Цвет моих крыльев - Екатерина Шашкова

– А что вы делали здесь в столь ранний час?

– Я зашла к Нине, чтоб помочь ей с прической, – отчаянно смущаясь, пропищала девица.

– С какой еще прической? – нахмурился глава академии.

– С парадной. Она хотела быть самой красивой, ведь сегодня праздник и турнир. Я постучала, но она не открывала. А потом дверь вдруг сама распахнулась, и я увидела… что там… она…

– То, что вы увидели, мы обсудим чуть позже и не здесь, – к нам стремительно приближался Муллен, – поэтому вы все сейчас разойдетесь по своим комнатам и будете сидеть там до тех пор, пока я лично с каждым из вас не переговорю. А вы, – Хозяин наугад ткнул куда-то вбок, – составите мне список всех собравшихся.

– Вообще-то я собирался пойти немного размяться. Перед турниром. Я в нем участвую, знаете ли, – лениво отозвался тот, на которого пал выбор моего «дядюшки».

Оба-на! Лавянки собственной персоной!

– Сюда вы, надо полагать, тоже зашли в качестве разминки? Нет? Тогда будьте любезны выполнять мои требования. И не волнуйтесь, на турнир вы не опоздаете. Из-за погодных условий он состоится не на городской площади, а во дворе академии. Сейчас там как раз идет подготовка, поэтому искренне советую не мешать. Марготта, выдайте этому молодому человеку бумагу и перо.

Молодой человек смерил меня таким взглядом, будто я должна была принести ему змеиного яда в чашечке. Да еще и дождаться, пока выпьет. Но с опекунами не спорят, по крайней мере, прилюдно, поэтому я покорно притащила из комнаты письменные принадлежности, торжественно вручила их мальчишке и, виновато улыбнувшись Кьяло и Риссе, удалилась к себе, нисколько не сомневаясь, что меня Хозяин навестит с допросом в последнюю очередь. Если вообще навестит. А я тем временем гляну, чему там во дворе нельзя мешать.

Стук в дверь застал меня на полпути к балкону:

– Эй! А чернильницу?

– А о ней речи не было. Все претензии – к Муллену!

В коридоре сердито засопели. Кажется, Лавянки на меня обиделся. Мне даже на какое-то мгновение стало стыдно. Впрочем, длилось это мгновение очень недолго, потому что, добравшись наконец-таки до балкона, я просто обалдела от того, как изменился наш двор.

Нет, к показательному турниру его тоже украшали, но как-то более скромно. А теперь на стенах и столбах просто места свободного не было от ленточек, рюшечек и бантиков. Самого ристалища я не видела, зато слышала из-за угла непрекращающийся стук молотков – возводили дополнительные трибуны. На свободных местах как грибы вымахали торговые палатки. Одна, особо разноцветная, примостилась у самых ворот. Причем с наружной стороны. Я долго к ней присматривалась, пытаясь понять, чем же она отличается от остальных, но так ни до чего и не додумалась. Пришлось пойти на разведку, а для этого прибегнуть к испытанному способу – спуститься вниз по плющу. Предварительно натянув мятую, измазанную грязью и не просохшую с ночи форму. Счастье, что без кровавых разводов обошлось. Но все равно та еще гадость.

А внизу меня уже караулили.

– Я весьма рад, то вы согласились уделить мне минутку вашего драгоценного времени, княжна. Я, признаться, даже не надеялся, но если само провидение решило устроить нашу с вами встречу…

Я хмуро обозрела коротышку в черном плаще. Того самого посредника, что предлагал мне деньги за проигрыш в поединке с Флаем.

– Ну? Чего еще?

– Ваши честно заработанные, госпожа. – Посредник протянул мне плотно набитый бархатный кошелек. – Если помните, я упоминал, что вы получите их независимо от своего намерения. Все должен был решить только исход поединка. И судьба была к вам благосклонна. Так порадуйтесь же, госпожа. А я, с вашего позволения, удаляюсь.

И коротышка бодро посеменил прочь.

– Постойте, – отойдя от секундного ступора, я бросилась за ним, – кто вы? Как вы сюда попали? Кто вас нанял?

– Слишком много вопросов, юная госпожа. – Он притормозил и обернулся: – Слишком много вопросов остается без ответов. Такова судьба. И, кстати, возможно, вас заинтересует… Одно из слагаемых вашей судьбы находится сейчас вон там!

Я взглянула в указанном направлении, но там не было ровным счетом ничего интересного. Разве что двое мужиков тащили какой-то ящик, но разве его можно назвать слагаемым судьбы?!

– Ничего там нет, – буркнула я, переводя взгляд обратно на посредника… но того уже и след простыл. Бред какой-то.

От нечего делать я снова повернулась к мужикам и начала за ними наблюдать. Не походили они на обычных грузчиков-таскальщиков – слишком уж бережно обращались с ящиком. Почти торжественно.

Не вытерпев, я подошла поближе и напрямую спросила, что там.

– Приз! – гордо провозгласил старший из пары. – Тому, значит, кто турнир выиграет да лучшим из равных себя покажет, тому и достанется. Ценная вещь, госпожа.

– А посмотреть можно? – загорелась любопытством я. – Ну хоть одним глазком. Ну пожа-а-алуйста-а-а.

– Да отчего же нельзя, – хмыкнул мой собеседник, даже не дослушав мои причитания. – Смотрите, нам не жалко. Все равно же его потом на всеобщее обозрение выставят. Чтоб, значит, поединщики все на него смотрели и зрелищем вдохновлялись. Так что любуйтесь, госпожа.

И с этими словами он откинул крышку.

– Упс! – пробормотала я, нервно сглатывая. Другие слова на ум упорно не шли. Разве что матерные.

В ящике, бережно обложенный соломой и какими-то тряпками, лежал меч.

Обычный такой меч, одноручный. Потертая кожаная оплетка на рукояти, пара зазубрин на лезвии, пятнышко ржавчины возле гарды… И, собственно, гарда – в виде двух распахнутых крыльев.

Точная копия клинка, которым я ночью заколола того парня. Но именно копия. Внешних отличий не было, но я была уверена – не тот.

– Смотрите, смотрите, госпожа, – неверно истолковал мое замешательство мужик. – Еще детям своим и внукам потом рассказывать будете, что вблизи такую редкую вещь видели. Говорят, клинком этим сам святой Кондий последнего дракона изничтожил. Да только жар драконий в железо как впитался, так по сию пору и не вышел. И если до меча дотронуться, так сразу пламя чувствуется.

– А почему такая реликвия в обычном деревянном ящике? Положили бы в футляр какой-нибудь, на бархатную подушку…

– Нельзя, госпожа. Говорят, уже не один век этот меч так хранится, и ни дерево не гниет, ни ржа металл не берет.

Ну, по поводу ржи я бы с ними поспорила, конечно, но в остальном… Даже интересно, сколько ему лет? Или веков? Когда в этом мире драконы перевелись?

– Ну, госпожа, нам торопиться надо. Не возражаете, если пойдем?

– Да, конечно, – неопределенно отмахнулась я.

Крышка с тихим скрипом закрылась, и ящик потащили дальше.

Вместе с мечом.