АтакА & Исключительная - Anne Dar

спокойно пожала плечами, но от меня не скрылось, что её голос едва уловимо дрогнул.

Мужчина наконец додумался перевести тему:

– У вас конфетти в прихожей разбросано. По какому поводу?

– У Диандры был день рождения… – начала Кайя, но я быстро её прервала, осознавая, что эта информация, в условиях Атак, должна быть строго засекречена.

– Праздновали с опозданием, – резко вставила я.

Томирис и Кайя знали, что я не обиделась на их забывчивость, поэтому обе сразу же перевели свои взгляды на меня, в явной попытке понять, для чего только что мной было сказано это уточнение, истинной целью которого являлась банальная, запоздалая попытка отвлечения… Какой же я была легкомысленной: я до сих пор не поделилась с ними информацией по поводу возможной важности зодиакальных знаков! Нужно было рассказать им, какой бы глупостью это ни казалось, ведь я придаю этой “глупости” весомое значение!

– Сколько исполнилось? – ухмыльнулся Маршал.

– Двадцать пять, – я даже не посмотрела на него, предпочтя подарить свой взгляд удерживаемой в моей руке кружке.

В этот момент к столу приблизился Тормуд и вместо того, чтобы остановиться подле меня, приник к колену Маршала, который сразу же принялся спокойно поглаживать эту громадину. Предатель. Не предупредил меня о появлении на нашей территории посторонних людей, а теперь ещё и ластится к одному из них… Понятно, что он знает Маршала дольше, чем меня, ведь Маршал был завсегдатаем этих краёв, так что вполне логично, что пёс признаёт в нём друга, притом, что в сторону Рагнара он немного ворчит, однако скольких ещё людей это животное знает и может принять за друзей?! Вдруг к нам пожалует кто-то вооруженный из деревни, кто в прошлом дружил с этой собакой? Что тогда? Пёс растеряется и сочтёт, что его друг не захочет прикончить нас всех, а потом жестоко разочаруется, когда увидит кормивших его людей с простреленными головами?! Если на Маршала я почти перестала сердиться за его поведение в конюшне, то на Тормуда, нагло ластящегося не к кормящим его рукам, я, кажется, начинаю точить зуб.

– Давно вы здесь? – Маршал продолжал безуспешно искать зрительного контакта со мной.

– С августа. Как всё началось, так мы и здесь, – мой тон звучит твёрдо, и мне это нравится.

– Владеете новостями из внешнего мира?

– За четыре месяца вы первые посторонние, заглянувшие в наше захолустье. Так что смело можете вешать нам лапшу на уши, – при этих словах я криво ухмыляюсь, хотя на самом деле не желаю обдавать собеседника холодом. Думаю, по моему взгляду Маршал это понял, потому что продолжил говорить непринуждённым тоном:

– В городах всё совсем плохо. Чем больше город – тем хуже ситуация. Люди разделились на Уязвимых и Неуязвимых – тех, кто восприимчив, и тех, кто невосприимчив к Атакам. Уязвимых значительно больше, чем Неуязвимых. Так что первые стали охотиться на вторых…

– В смысле “охотиться”? – Томирис озвучила наше общее непонимание.

– После того, как выяснилось, что Неуязвимые способны облегчать муки Уязвимых одним только своим прикосновением, Уязвимые объявили охоту на Неуязвимых.

– Каким образом? – Томирис жаждала информации и верила ей. Я же сразу отметила неладное: во время Атак я обнимала Бриджит, но легче ей от этого точно не становилось.

– Уязвимые стали создавать трапперские коалиции: преимущественно небольшие по численности группы охотников на Неуязвимых, – подал серьёзный тембр Рагнар. – Неуязвимые не обязательны им живыми и невредимыми. Всё чаще до нашего слуха долетали новости о том, что Неуязвимые нужны Уязвимым исключительно в виде костей и волос. Живодёрство они называют добычей артефактов.

– Что такое “артефакты”? – Кайя нервно заёрзала на своём стуле, и все сразу же вспомнили о присутствии здесь ребёнка.

– Ещё что известно? – резко вклинилась я, не желая, чтобы кто-то принялся пояснять Кайе кровавый расклад новой реальности, и одновременно пытаясь понять, насколько я сама могу доверять столь ужасающему варианту разворачивающихся за пределами нашей видимости событий.

– Много всего, – тяжеловесно вздохнул Маршал. – Атаки происходят всегда в разное время, и по длительности они разнятся. На Уязвимых они действуют с разной степенью тяжести – скорее всего, ответ на этот вопрос кроется в анатомии.

Парадокс: в самом начале я считала, что Неуязвимые начнут охоту на Уязвимых, а вышло ровным счётом наоборот. И, если верить словам этих двух, всё происходит намного более кроваво, чем я до сих пор позволяла себе предполагать.

Тем временем Маршал продолжал:

– Вообще, новости мы с переменным успехом отлавливаем по радиоволне…

– У вас есть радио?!– мгновенно встрепенулась Томирис, да и я, услышав такое заявление, едва не заёрзала на своём стуле.

– Кто-то до сих пор вещает по радиоволнам? – заметила я. – Известно, как обстоят дела за канадской стеной?

– Не знаем, как в Европе, – начал Рагнар, – но исходя из последней новостной сводки, которую нам удалось поймать неделю назад, на территории США дела могут обстоять даже хуже, чем у нас.

– Сталь оказалась правдой?

– Похоже на то. И если мы всё правильно поняли: ей подвержены все. Неуязвимых там нет.

– Неужели весь мир пал? – Кайя поинтересовалась откровенно расстроенным тоном. – Больше не будет интернета, телефонов, машин, школ, счастливых семей?

– Ну, может, про счастливые семьи ты загнула… – попыталась подбодрить девочку я, но у меня не удалось закончить своё предположение, так как я в принципе не чувствовала нас прям счастливыми, да и одной семьёй нас тоже, вроде как, назвать нельзя. Но важнее другое: у этих ребят есть радио, которое хотя и с переменным успехом, но работает! Это значит, что у них периодически появляются новости из внешнего мира, которые они могут получать на безопасном от этого самого мира расстоянии… У нас давно такой роскоши не осталось.

Снова заговорила жаждущая информации Томирис:

– Уже стало что-нибудь известно о том, почему кто-то реагирует на Атаки, а кто-то нет? Как происходит этот отбор? Может ли Неуязвимый стать Уязвимым и наоборот?

Отвечать вызвался Маршал:

– Неуязвимый не может стать Уязвимым, как и Уязвимый не может стать Неуязвимым. Как оказалось, всё дело в зодиакальной зависимости, – от услышанного я непроизвольно вздрогнула, – перед Атаками устойчивы только люди, рождённые под воздушными знаками зодиака, а это у нас все водолеи, близнецы и весы.

– Не может этого быть!.. – начала Томирис, но, встретившись со мной взглядом, резко умолкла.

– Что это значит? – сдвинул брови Маршал.

– Ничего… – сразу же начала попытки исправить свою ошибку обычно хладнокровная сестра, явно возбуждённая поступлением новой информации, пока я всем своим нутром обратилась в застывшую каменную глыбу. – Просто это как-то странно… Но с другой стороны…

– С другой стороны? – заинтересованно повёл бровью Рагнар.

– С другой стороны: мы втроём все водолеи.

– Ничего себе совпадение, – хмыкнул Маршал, при этом как будто специально не посмотрев в мою сторону, вместо этого отвлекшись на льнущего к нему Тормуда.

Кайя заёрзала на стуле, явно не понимая, почему мы – я молча, а Томми вслух – врём. Я