Наследство бизнес-класса - Татьяна Полякова

Когда мы наконец поднялись из-за стола, Ремизов предложил перейти в гостиную, но я внесла ответное предложение: погулять с собакой. Он согласился, хоть и без особой охоты. У меня возникло подозрение, что он планировал закончить вечер в общей постели, это вполне в духе самовлюбленного придурка. Конечно, женщины всего мира лишь о нем и мечтают. Однако в его случае был скорее трезвый расчет: заполучить меня в союзники. Для этого и понадобилась история пятилетнего ожидания встречи, а уж если мы встретились, глупо затягивать со всем остальным. По известному выражению «вы привлекательны, я чертовски привлекателен», в общем, пошли скорей на сеновал.

Прогулка получилась милой. Песик бежал впереди, мы болтали обо всем на свете. Должно быть, сообразив, что сеновал на сегодня отменяется, Ремизов сбавил обороты и вел себя вполне по-человечески, то есть не пытался запудрить мне мозги своими романтическими измышлениями. Рассказал пару анекдотов, кстати, смешных, побаловал историями из жизни, тоже вполне забавными, а потом пустился в рассуждения о живописи, стоило мне сдуру брякнуть, что люблю Айвазовского. После его пятнадцатиминутной лекции я поняла, что в живописи ничегошеньки не смыслю, и стала улыбаться особенно ласково. Потом выяснилось, что с музыкой у меня тоже не все ладно, а с литературой и вовсе беда.

– Есть что-нибудь на свете, чего ты не знаешь? – съязвила я.

– Конечно. Я, например, не знаю, что творится в твоей хорошенькой головке, а хотелось бы.

– Ничего там не творится. Тебе не повезло. Я красавица и, как водится, дура.

– Серьезно? Тогда о каком невезении речь? По мне, так это идеальное сочетание.

Собачка с нами намучилась и громко тявкнула, призывая к порядку. После прогулки у нее намечался ужин, а мы все нарезали круги в парке. Из любви к животным мы решили вернуться. Похоже, Ремизов не сомневался: я, в отличие от собачки, к себе домой не тороплюсь, потому что заметно удивился, когда я направилась к машине с намерением его покинуть.

– Пока, – сказала я. – И спасибо за незабываемый вечер.

– Ты уезжаешь?

– Сколько можно испытывать твое терпение?

– Ты сейчас о чем?

– О том, что загостилась.

– Ничего подобного! Я бы предпочел, чтобы ты осталась.

– Наши желания в этом пункте не совпадают, – я растянула рот до ушей, мысленно добавив: «Ну и наглец!»

– Тогда я тебя провожу, – предложил Ремизов.

– За машиной резво побежишь? – серьезно поинтересовалась я.

– А в машине мне места не найдется? Назад вернусь на такси.

– Предупреждаю сразу, у меня нет ни кофе, ни чая.

– Заедем по дороге в супермаркет. Сердце кровью обливается, когда я думаю, что ты голодаешь.

На этот раз я чертыхнулась, но терпеливо подождала, пока он даст собаке корм и вернется назад.

– Тебе бы лучше у меня остаться, – сказал он, садясь рядом. – Вдруг по дороге нас остановят?

– Я выпила совсем чуть-чуть…

– И все же… Может, за руль лучше мне сесть?

– Да с какой стати?

Завидев супермаркет, он потребовал к нему свернуть. Мои слова о том, что в его заботе я не нуждаюсь, подействовали, но совсем не так, как я ожидала.

– Хорошо, завтра я сам все привезу.

– И отправишься со своим провиантом восвояси. Насчет чая и кофе я пошутила. Не хотела, чтобы ты напросился в гости.

– Я догадался. Но холодильник у тебя наверняка пустой.

– Господи, какое тебе дело до моего холодильника?

– Теперь мне до всего есть дело.

Когда мы въехали во двор моего дома, я увидела машину Борьки. Он приткнул ее возле подъезда, а сам сидел на скамейке, ближе к детской площадке, и пялился в свой планшет. Но, услышав шум двигателя, поднял голову и, улыбаясь, двинулся мне навстречу. Но улыбка мгновенно исчезла с его лица, когда он заметил, что я не одна. Само собой, Ремизов тоже обратил на него внимание.

– Это твой парень? – спросил хмуро.

– Хуже. Это мой босс.

– Что ему тут надо? Надеюсь, он не пристает к тебе, пользуясь своим положением?

– К сожалению, нет.

– К сожалению? Что хорошего ты нашла в этом типе?

Ответить я не успела, мы как раз вышли из машины, а Борька поравнялся с нами и сказал:

– Привет, – стараясь не смотреть в сторону Ремизова. Тот принялся расточать улыбки.

– Милая, познакомь нас, – запел он, Борька слегка дернулся, но подобие улыбки из себя выжал.

– Это Борис, мой работодатель, а это Кирилл, кто он такой, понятия не имею, – вздохнула я.

– Девочка шутит. Я ее обожаю, а она этим пользуется.

– Да неужели? – съязвила я.

– Пользуешься, пользуешься. Вам нужно поговорить? Я могу подождать. – Он отошел к подъезду, откуда, глядя на нас, нагло скалился.

– Собственно, я просто… хотел узнать, как у тебя дела, – вздохнул Борька.

– Нормально.

– Да, я вижу, извини. – Он вновь вздохнул и направился к своей машине. Я было хотела его окликнуть, но вместо этого перевела взгляд на Ремизова. Такое чувство, что он потешается, наблюдая мою нерешительность. Я мысленно махнула рукой и направилась к подъезду.

– Такси вызовешь без моей помощи, – буркнула я, открывая дверь подъезда.

– На стакан воды я могу рассчитывать? Не стоит расстраиваться из-за этого типа. Если вопрос в работе, то ты в ней больше не нуждаешься, а если он тебе в самом деле нравится, то появление соперника лишь обостряет чувства. В общем, ты в выигрыше в любом случае. А вот я чувствую себя скверно.

– Да ну?

– Это была шутка, – засмеялся Ремизов. – Он мне не соперник.

Мы поднялись на третий этаж и вошли в мою квартиру. Я тут же бросилась в кухню, налила стакан воды и поставила его на стол. Ремизов прошелся по квартире.

– У тебя мило. С родителями живешь?

– Пей, – кивнула я.

– Мою жажду водой не утолить, – засмеялся он.

– Ты алкоголик?

Он ухватил меня за подбородок и поцеловал, едва коснувшись губами моих губ.

– Свинство какое, – пробормотала я, руку он так и не убрал, и говорить было не очень-то удобно.

– Сейчас все исправим, – ответил он серьезно и вновь поцеловал меня, на этот раз по-настоящему.

Бог знает, почему я не стала сопротивляться, но, когда он меня отпустил, спросила гневно:

– Мне «караул» кричать?

– Не стоит. Я ухожу. – Он действительно направился к двери, шагнул за порог, повернулся и сказал: – Забудь своего Борьку, он тебе не нужен.

Дверь закрылась, а я еще пару минут стояла, пытаясь прийти в себя. То претендентов на мое прекрасное тело днем с огнем не сыщешь, то нате вам, пошли косяком. Чего это на Борьку нашло? Может, он по работе приезжал? С Ремизовым-то все ясно. Он либо попал в отчаянный переплет, так же как и я, кстати, либо просто мучается любопытством. Одно несомненно: он остался в городе в надежде, что убийцу Волкова вскоре найдут. Оттого и обещал мне помочь. А бредни, которыми он меня угостил, должны объяснить его внезапный интерес ко мне. На то, чтобы познакомиться, войти в доверие, нужно время, а у него его нет, или нет терпения. Зато есть буйная фантазия. Ну, это-то мне хорошо известно. Одно его предложение убить жену Волкова чего стоит. Мне-то как себя вести? Притвориться сладкой дурочкой? Дать от ворот поворот? А может, он решил разведать, что мне известно? Ремизов сам узнал меня, или ему рассказал обо мне Волков? Если первое, то надо быть начеку, если второе… тоже не очень хорошо.

В любом случае куда разумнее держать его на глазах. Значит, будем изображать дурочку, которая сама не своя от привалившего счастья. И лучше не переигрывать, соблюдая баланс между святой наивностью и вполне оправданным недоверием. В общем, полюбить и я не прочь, но в вашей любви, мой прекрасный принц, пока сомневаюсь.

Только я немного успокоилась, как в дверь позвонили. Уверенная в том, что сейчас увижу Ремизова, я открыла дверь, готовясь язвительно его поприветствовать, но обнаружила Борьку.

– Я видел, как этот тип уехал, – сообщил он и нерешительно шагнул в прихожую.

– Ага. Смена караула? – То, что каждый из них называл другого «этот тип», только прибавило язвительности моей улыбке. – Чаю хочешь? Больше ничего нет.

– Я, собственно, на минуту.

– Ну? – спросила я.

– Что «ну»? – передразнил Борька.

– Говори, зачем вернулся. Ведь зачем-то ты вернулся, так?

– Не знаю, – сказал он, устраиваясь на банкетке. – Выходит, у тебя действительно кто-то есть.

– Хоть он и вел себя исключительно нахально, на самом деле мы познакомились только сегодня.

– Извини, но в это трудно поверить.

Я пожала плечами, а он на меня уставился со вселенской грустью в очах.

– Лера, скажи, пожалуйста, почему у нас с тобой два года назад ничего не получилось?

– Не поверишь, но я все это время задаю себе тот же вопрос.

– Правда? – неизвестно чему обрадовался он. – Ты была такой… деловитой. Избегала меня. Обращалась только по имени-отчеству. И я… в общем, я подумал, ты, чего доброго, решишь, что я пользуюсь своим положением.

– Жаль, что в самом деле не воспользовался.