Крепость надежды - Дем Михайлов

Пока мы его разглядывали, шурд, смотря под ноги, не спеша прошел по площади, изредка останавливаясь и с явным интересом копаясь в усеивающих землю человеческих останках. Спустя пару минут он что-то нашел и, прихватив это с собой, вернулся к крыльцу, где и уселся в тени, прислонившись спиной к стене дома.

После чего… о Создатель… так вот что он искал… Шурд с аппетитом вонзил зубы в человеческую руку и с видимым удовольствием заработал челюстями!

Тварь! Жрет человеческое мясо! Ох…

Стефий не выдержал и скорчился за палисадником, исторгая из себя скудный завтрак. Я лишь с огромным трудом сдерживал рвотные позывы. Рикар глухо шептал ругательства. Охотник, имя которого я так и не удосужился узнать, плотно сжал зубы, костяшки пальцев, сжимающих лук, побелели.

Хлопнула дверь, и к первому шурду присоединился еще один. Единственным отличием между ними был странной формы костяной гребень, плотно обхватывающий затылок. Поводырь. Следуя по пятам за поводырем, из дома, шустро перебирая лапами, выбралось четыре костяных паука.

Поводырь свистнул, пауки ответили резким скрипящим звуком и разбежались в стороны, одна пара целенаправленно бежала к воротам, другая — в противоположную сторону, как раз туда, откуда должен подойти Литас с охотниками.

Бросил вопросительный взгляд на Рикара — я полностью полагался на его многолетний боевой опыт.

Здоровяк приблизил губы к моему уху, но сказать ничего не успел — расслабленно стоящий поводырь внезапно вздрогнул все телом и возбужденно засвистел.

— Бей! — заорал здоровяк и, перемахнув через палисадник, огромными прыжками понесся к растерявшемуся поводырю.

Над головой свистнула стрела, затрепетав, вонзилась в центр груди так и не успевшего встать шурда и буквально прибила его к стене. Охотник не терял времени и уже налаживал вторую стрелу на тетиву.

Началось.

Перепрыгнув через забор, я выхватил меч и помчался на помощь Рикару. Рядом со мной бежал Стефий с кинжалом в руке.

Страха я не испытывал. Меня переполняло только чувство глухой ненависти к этим тварям, пожирающим человеческую плоть.

С громким щелканьем и скрипом из дома вынеслось еще четыре паука, не теряя времени, они помчались к хозяину, который развернулся и, не вступая в бой, неуклюже припустил навстречу паукам. Рикар несся по пятам, размахивая топором.

Дальнейшего я уже не видел, потому что на площадь вылетела первая пара пауков, которую поводырь отправил к воротам. Заметив нас, они одновременно развернулись в нашу сторону, сдвоенная вспышка зеленого света, и на меня обрушилась волна холода. Магия. Все как в прошлый раз. Только на этот раз пауков было двое.

Навалилась усталость. Сжав зубы, я покрепче ухватил меч и припустил к паукам. Чем меньше расстояние между нами, тем больше у меня шансов устоять.

Краем глаза я уловил яркую вспышку за спиной, волну холода как отрезало, заверещавших пауков отбросило на шаг назад.

Стефий! Ай да святой отец Флатис. До моих ушей донесся звонкий и ясный голос послушника:

— …да оградит умы наши святая сила Создателя! Да не позволит поддаться…

Тут я налетел на ближайшего ко мне паука, и шум боя заглушил все вокруг. В ближнем бою эти черепушки мало что могли, главная их сила была в магическом воздействии. При поддержке Стефия я не сомневался в исходе боя.

От тяжелого удара мечом по черепу зазмеилась широкая трещина, пронзительный визг режет уши.

Вспышка зеленого света в глазницах паука… противный звон в голове…

— И взываем мы к милости твоей, и молим о… — Монотонный голос Стефия словно молот грохочет у меня в голове.

Руки наливаются силой, голова становится чистой… протянувшего было ко мне когтистую лапу паука корежит в судорогах… Не теряя времени, наношу еще один удар, и свет в глазницах окончательно затухает, лапы паука подгибаются, и он утыкается в землю.

Не успеваю отбить хлещущий удар лапы второго паука, щеку обжигает огнем… зеленый свет бьет в глаза…

«…ты устал… отпусти меч… как хочется спать…»

На мгновение выпадаю из боя…

— …от происков Темного. Не позволь искушению…

Моментально прихожу в себя. Паук обхватил меня лапами и влечет к уже открывшему пасть черепу с неестественно большими и заостренными зубами. Заорав от омерзения и ужаса, я вбиваю туда лезвие меча и с хрустом проворачиваю. Заверещав, паук отбрасывает меня в сторону, меч остается торчать в черепе.

Пролетев по воздуху, я с шумом приземлился на спину. С трудом сев, я нащупал нож на поясе. Встать не успею — паук, быстро перебирая лапами, несется ко мне, пылающие зеленым глаза лишают сил.

Добежать пауку не удалось. Закрыв меня собой, на его пути встала нескладная фигура мальчишки с широко раскинутыми в стороны руками. Стефий выкрикнул несколько гортанных слов и хлопком свел руки перед собой. Мне показалось, что по пауку ударил невидимый кузнечный молот — череп смяло в лепешку, паука отбросило далеко назад, где он и затих грудой переломанных костей. У мальчишки подогнулись колени, и он мягко осел на землю.

Метнувшись к нему, я перевернул Стефия на спину и, приникнув к груди, с облегчением услышал биение сердца. Жив. Сильно побледневшее лицо, из носа течет тонкая струйка крови. Похоже, Стефий потратил слишком много сил. Но это потом, а пока надо помочь остальным. Осторожно уложив послушника на землю, я вскочил на ноги и лихорадочно завертел головой по сторонам.

Пока я занимался пауками, картина боя сильно изменилась. В нашу пользу.

Шурд-поводырь так и не успел добежать до дома и теперь лежал ничком на ступенях крыльца. В спине зияла огромная рана — такую могло оставить только лезвие топора. Литас с остервенением рубит мечом давно уже не шевелящегося паука, словно задавшись целью измолотить его в пыль.

Рикар в нескольких шагах от меня — видимо, спешил на помощь и, только увидев, что я в порядке, перешел на медленный шаг. С его плеча стекает кровь, но похоже, что рана не серьезная.

Остальные члены группы тоже здесь — двое охотников ходят между валяющимися пауками и рукоятками мечей крошат черепа. Лучник остался на том же самом месте — весь бой он простоял за забором, всаживая стрелы в пауков и их хозяев.

С удивлением замечаю тела еще двоих шурдов рядом с домом. В одном торчат две стрелы, горло другого перерублено умелым ударом меча. Значит, еще двое шурдов были в доме и успели появиться только под конец сражения. На наше счастье.

Повертев головой по сторонам, я не увидел сингериса. Странно, обычно он не отходил от людей. Не иначе кинулся искать хозяина.

Я неверной походкой подошел к убитому послушником пауку, наклонившись, с усилием вырвал застрявший в сочленении костей меч и устало вернул его в ножны.