Наследники - Марина Акимова

— Неужели ты снова всех соседок распугала, что даже открыть дверь некому кроме тебя, — возмутилась девушка, направляя гнев в сторону все еще закрытой двери. — Давай Дора, мне нужна твоя помощь, — продолжая стучать в дверь, умоляла Лори. — Открывай! Дора!

— Профессор? — послышалось рядом.

Никто так не называл Лори, она не преподавала, только жила в замке, пытаясь понять, где ее место в этом мире; в чем ее предназначение, банальная цель ее жизни. Младшие курсы усвоили простое правило, если не знаешь, как обратиться к старшим то «профессор» — беспроигрышный вариант.

А самые внимательные могли заметить, что выпускников, шатающихся по коридорам академии не так уж и много и все они ходили в форме и мантиях, по краям вышитые серебром, как знак завершения обучения.

— Заблудилась? — мягко обратилась она к девочке лет девяти, что стояла рядом по правую руку и неотрывно наблюдала за вымаливающей Лори открыть дверь с той стороны.

— Войдите, профессор, она давно не в себе, — ухмыляясь ответила студентка, и вприпрыжку уходя дальше по коридору.

«Интересно!»

Лори медленно открыла дверь, опасаясь последствий. В комнате стоял мрак; были плотно задернуты все шторы; стоял спекшийся запах, клочьями вырванные из книг и тетрадей листы лежали на полу и кровати, разложенные в определённой последовательности, создавая тем самым причудливые фигуры с символами нарисованные поверх карандашом.

Лори внимательно разглядывала комнату, увидела в дальнем темном углу девушку в длинной ночной белой рубашке, она стояла, уперев лоб в стену что-то нашептывая себе под нос. Смоляные блестящие длинные черные кудри. Естественные. Привлекательные своей неопрятностью. Перекинуты на одну сторону. Ее голова была наклонена будто волосы тянули вниз. Голые плечи и прямая спина, тату за ухом. Не разглядеть. Мелко. Дора не двигалась. Даже не моргала. Так и продолжала смотреть в одну точку в стене. Ни один мускул на ее лице не шевельнулся, когда Лори вошла в комнату. Истощенная своей наделенной с рождения судьбой, она не спала несколько дней.

— Дора, — мягко позвала ее Лори, протягивая руки для объятий.

«Все становится только хуже», — грустные мысли одолевали девушку.

— Дора, это я, Лори. — с каждым словом Лори подходила все ближе, дальше в комнату, где стояли еще три пустые кровати. — Помнишь меня?

«Всех распугала, моя милая Дора, тяжело с тобой делить жилье. Я знаю. Но Гема пропала, кроме тебя, моя прекрасная Дора, больше некому помочь».

— Дора, я пришла к тебе…Лори пришла к тебе.

— Опять! — вскрикнула Дора; она отшатнулась и вновь с силой уткнулась лбом в белую стену. Лори вздрогнула. Дора собрала руки в молитве. Не закрывала глаза. Смотрела вперед. Исподлобья. Не моргала.

«Беспокоится? Что-то ее беспокоит»

— Я тебя беспокою, Дора? — та ничего не ответила, — Ты помнишь меня? Это Лори.

Девушка вдруг отошла от стены и принялась энергично ходить по комнате кругами. Просто ходила ничего не говоря. И ничего не делая. Спустя несколько кругов, девушка остановилась, смотря на Лори, от чего ей стало не по себе.

Дора принялась водить пальцами в воздухе, как заклинатель, настоящий колдун, призывая силы смотря в яркие в крапинку глаза Лори. Неожиданно Дора засмеялась, так звонко, что Лори рефлекторно дернулась чтобы закрыть уши. Смотря на Лори широко раздвинула в стороны уголки губ улыбаясь. Искренне. Будто она услышала веселую счастливую историю, которую обычно рассказывают на рождество со счастливым концом. Лори попыталась успокоить свое сердце, от ритма которого можно чечётку танцевать.

Скорчив гримасу отвращения Дора бросилась на колени; она взяла в руки карандаш. Долго разглядывала, круча и перекладывая из руки в руку. Потом откинула в сторону, а через несколько секунд уже искала его.

— Красный! Красный, — повторяла она, — но не красный.

Это был обычный графитный черного цвета карандаш. Так и не нашла. Выползла на четвереньках в коридор. Села у стены слегка покачиваясь смотрела прямо перед собой. Лори медленно села напротив, внимательно наблюдая за Дорой, заметила, что ее зрачки не двигались.

Лори нашла в комнате другой карандаш и протянул его ей. Дора дернулась, будто имитируя испуг. Сирена находилась слишком близко.

«Тебе такое не нравится, моя прекрасная Дора».

Лори медленно положила карандаш рядом с ней и отошла на несколько шагов назад.

— Дора? — снова позвала Лори, — ты помнишь меня?

— Лори! Лори! Лори! — Дора попыталась спародировать Сашу и то, как она к ней обращается, не выговаривая букву «р». — Лори! Лори! Лори!

— Да, это Лори! — обрадовалась девушка, — Дора, мне нужна твоя помощь. — Дора замолчала, продолжая смотреть в одну точку на полу. Лори медленно продолжила. — Ты знаешь, что Гема пропала? — Лори помолчала, давая возможность сказать что-то обезумевшей девушке, но та молчала. — А Онор? Знаешь Онор? Она тоже пропала. Тогда ты очень сильно кричала. Тебя что-то испугало? Дора? — девушка не отзывалась, — ты знаешь, что случилось с Онор? Знаешь, кто ее забрал?

Дора подняла взгляд с пола на Лори, точно в глаза. Лори бросилась в сторону прикрывая уши. Раздался оглушительный визг банши предрекающий гибель.

— Нет! Дора! Это я, Лори! — умоляла перестать, плотно закрывая уши ладонями. — Остановись! Это я, Лори! Лори твоя подруга, Дора! Подруга!

Голос банши пробирал до самых костей, до каждой клеточки и нервных окончаний, заставляя изгибаться в болезненных конвульсиях, Лори пыталась плотнее закрыть уши, но было слишком поздно, эффект крика предвестника смерти уже действовал. Лори упала на пол, моля остановиться.

— Дора! — из последних сил просила Лори, чувствуя, как теряет сознание.

На мгновение показалось, что крик банши стихал, девушка почувствовала, как сильные руки подхватили ее и уносили подальше от Доры; туда, где Лори сможет прийти в себя.

* * *

Я пробирался по извилистым бесконечным темным и сырым туннелям, блуждая, без конца ища выход, ища истинный, как мне казалось, правильный путь. Сколько часов, может дней я хожу по ним? Сбился со счета. Я не видел лучика солнца с тех самых пор как оказался здесь с ней. Боги, как давно это было. Отчаяние с каждым поворотом, что заводил в очередной тупик, одолевало меня все сильнее, сжимая грудь.

Я оставил ее позади. Забыл. Бросил. Я бросил ее одну. Гнев пожирал меня изнутри. Я бросил ее погибать. Спасая собственную шкуру. Испугался! Трус!

Ноги не держали мое тело. Я сел, прислонившись к стене, снова проступили слезы, снова боль врезалась в мое тело. Я знал, что ходил по кругу, все выглядело одинаково: темно, мрачно и сыро. Были моменты, когда я вдруг поворачивал обратно, думая, что прошел нужный поворот, который спасет мне жизнь. Все шел и шел. Не останавливаясь. Больше