След Бешеного - Виктор Доценко

Он открыл банку, глотнул пива, закрыл глаза и стал ждать.

Примерно через час в дверь его номера осторожно постучали. Роджер встал и отпер дверь.

— Ты не заставил себя ждать, Эндрю.

— Я засек твой маячок часа полтора назад, но попал в небольшую пробку.

Вошедший мужчина, на вид лет шестидесяти, был низкоросл, косолап, пузат, вдобавок ко всему, на его носу-картошке как-то криво сидели очки с толстыми стеклами. Потертая одежда висела на нем мешковато. Всем своим видом он напоминал пенсионера-бухгалтера из какого-нибудь провинциального русского городка. Между тем Эндрю Уайт, давний коллега и в прошлом подчиненный Лайна, был одним из самых блистательных аналитических умов ЦРУ.

Без малого сорок лет назад он, ученик слесаря, пришел в дом Роджера ремонтировать сантехнику. Если Роджер, убежденный холостяк, и испытывал к кому-нибудь, кроме своих кровных родственников, какие-то теплые чувства, то это был Эндрю Уайт.

— Хочешь пива? — спросил Роджер.

— Промочить горло с дороги не помешает, — согласился Эндрю и открыл банку.

Сделав большой глоток, он вынул из объемистой сумки портативный, но мощный компьютер — гордость технических гениев ЦРУ. В нем имелись защищенный от любой прослушки телефон космической связи, электронная почта, Интернет и много чего еще. При произнесении в микрофон кодового слова устройство мгновенно самоуничтожалось.

— Все идет по плану? — чисто для проформы спросил Лайн: он давно знал, что у Эндрю иначе не бывает.

Тот посмотрел на вмонтированные в ноутбук часы.

— Через два часа в Лондоне Счастливчик Джим узнает точное время проведения операции.

— Кстати, он на связи? — спросил Роджер. — Надо дать ему еще одно поручение…

— Он всегда на связи. Давай указание. — Эндрю не любил лишних слов.

— Не верил никогда в случайные совпадения. Но сегодня, обедая у нашего друга Палугина, я познакомился с Александром Позиным.

— Позин? Этот интеллектуал из ельцинской команды?

— Да. Он самый.

— А какой черт его занес к Юджину?

— Вот именно, черт, дьявол, нечистый или все силы ада, вместе взятые. По его словам, он в Нью-Йорке подружился с неким Сергеем Мануйловым…

— Он же Савелий Говорков, он же Бешеный, — автоматически проговорил Эндрю.

— Вот-вот. Русский Рэмбо или Джеймс Бонд, как тебе будет угодно. Представь себе, Эндрю, этот Бешеный исчез, а Позин совершенно твердо уверен, что его похищение организовал крупный международный бизнесмен по имени Широши. Тебе что-нибудь подобное могло прийти в голову?

— Если говорить честно, то нет!

И старые друзья громко расхохотались.

— Предполагаемое похищение имело место в Никарагуа, точнее, на острове Маис. Там была когда-то советская секретная лаборатория. Колдовали они над какой-то новой энергией. Нас это, естественно, сильно заинтересовало. Но при сандинистах о проникновении туда нечего было и думать. А когда правительство в Никарагуа сменилось, русские быстро все оттуда вывезли.

— Помню эту историю, — задумчиво сказал Эндрю.

— Некоторое время назад то, что осталось от лаборатории, начали обнюхивать своим длинным носом масоны. Мы этот интерес зафиксировали и решили посмотреть, что там к чему. Но этот Дик Роберте, клинтоновский ублюдок и законченный идиот, воображая себя крупным разведчиком, послал туда пару рыжих белокожих ирландцев. Легко догадаться, с каким небывалым восторгом местное население пошло на сотрудничество с ними. Они совали доллары направо и налево, а в ответ слышали, что никто ничего ни о какой лаборатории не знает. Роберте с детства был идиотом, и то, что он когда-то вместе с Клинтоном учился в Англии и протестовал против нашей войны с коммунистическим Вьетнамом, ума ему не прибавило.

— Что было дальше? — заинтересованно спросил Эндрю.

— Дальше — больше. Босс, в назидание Робертсу, передал дело в ФБР, и кому ты думаешь?

— Не имею понятия.

Роджер вдруг прервался и посмотрел на часы.

— Чуть позже я все тебе расскажу в деталях. Но давай-ка сперва срочно пошлем по электронной почте Счастливчику Джиму дополнительные указания.

Уайт послушно привел чудо техники в рабочее состояние. Роджер медленно начал диктовать:

«Счастливчику Джиму от Координатора. По мнению Александра Позина, советника бывшего русского Президента, ваш будущий собеседник похитил некоего Сергея Мануйлова, он же Савелий Говорков, он же Бешеный. Выяснить, так ли это, и в случае подтверждения информации узнать, сколько собеседник хочет в качестве компенсации за передачу похищенного объекта организации «Наследие Америки «… « На свою беду Счастливчик Джим успел получить сообщение, хотя он уже собирался уходить на ранее назначенную встречу. Ему нужно было немного времени, чтобы взять из банковского сейфа кейс с деньгами, а потом спешить на ту важную встречу. Счастливчик Джим знал, что человек, к которому он направляется, не выносит опозданий…

— Пока мы ждем отчета от Счастливчика Джима, я продолжу. — Роджер сделал глоток пива. — В ФБР эту операцию поручили бригадному генералу Майклу Джеймсу…

Лайн сделал паузу и выразительно посмотрел на друга.

— Боже милостивый! — изумился Эндрю. — Нашли кому! Красному Мишке!

Под такой кличкой генерал Джеймс был известен в организации «Наследие Америки». Еще со времен московской Олимпиады тысяча девятьсот восьмидесятого года, символом которой был забавный медвежонок, слово «мишка» стало не столь интернациональным, как «спутник», но мелькало в обиходе у некоторых просвещенных иностранцев.

Роджер неспешно продолжал свое повествование:

— Красный Мишка, не будучи дураком, отправляет своего дружка Бешеного на разведку, одновременно подготавливая группу своих людей, согласовывает все текущие вопросы с правительством Никарагуа по дипломатическим каналам. Словом, вдогонку за этим Бешеным должна была лететь группа Джеймса. Но Бешеный внезапно исчез, а остатки лаборатории были разграблены.

Эндрю издал какой-то сдавленный смешок.

— Остается утешаться тем, что конкуренты из ФБР тоже ничего не добились.

— Утешение слабое, если посмотреть на дело с нашей точки зрения, старина Эндрю. Не кажется ли тебе правдоподобной такая версия: Джеймс специально отправил Бешеного пораньше, чтобы тот эвакуировал все остатки лаборатории. Ему это удалось, и он сидит себе в Москве, пьет русскую водку и ехидно посмеивается над нами?

— Если считать, что Красный Мишка — русский агент, эта версия вполне вероятна.

— Я глубоко убежден в том, что его завербовали еще тогда, когда он вернулся из России почти законченным наркоманом. Я изучал его досье. Как он оказался в России и чем там занимался — история в высшей степени темная. Российские спецслужбы никогда бы не выпустили американского коллегу из своих когтей. Особенно подозрительно, что по официальной версии спас Джеймсу жизнь этот самый Бешеный.

— А что показали результаты допросов тогда, когда Джеймс вернулся из России? — поинтересовался дотошный Эндрю.

— Ничего определенного. Хотя допрашивал его старик Генри О'Доннел, помнишь его?

— Как не помнить, он легко раскалывал любых агентов. В военной контрразведке, да и у нас в конторе ему равных не было. Жаль мужика — рак не пощадил и его…

Они немного помолчали, вспоминая коллегу.

— Так вот, Генри гонял его «и на детекторе лжи, и на другой аппаратуре — и ничего! Но он не сомневался, что Джеймса в России превратили в Красного Мишку. У КГБ ведь были свои психотропные средства и психологи высочайшего класса. Генри первый и обратил внимание на русские корни Джеймса. Ты знаешь, ведь он не только носит фамилию жены, но и посещает православную церковь.

— Час от часу не легче, — озабоченно проговорил Эндрю. — Может, с приходом нового Президента эту русскую сволочь удастся хотя бы передвинуть на какой-нибудь менее серьезный пост?

— Попробуем. Обещаю тебе, дорогой Эндрю, что не успокоюсь, пока не разделаюсь с ним. Человек с его биографией и связями не может быть на таком важном посту в ФБР. Это противоречит идеалам и законам организации «Наследие Америки»… — мрачно подвел итог разговора Лайн.

— Слушай, Роджер, а как тебе такая версия: Широши тоже был на острове и завладел остатками лаборатории — у него ведь почти всегда получается так, как он хочет. — Аналитический мозг Эндрю во время беседы не переставал перебирать возможности и рассматривать разные варианты.

— Широши? — задумчиво произнес Роджер, покачивая ногой. — Любопытный поворот, и, кстати, вполне реальный. Он всегда интересовался новейшими технологиями и готов был вкладывать в эти области приличные средства. Ладно. Соглашаемся с этой версией. Но тогда не понимаю, зачем Широши понадобился Бешеный? Тут нет никакой логики!

— Стареешь, Роджер. — Эндрю немного грустно улыбнулся. — Как же ты мог забыть, что именно Бешеный и сорвал ту прелестную заварушку в Москве в тысяча девятьсот девяносто первом году, которую затеял Широши не без нашего содействия?