но социолог Райт Миле сообщает, что один налет на Соединенные Штаты вызовет около 50 миллионов человеческих жертв; я считаю, что за 24 часа ядерной войны погибнет от 50 до 75 миллионов человек.

Хозяин дома. Вы по профессии актер или это только ваше хобби?

Актер. Граница между театром и жизнью иногда бывает весьма расплывчатой.

Хозяин дома. И вы считаете, что мы намерены разыграть современную трагедию, в которой погибнут все: актеры, автор, директор театра, пожарники и публика?

Актер. Во всяком случае, подобное желание ослабляет инстинкт самосохранения.

Хозяйка дома. Боже, как тут жарко, я умираю от жажды.

Актер. Жажда сделать хороший бизнес на войне никогда не может быть утолена.

Хозяин дома. Что вы знаете о настоящем бизнесе?

Актер. Немного. Стоимость строительства убежищ на 87 миллионов жителей американских городов составит 67 миллиардов долларов. Только за половину этой суммы можно открыть 20 тысяч высших, 20 тысяч средних и 20 тысяч начальных школ, построить 20 тысяч жилых. корпусов для студентов и преподавателей. Назначить 20 тысяч стипендий по 1000 долларов в год для учащихся, открыть 20 тысяч научно-исследовательских институтов, которые занимались бы борьбой с психическими заболеваниями, раком, болезнями сердца, построить 400 тысяч новых домов — все это можно сделать за половину суммы, необходимой для постройки убежищ, которые отнюдь не гарантируют полной безопасности этим 87 миллионам жителей ваших городов. А какая судьба ожидает остальные 100 миллионов?