Жертвуя королевой - Лули Тан Цу

— Я безумно люблю тебя.

— Нет, Рихтер, молчи, умоляю!

Я вскочила с кровати.

— Постой, дай я посмотрю на тебя, — попросил Макс.

Я стояла перед ним голая, он рассматривал меня так, будто никогда до этого не видел обнаженной.

— Ты стала еще красивее, — сказал он.

Я ничего не ответила на эти его слова и пошла в душ. Ко мне вернулось самообладание, а вместе с ним вся злость на Макса, которая еще мгновение назад, мне казалось, что ушла.

Я стояла под горячими струями воды, смывая с себя запах секса и запах Макса.

«Ты все мне расскажешь, Макс, — думала я, — прямо сейчас, все расскажешь. Почему ты меня бросил. И почему ты бросил меня так жестоко. Почему ты лишил меня всего. Расскажешь, или я убью тебя!».

Глава 14. Цугцванг

Лора вышла из душа. Макс, как завороженный, смотрел на ее обнаженное тело. Смотрел, как она достает из комода и надевает белье, затем футболку и садится на кресло, закинув ногу на ногу.

Она ничего не говорила, но по ее виду Макс и так понимал, какого разговора хочет Лора.

Он поднялся с кровати и ничего, не говоря, отправился в душ. Лора было задержала взгляд на его обнаженном теле, но тут же раздраженно отвернулась.

Макс стоял под струями воды, уперевшись одной рукой в стену, а другой то выкручивал, то закручивал регулятор горячей воды, обдавая себя чуть ли не кипятком и тут же ледяной водой.

Он хотел избежать этого разговора, но не мог придумать как. Лора сейчас просто так от него не отстанет. Но и отталкивать ее от себя сейчас он тоже не хотел.

Эта дилемма никак не решалась, и Макс представил шахматную доску. Он мысленно расставил фигуры, представляя, что вся нынешняя ситуация всего лишь очередная партия. Оказалось, что это цугцванг, когда любой ход только ухудшает его позицию.

Разговор с Лорой нужно было переводит в пат — чтобы право хода перешло к Лоре, но она не могла его сделать из-за того, что все ее фигуры расположены так, что не могут сделать ход по правилам.

Максу было больно оттого, что ему снова приходится мучить Лору. Но другого выхода не было. Еще не пришло время рассказать ей все.

Макс пока не чувствовал, что может действовать открыто. Время еще не пришло.

Он выключил воду, вытерся полотенцем и обернул им бедра.

Когда Макс вышел, Лора все так же сидела на кресле, будто и не шелохнулась за все это время. Она была прекрасна после секса и в то же время, Макс видел, что теперь, когда страсть улеглась, ее глаза полны ожидания и затаенной злобы, словно она уже предчувствует, что все пойдет не так, как ей бы хотелось.

Макс сел на кровати и начал первым:

— Я знаю, что ты хочешь узнать, почему я поступил так, как поступил, — сказал Макс и мысленно в свой представляемой партии — пожертвовал фигурой.

— Да, Макс, хочу. И ты мне расскажешь. Иначе, что это сейчас было? И зачем это было? — Лора сделал свой ход.

— Дай мне немного времени, я не могу рассказать именно сейчас. Но я все расскажу, обещаю. Только позже.

Лора взглядом метнула в него молнию, и Макс понял, что еще немного и она сорвется.

— Немного времени, Макс? — она повысила голос. — То есть двух лет было недостаточно?

— Не в том смысле, — ответил он.

— А какие еще могут быть смыслы? — бросила Лора.

Лора вскочила с места и стала мерять номер шагами.

И в злости своей она была великолепна. Разъярённая пантера. Макс не мог ей налюбоваться несмотря на огнеопасную ситуацию.

— Просто доверься мне, — сказал Макс и тут же понял, что этот ход был неверный.

— Что? — вызверилась Лора. — Довериться тебе? После того, что ты сделал? Да я тебе всю жизнь верила, как себе, посмотри, что ты наделал. О каком теперь доверии может идти речь? Скажи, как на духу скажи, чего ты сейчас хочешь? От меня, от нас, от себя? Говори!

— Я хочу все исправить. Хочу, чтобы ты снова была рядом. Чтобы Лиля была рядом. Я хочу сделать так, чтобы все было как раньше, — проговорил Макс так, будто уже заучил эти фразы.

— И ты думаешь, что вот такой твой подход ведет именно к этому? Ты все мне расскажешь здесь и сейчас, а я, так уж и быть, Макс, так уж и быть! Я подумаю над твоими словами. Но только подумаю, слышишь?

Макс видел, что Лору потряхивало. В глазах ее стояли слезы и ему было невыносимо на это смотреть. Ему было больно от того, что больно ей, но ничего поделать он не мог.

Она снова села на кресло и закрыла лицо руками, чтобы он не видел ее слез.

— Пожалуйста, Макс, не мучай меня. Скажи правду, какой бы она ни была. Неужели, по-твоему, я этого не заслужила? — Лора тихонько всхлипнула.

Макс встал с кровати, подошел к креслу, на котором сидела Лора и сел перед ней на корточки.

Он обнял и поцеловал ее колени. Лора продолжала всхлипывать. Она не оттолкнула его, не вспылила, и Макс затревожился. Меньше всего ему хотелось, чтобы Лора сейчас сломалась. Чтобы она безусловно приняла все, что он ей говорит.

Ему не нужно было, чтобы она просто сдалась. «Пускай она продолжает злиться, пускай не верит, пускай опасается меня, но только не сдается, — думал Макс. — Она только должна дать мне шанс, а не признать свое поражение и забить свою боль в самый дальний угол души. Не верь, мне, Лора только потому, что не хочешь сейчас страдать. Но дай мне шанс сделать так, чтобы ты поверила мне снова искренне и безусловно».

Лора будто услышала его мысли. Она отняла руки от лица, смахнула слезы и сказала:

— Ладно, Макс. Я знаю, что из тебя ничего не вытащить, если ты сам этого не захочешь. Знай, пока я не пойму, что тогда произошло, прежних отношений, естественно, не будет. Я не собираюсь доверяться тебе, не собираюсь прощать тебя. Но я готова посмотреть, что из этого получится и готова дождаться нашего откровенного разговора.

Макс с облегчением выдохнул. Он снова поцеловал ее колени, положил на них голову и впервые за долгое время почувствовал хоть какое-то облегчение.

— Я все расскажу, Лора. Клянусь. Все до мельчайшей подробности. И даже тогда я не жду, что ты простишь меня. Я буду только надеяться, что со временем