Diamond Dust (СИ) - "mari.kvin"

Борясь с ностальгическим чувством собственничества, Адам собирал сумку в дорогу, упрямо стараясь фокусироваться на вещах, а не на мысли, что если он всерьез привезет Джека после разговора в дом, то все изменится.

Адам положил в сумку повязку, когда понял, что от мысли, что все изменится, кровь в нем стала буквально закипать. Он сильнее сжал ручку сумку и рывком закрыл молнию, осознав и признав, что его пожирала ревность.

— Точно рехнулся на старости лет, — вслух проговорил Адам, злясь на самого себя.

— Спорить не стану.

Услышав реплику Доминика, Адам ничего не стал отвечать. Эмоций, мыслей уже хватало с лихвой, и говорить о чем-то с человеком, который сможет лишь увеличить количество дум в его голове, просто не хотелось.

— Ты Амелии не сказал что ли, что на встречу с ее женихом едешь? — спокойно спросил Доминик.

— Если привезу его — узнает, — кинул Адам, с раздражением заметив, что самая неприятная тема для него сейчас вышла за приделы его головы.

— Адам, пос…

— Я сделаю то, что от меня требуется, Дон, — перебил Адам и взял сумку. — Сам знаешь. Просто, по-хорошему прошу, не еби мне мозг сейчас этим, ладно?

— Как скажешь.

— Спасибо, — благодарно произнес Адам.

— Что девочке сказать, когда о тебе спросит? Или ты к ней сам подойдешь?

Адам уже подошел ближе к двери, но затормозил и пожал плечами. Об этом он тоже успел подумать. За этим и направлялся изначально, но так и не прошел в комнату, встав и тупо уставясь на то, как мелочь вроде косметички может заставить человека искренне улыбаться.

— Если спросит, скажи, что вернусь и сам все объясню. Все равно пока нашла себе занятие.

— Хорошо, — согласился Доминик.

— Машину возьму?

— Ключи, где всегда.

Адам кивнул, хлопнул друга по плечу и тихо, не привлекая внимания, направился вниз, надеясь, что все пройдет хорошо, а не усугубится еще больше.

Взглянув на свое отражение в машине, Адам быстро отвел взгляд и повернул ключ зажигания. Его побитое, обработанное лицо сейчас привлекало слишком много внимания, но делать было нечего.

Оказавшись на месте, Адам начал высматривать знакомое лицо и с удивлением заметил, что Джек шел пешком. Сейчас он не был похож на человека с фото светской хроники. Рубашка на Джеке была местами сильно мятая, волосы были слегка сальные, а под глазами виднелись такие серые тени, что Адам подумал, что его побитый вид еще не так плох.

Озираясь по сторонам, явно устав и проведя ночь не в тех условиях, в которых он привык, Адам подумал, что Джек выглядел сейчас как заблудившаяся собака. Уже не щенок, но еще и не добротный сторожевой пес, на которого можно положиться.

Решив облегчить Джеку поиски, Адам поморгал фарами несколько раз. Заметив сигнал, Джек остановился, несколько секунд постоял, но потом направился к машине, Адам повернул голову к пассажирскому сиденью.

Адам заметил, что Джек посмотрел на него с интересом, но без удивления или каких-то других сильных эмоций. В его взгляде было что-то такое, будто он так устал за эти недели, что Адам, пусть и с побитым лицом уже явление недостаточное, чтобы удостоить такой чести.

— Адам? — сразу спросил Джек, захлопнув за собой дверь.

— Допустим, — сухо отозвался Адам.

— Мне сказали, что ты… поможешь мне найти мою невесту. Ее похитили или… вроде того….

— Или вроде того? — язвительно переспросил Адам, усмехнувшись.

Джек рассказал ему то, что Адам и сам знал, слышал от Лиама. Рассказ лишь дополнился тем, как Амелия оказалась в Индии и номером, который был найден в вещах Лиама.

— И ты поехал к… Картеру? — уточнил Адам.

— Да. Позвонил по номеру, дальше сам знаешь.

Адам кивнул, но информация в голове принималась с задержкой. Выстроив логический ряд со слов Джека, Адам снова усмехнулся, поняв, что он окончательно перестал понимать происходящее:

— То есть Лиам — брат Амелии, знает мо… знает Картера?

— Выходит, что да, — безразлично ответил Джек. — Что насчет Амелии? — с большим интересом спросил он.

Адам вспомнил, как она заснула в его кровати в ночь звонка Джека, и снова вспомнил настроение, с которым ехал. Неужели после всего произошедшего, он сейчас отвезет этого парня, смотрящего на него взглядом Бэмби, к девушке, сумевшей пробудить в нем что-то настолько забытое, насколько и неуместное.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С другой стороны, видя решимость в собеседнике, понимая, что пойти против воли отца человеку вроде Джека, искавшего всегда его одобрения, было тяжело, Адам невольно проникся к нему долей уважения.

— Сколько? — понимая, что пора все окончательно решить, спросил Адам.

— Что? — непонимающе спросил Джек.

— За невесту свою сколько заплатишь?

— А сколько надо?

Адам внимательнее посмотрел на Джека и откинулся на спинку сиденья. Сделал вид, что делал подсчеты в голове.

— Тридцать, — медленно произнес он.

— Тысяч?

— Да. Кусков, — подтвердил Адам.

— Как скажешь, но… я сейчас не могу тебе заплатить. Или… дать…предоплату. Или… как это у вас делается… Не хочу светить кредитку. Но… могу написать расписку, если хочешь или… еще что-то. Деньги — не проблема.

Адам услышал то, что одновременно хотел и не хотел. Он сильнее сжал руль, понимая, что встречи Джека и Амелии не избежать, и повернул ключ зажигания.

Джек был полным профаном: показал свою некомпетентность в подобных вопросах, вот так просто сел в его автомобиль, кидал фразы вроде «деньги — не проблема», ничего не спросил о гарантиях, но что-то все равно подкупало.

— Сегодня твой счастливый день, Бэмби, — нехотя, произнес Адам. — Но поездки с закрытыми глазами тебе не избежать.

========== XXIII. ==========

Амелия плохо спала, стоило остаться в одиночестве, и это сильно раздражало. Стоило закрыть глаза, как она снова слышала звук работающей дрели, видела пулевое в голове Мака, лежащего на полу, а то и все вместе.

Просыпаясь дрожа, словно последние листочки, оставшиеся на ветке, в холодный осенний день, не имея возможности даже прокричаться, чтобы выпустить все, что накопилось, Амелия решила не строить из себя сильную, способную со всем справиться женщину и использовать возможность спать так, как получалось. Происходящее уже давно перешло те проблемы, которые она могла бы решать без посторонней помощи, и если ей нормально спалось в комнате с Адамом, то почему стоило этого избегать?

Заснув в первый раз в кресле, Амелия все списала на усталость, поскольку ее изможденному организму требовался отдых. Заснув там и на следующий день после неудачной попытки сделать это в спальне, Амелия задумалась о ситуации.

Как бы ее порой не раздражал Адам, его слова или некоторые поступки, глупо было отрицать, что рядом с ним ей было спокойнее всего. Адама нанял Лиам, Адам серьезно относился к своей работе, Адам выгораживал ее, даже сам, находясь под пытками, просто видя которые она плакала несколько часов и продолжала все еще временами. Да и после того, как выяснилось, что все ее близкие имели отношение к положению, в котором она оказалась, не подумав как следует о последствиях их действий, стало банально приятно, что хоть кто-то от этого пытается защитить.

Приходя к этой мысли уже не в первый раз, Амелия снова напоминала себе, что Адам делал то, за что ему заплатили, убеждала себя, что все дело лишь в деньгах. Не будь их — и он бы так с ней не возился.

Она смотрела на кольцо, потеря которого чуть не довела ее до нервного срыва, и упрямо убеждала себя в правоте своей мысли. Желая уйти от нее, Амелия начинала думать о чем-то другом. Сегодня о кольце. Пусть оно и было семейным, наверное, ей бы простили его потерю, учитывая, что официально она похищена. Скорее сыграла ее неготовность расстаться с чем-то последним, что напоминало о прошлой жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лишившись возможности работать, ездить в любимые магазины, рестораны и другие места, носить свою одежду и полностью контролировать свою жизнь, Амелия заметила, что все чаще думала о том времени, как о чем-то, что было до.