Мелкий Дозор (сборник) - Юлия Рыженкова

– Дора… лети с Колей, – отозвался начальник.

Ну, с Колей так с Колей. Я, собственно, ничего против не имела. Он хороший парень, мы с ним уже года три дружим. С тех пор, как Вячеслав Константинович его инициировал и в Дозор привел. Он, как и я, не местный. Из Курска вроде. А я раньше в Москве жила… но это дело прошлое.

Спорить с начальником не стала. Маг второй категории, ему виднее. Если он решил, что на теплый остров Хайнань летит Доротея Балашова, Светлая волшебница пятого уровня силы, двадцати восьми лет от роду, и Николай Кедрин, Светлый маг четвертого уровня (с разовыми выплесками до третьего), младше ее на два года, то так тому и быть.

Ночной десятичасовой перелет дался нелегко. Мне. Коля как закрыл глаза после ужина, так и открыл их, чтобы позавтракать. Я же маялась. Доставала планшет, убирала, вставала размять ноги, попить водички, сходить в туалет, снова размять ноги… Единственное, что спасало, – мысль о солнце. Жарком островном солнце и волнах Южно-Китайского моря, в которые я плюхнусь с разбега, непременно с разбега!

Поэтому, когда я шагнула на площадку трапа, и на меня со всего тропического размаху упали двадцать девять градусов тепла и потрясающая влажность, я даже замерла на мгновение. Рай. Мой персональный рай.

Я обычно ненавижу ноябрь… но только не здесь!

Пограничный контроль (обычный и Дозорный) прошли без проблем. Первые вежливые китайцы проверили паспорта, вторые, не менее вежливые, просканировали ауры, обнаружили наши метки и молча зарегистрировали приезд.

Отель оказался пристойный, номера (отдельные, разумеется) тоже. Ну что, усталость не усталость, купаться!

Я, наверное, совсем ошалела от долгожданного тепла, пальм и моря, потому что увидела его, лишь когда столкнулась нос к носу. Точнее, попа к попе. Прямо в воде, у самого берега.

– Осторожнее, Светлая, – раздался голос, заставивший меня покрыться мурашками и ледяной коркой, несмотря на жару. Произнесено это было по-английски, с небольшим акцентом.

Я стремительно – честное слово, сама от себя не ожидала такой прыти – обернулась. Парень. На вид лет тридцати. Ростом чуть выше меня, неплохая фигура. Темные волосы, темные плавки, темн… Да он в принципе Темный.

– Извините, – произнесла я тоже на английском, отшагивая в сторону. И, пожалуй, мой голос не уступил в северности-ледовитости.

Можно, конечно, было обоюдно проверить друг друга, но и так все ясно. Такой же отдыхающий, как и мы с Колькой. Просто не повезло оказаться в одном отеле.

Темный больше не разговаривал со мной, зашел в воду по пояс и нырнул. Из любопытства подглядела: вынырнул чуть ли не у буйков. Позер.

В этот же миг рядом возник Коля. В шортах и хлопковой рубашке с коротким рукавом. Купаться он, похоже, не собирался.

– Видел?

– Конечно. Пока ты плескалась, я уже все выяснил. Антонин Колаш, из Чехии, не дозорный, но маг сильный, третий уровень, судя по всему. В отеле зарегистрировался один, без компании.

Я проглотила снисходительное «пока ты плескалась», спросила:

– Как думаешь, он тоже уже про нас знает?

Коля пожал плечами:

– Наверное. Просто не обращай внимания. Мы на отдыхе. Пусть китайские Светлые бдят.

И впрямь, что это я. Пусть бдят.

Китайские Светлые навестили нас следующим утром. Их было двое, одинаковых с лица. Оба местные – кожа заметно темнее, чем у выходцев с материкового Китая (я на Хайнане не первый раз, научилась отличать), оба невысокого роста, оба жилистые и оба совершенно неопределенного возраста.

В общем-то мы ожидали чего-то подобного. Вот как спустились на завтрак час назад, так и ожидали.

И китайские, и европейские постояльцы обсуждали одно и то же…

– Вы сами видели?!

– Нет-нет, что вы. Но женщина, с которой мы ходим на массаж, сказала, что ее подруга видела.

– И прямо кровь?

– Везде! Его разодрали надвое.

– Ужас!

– И вообще никто не видел? Может, собаки напали? Я заметила тут пару беспризорных.

– Может, и собаки… Но что же это, придется менять отель? Я не хочу жить в районе, где носятся бешеные стаи.

Мы с Колей переглянулись.

Спустя четверть часа стало ясно, что в соседней гостинице перед рассветом был обнаружен труп. Степень кровавости преступления варьировалась от столика к столику, но факт трупа оставался фактом.

– Собаки, акулы, тигры-людоеды, – пробормотала я. – Темные Иные…

Коля промолчал. Я и сама знала, что вряд ли последнее, но все же, когда двое китайских дозорных попросили нас спуститься в лобби и побеседовать, я не сильно удивилась. По-английски они говорили сносно, один даже попробовал произнести несколько фраз на русском.

– Туристы, – улыбнулся он. – Не наши. Раньше только Китай, теперь Россия много. Язык мы учим.

Я кивнула. И мы вернулись к английскому.

Вступление было долгим и витиеватым, Кедрин, по сути своей работы привыкший к коротким, внятным разговорам и четким заданиям, начал постукивать ногой. Я ждала. Он выше меня по рангу, ему и разбираться, но Колька почему-то не спешил прервать дозорных. Наконец подобрались к сути.

– Это был Иной. Тот, кто убил человека. Иной-зверь.

– Оборотень? – уточнил Кедрин.

– Возможно. И это… не первый случай.

– Были еще?

Китаец кивнул.

– И чего вы хотите от нас? Мы на отдыхе, только вчера приехали.

– Помощи.

– Ну, знаете…

– Дозорный Кедрин из России, дозорная Балашова из России, Ночной Дозор города Санья и лично господин Ли, его глава, просит вас о помощи. Мы направили официальный запрос вашему начальству, ответ уже пришел.

Ого, даже так?!

И тут же у Коли зазвонил телефон…

– Да, Вячеслав Константинович?

– Почему мы? – подала голос я, когда мой напарник (ну да, теперь напарник… плакало мое море, мои пальмы, мой песочек) поговорил с начальником. – У вас своих сотрудников не хватает?

Китаец снова улыбнулся, развел руками.

– Людей много, но… вы просканировали нашу ауру. Какой уровень вы увидели?

– Шестой и седьмой, – ответили мы с Колей одновременно.

– И так почти все. Наш уважаемый председатель – маг пятой категории.

Боюсь, что в этот момент я широко открыла глаза. Удивил. Правда удивил.

– Но… вы можете пригласить кого-нибудь из другого города или даже с материка.

Тут уже развели руками оба китайца разом.

– Можем, но, вы не поверите, проще направить просьбу к вам в Россию, чем добиться помощи от наших. Бюрократия… А зверя нужно найти сейчас.

Объяснение звучало не очень убедительно, но все же правдоподобно. Загадочный Китай. В чем-то социалистический, в чем-то капиталистический, в чем-то до сих пор дышащий древностью. Надо признать, мы ничего не знали про взаимоотношения местных Дозоров. Вдруг им и правда проще рекрутировать иностранцев, чем заполнить кипу бумаг для вызова своих?

– Просим прощения, что вынуждены прервать ваш отдых. От имени руководства обещаем оплатить занимаемые вами апартаменты и предоставить их на весь нужный срок. Ваш труд тоже будет оплачен. А теперь, если вы не против, мы покажем вам труп и дадим ментальный слепок того следа, который обнаружили на месте преступления. Да вы и сами должны его почувствовать.

– А можно мне не смотреть труп? – робко попросила я. – Если честно, я ведь совсем не оперативник. Я в офисе сижу, мое дело…

– Мы знаем, дозорная Балашова, – прервал меня китаец с полупоклоном. – Вы специалист по артефактам. Ваша помощь будет не менее ценна.

Я пожала плечами. Как может пригодиться маленькая конторская мышка, проводящая все дни за изучением книг и всякой магической дребедени, в поимке оборотня? Мышке очень не хотелось куда-то ехать и смотреть на труп. Тем более истерзанный зверем. Вот прямо очень не хотелось.

– Ах да, – спохватилась я. – А с Дневным Дозором наше участие согласовано?

– Непременно. Более того, мы попросили помочь и их.

Мы с Колькой переглянулись уже в сотый раз за это утро.

– Попросили помочь Дневной Дозор? – переспросил он почему-то меня, когда мы садились в машину китайцев, чтобы добраться до места.

– Инь и ян. Взаимодействие противоположностей. Китайская философия.

Только сейчас меня осенило, что, возможно, Дозоры Поднебесной сильно отличаются от наших. Дуализм, Великий предел… Как там было? Мир – это Ци, и лишь взаимодействие обеих сил рождает и сохраняет Ци, направляет жизнь всей Вселенной. Ян и инь – одно невозможно без другого, одно проникает в другое, это основа и грани единого бытия. Пропадет одно – исчезнет все, растворится в пустоте. Их нельзя разрывать, нельзя убивать половину целого. Так звучит философская теория китайцев-людей. А Иных? Ян как воплощение Света, инь – Тьмы… Не отсюда ли, не от Иных ли вообще пошло это восточное мироощущение?