История одной кошки - Юлия Романовна Бочарова

По мне скользнули заинтересованным взглядом, от которого стало не по себе, но потом всеобщее внимание привлекло зрелище, открывшееся на сцене, и мою скромную персону оставили в покое.

"Кисточки все же стоило отодрать, прежде чем в зал переться":- скрипя зубами, подумала я.

Черный занавес поднялся, являя на всеобщее обозрение десятка три полуголых девиц различной комплекции. Все поголовно были одеты в прозрачные шаровары и небольшие кусочки ткани, закрывающие грудь. Возраста они были примерно одного, от восемнадцати до двадцати шести. Молодые и красивые.

Я усмехнулась, смотря на "кукол", как их обозвал давешний тип, потому что глаза мужчин были настолько расчетливыми и неприятными, что я только посочувствовала девушкам, чья судьба была предопределена. Я ведь не всеобщий герой, спасающий невинных, я гордая кошка, у которой кроме хвоста сейчас нет ничего, да если бы и было, разве я могу пойти против двух сотен в одиночку.

Мысли как стадо бешеных овец носились в голове, в то время как холеный тип начал торги, выведя вперед худенькую, но симпатичную брюнетку. Все началось с десяти золотых, но быстро поднялось до двухсот, а потом и до трехсот.

Я, притаившись, сидела, пока мой сосед не шепнул мне тихо на ушко:

— Лучше участвуй, а то тебя быстро раскроют.

Тихий приятный голос вырвал меня из страны забытья. И я кинула на мужчину удивленный взгляд, но он не обратил на это внимания, яростно участвуя в торгах. Думаю, если бы его лицо не скрывал темный капюшон, я бы смогла увидеть усмешку.

Пришлось и мне поучаствовать, хотя цена мне и показалась аховой, но я не глупа и всегда опускала руку до того, как цену заламывали вдвое больше. Денег-то все равно нет. Работаю на сухую. Хотя зачем мне рабыня? Что я делать-то с ней буду?!

Мдя, до чего докатилась принцесса из древнего рода. Видел бы меня сейчас братишка, уши бы точно пообрывал. Хотя, кто его знает, этот хитрющий тип, до сих пор остается для меня загадкой. Эх.

На помосте, из толпы девушек, выбрали красивую блондинку, за которую сразу началась яростная борьба. Вяло поднимала руку, думая о рыбке и о теплой постельке, которой сама себя лишила. Настроение быстро перекачивало за плинтус, и я уже думать забыла о вселенских тайнах, желая только выбраться отсюда.

Кажется, цена за девушку дошла до двух тысяч, что меня вывело из ступора. Небывалая сумма. На нее можно купить себе шикарный дом с садом, разжиться скотом, лошадьми, да еще и останется. Да уж, но мужчина совершивший покупку был несказанно доволен.

И чего так радуется?! Блин. Ничего не понимаю я в этой кутерьме.

Хвостик, не выдержав, вернулся на прежнее место и сейчас нервно подрагивал у моих ног. Я не обращала на него особого внимания, начиная входить в состояние полного отрешения. И к тому моменту, как весь "товар" был продан, я вовсю зевала и довилась смешинками, глядя на гневающихся, и в противовес - абсолютно счастливых мужчин.

Мой сосед, переговорив с какими-то мужчинами, нагло схватил меня за руку и поволок к выходу. Я вообще-то не сопротивлялась, дивясь своему безразличию и его глупости, потому что в случае посягательства на мою жизнь - честь, ему несдобровать.

Мужчина вывел меня в сад, потом провел по множеству переходов, узких улочек, пока не остановился, уперев меня в стену и грозно заявив:

— Кто ты такой? Или захотелось поиграть со смертью?

Я фыркнула и как ветер вырвалась из его хватки, оказавшись позади. Он опешил, готовясь к нападению. Я же усмехнулась и вскарабкалась по стене наверх, с трехметровой высоты заявляя:

— Странные нравы, необычной страны.

Мужчина удивился, услышав женский голос, и сразу же развернулся, ища меня глазами.

Внезапный порыв ветра скинул с его головы капюшон, и передо мной предстал кареглазый коротко-стриженый брюнет, со странным магическим символом на левой щеке.

Меня же ветер пощадил, и я все еще оставалась загадкой для этого типа.

— Кто ты? - хмуро спросил незнакомец.

— Сначала ответь, - спокойно заявляю, - зачем Вам нужны рабыни.

Мужчина задумчиво посмотрел на меня, но потом мрачным голосом ответил.

— Чтобы выносить ребенка, из нашего народа, нужно большое количество энергии. Многие женщины умирают, еще до родов.

— Но рабыни тоже умирают. - Я усмехнулась. - Меньшая цена?!

— Мы любим один раз и на всю жизнь, - продолжает он. - Думаешь легко смотреть на то, как умирает самое любимое существо на свете?

— Не мне судить Вас, - бесцветным голосом отвечаю. - Но одна смерть не лучше другой, пускай и не любимой женщины.

Я уже собралась уходить, но меня остановили.

— Ты не ответила. Кто ты?

— Просто глупая кошка, сующая свой любопытный нос в чужие дела.

Я сразу же схватилась за край своего импровизированного плаща, и в следующий миг в незнакомца полетела темная ткань, которая не позволила ему увидеть мое лицо.

Секунда, и я скрылась, покидая неприятные улицы.

5

 Я встретила рассвет в небольшом парке. Смотря, как распускаются бутоны цветов, как капли росы сверкают в траве и листве, будто мириады бриллиантов, разбросанных щедрой рукой природы. Сладковатый запах, разносящийся по округе, приятно щекотал нос, отчего я пару раз звонко чихнула. Но, не смотря на ликование вокруг, на душе было неспокойно. Будто я в упор не замечаю правду, которая нахально показывает мне язык и крутит пальчиком у виска, дескать, дура, тут и думать не надо и так понятно.

Тяжелая ночь и тяжелые думы. Ноги, которые привели меня к дому Ортана и бессмысленный пустой взгляд, лишенный каких-либо эмоций.

Печально хмыкнула и без спросу забралась во все еще спящий дом. Тихо прошла по коридору в комнату моего малыша и подошла к детской кроватке.

Мальчик не спал, поймав меня взглядом и начиная улыбаться, сверкая первым зубиком.

Я взяла его на руки, подходя к огромному окну. Утренние лучи нежно касались нас с ребенком, проступая сквозь тонкую белую занавесь. И тишина раннего утра окутывала все вокруг, принося умиротворение.

— Я так соскучилась, мое золотко, - я поцеловала его в лобик и нежно провела ладошкой по головке.

Он потянул ко мне свои маленькие ручки, смотря на меня своими огромными фиолетовыми глазами.

— Ты подрос, солнце.

Я поудобнее его перехватила, присаживаясь на кушетку.

В добрых любящих глазах моего малыша будто бы были все мои чаянья и мечты. Или он