Магия южной ночи - Элизабет Тернер

Ветерок влетел в полуоткрытые двери, и Кристину пробрала дрожь. Неверной походкой она подошла, чтобы закрыть двери, и почувствовала чье-то присутствие. Поспешно заперла двери на ключ, но ощущение опасности не проходило. Что-то темное, злое таилось поблизости, наблюдая и дожидаясь нужного момента.

Ненависть клокотала в жилах Этьена, когда он смотрел на закрытые стеклянные двери спальни своей жены. Сегодня он предпринял последнюю попытку взять то, что принадлежало ему по праву. Последнюю бесплодную унизительную попытку. Кристина принадлежит ему, и все же этой проклятой женщине удается избегать близости с ним. Он сцепил руки за спиной, наклонил голову и двинулся по тропинке из ракушечника.

Неужели эта сучка надеется и дальше проживать под его крышей, есть за его столом, купаться в драгоценностях, получать наряды и при этом самым наглым образом уклоняться от исполнения супружеского долга? Да она просто пиявка – все берет и не дает ничего взамен. Не иначе как полагает, что все эти привилегии принадлежат ей по праву рождения.

В будущем ему следует более тщательно контролировать себя. У нее сразу появляются синяки. Нельзя допустить, чтобы поползли слухи о том, будто он применяет к своей жене физические наказания. Ему, в конце концов, надо поддерживать определенное сложившееся мнение о себе. Он человек изысканный, с утонченными манерами, а не какой-то зверь.

Но последнее слово останется за ним. Ее надо убрать, уничтожить, как приставучий репей... или как непослушного слугу. Ей хочется посетить театр? Этьен хрипло рассмеялся. Жаль, что она не доживет до его посещения.

Но она доживет до собственной скорой кончины.

Его светлые глаза загорелись злобным огнем, когда он начал продумывать план. Он представлял себе мучительную смерть. Медленную, но не слишком. Агонию, которой будет предшествовать сплошной ужас. Этьен мысленно видел, как Кристина страдает от понимания того, что ее гибель неизбежна, но ничто не может спасти ее.

Скоро бесполезная сучка будет мертва. Тогда, и только тогда, к нему вернется мужская сила. Улыбаясь, он поднялся но ступеням на веранду.

После приема прошло три дня, три дождливых, сумрачных дня. Каждый, казалось, был выкроен из одной и той же тусклой ткани. Непогода заставляла Кристину сидеть дома. Ей ужасно не хватало ежедневных прогулок по саду, посещений конюшни. Хотя она пыталась занять себя вышивкой и чтением, беспокойство о судьбе дедушки продолжало одолевать ее. Она не могла понять, почему от него до сих пор нет никакого известия. Может, он болен? Или нуждается? Ничего не зная о нем, она тревожилась все больше и больше.

Время тянулось так медленно, что Кристина стала бояться сойти с ума от тоски. «А может, это входит в планы Этьена, – с горечью подумала она, – объявить меня сумасшедшей, буйно помешанной? Тогда он прикажет запереть меня где-нибудь, и ему не придется вечер за вечером встречаться со мной за обеденным столом».

Подняв глаза от вышивки, она выглянула в окно и заметила, что сквозь облака начинает проглядывать солнце. К обеду его теплые лучи высушили лужи на веранде. Впервые за несколько дней ощущая легкость на душе.

Кристина подхватила плетеную корзину и, напевая, направилась в сад.

Чувствуя умиротворенность среди яркого разнообразия цветов, она ходила по тропинкам, останавливаясь то здесь, то там, чтобы сорвать какой-нибудь цветок и положить его в корзину. Ее внимание привлек ярко-желтый гибискус, и она наклонилась, чтобы вдохнуть его нежный аромат.

В этот момент ее и увидел Рид. С закрытыми глазами, уткнувшись носом в цветок, с легкой улыбкой на губах, она стояла к нему в профиль. Он наблюдал, не желая нарушать очарования этой картины. Рид специально шел через сад, зная, что это одно из любимых мест Кристины, и глупо надеясь в последний раз увидеть ее. На рассвете он отправится исследовать удаленный участок земли для своего работодателя. Когда это задание будет выполнено, у него появятся средства, необходимые для того, чтобы покинуть остров. Если все пойдет по плану, то он будет на полпути в Новый Орлеан, прежде чем Этьен Делакруа обнаружит его отсутствие. Но пока Рид еще не покинул Бель-Терр, он хотел в последний раз увидеть Кристину.

Рид продолжал наблюдать, как она сорвала цветок и выпрямилась. В том, что он находится здесь, нет никакого смысла. Абсолютно никакого. Но он не мог удержаться. В ней есть что-то такое, чему он не в силах противостоять. Она такая же трепетная, как цветок, который держит в руке. Если бы дело было только в физической красоте, он смог бы не поддаваться ее чарам, но Кристина обладала еще и такими внутренними качествами, которые привлекали его все больше. Она такая любознательная, всегда просто засыпает вопросами. К тому же может быть до безумия дерзкой, ужасно прямолинейной и неуемно страстной во всем, что касается ее симпатий и антипатий. И честной до жестокости.

Такой, какой была при последней их стычке.

«Вы никакой не герой. И уж конечно, не для меня».

Ее обвинения все еще звучали у него в ушах.

По саду пролетала бабочка. Кристина, проводив ее взглядом, заметила Рида. Он воззрился на нее, открыв рот, не в состоянии скрыть шока при виде ее изуродованного лица. Жуткого вида синяк расплылся по всей щеке. Пятно, отливающее бордовым, зеленым и желтым, портило совершенство ее кожи. Рид невольно шагнул вперед и заметил, что пухлая нижняя губа девушки тоже разбита. Гнев моментально охватил его. Только чудовище могло сделать такое. Риду захотелось сделать фарш из Этьена Делакруа. Подойдя, он нежно приподнял подбородок Кристины.

– Кто так обошелся с вами?

Хоть он уже и знал ответ, но чувствовал себя обязанным спросить.

– Вас это не касается. – Она рывком освободилась. – Вы переступаете все границы, даже просто задавая такой вопрос, месье.

Кристина прошла мимо него, вскинув голову. Одним взглядом ей удалось внушить ему ощущение собственной незначительности. Для нее он был не больше, чем жучком под ногами. И Рид неохотно признал, что она абсолютно права. Кристина замужняя дама, и у него нет никакого права вмешиваться. Совершенно никакого права. Поняв это, Рид испытал жесточайшее разочарование. Он хотел бороться за нее, выступать в ее защиту, стать ее рыцарем на белом коне. Абсолютно бессмысленные желания.

Он откашлялся, припомнив, зачем явился.

– Завтра на рассвете я уезжаю в Артибонайт.

– Куда вы уезжаете, меня не интересует.

Кристина опустилась на одну из кованых скамеек у дорожки, поставила корзину с цветами на землю и аккуратно расправила юбки. На тропинке, ведущей от дома, послышались чьи-то шаги. Рид проследил за взглядом девушки и увидел приближавшуюся служанку Астру, которая несла корзинку.