Наследство огня - Юлия Мидатовна Аметова

class="p1">Она зарыдала в голос, размазывая рукавом по лицу слезы и грязь.

– Тихо! Прекрати плакать и отвечай. Почему пилейский отряд в Нагорной крепости?

– Княгиня Лидора Пилейская в гостях у князя Ленорка, а это ее охрана.

Охрана, тьма преисподняя! Это не охрана, а отряд разведки! А что за князь Ленорк? Должно быть, Дарион долго спал на горе!

– Какое оружие они ищут?

– То, которым ты устроил обвал двести лет назад, и которым защитишь Нагорную крепость…

Она снова принялась лить слезы, утираясь рукавом. Так это что, он проспал в скале двести лет? Под горой громыхнуло с новой силой, и Дарион не стал расспрашивать дальше. Ладно, сейчас надо выйти из скалы, пока здесь нет пилейского войска, и защищать Нагорную крепость, как положено князю!

– Хватит разводить сырость! – строго приказал Дарион, и гора на мгновение притихла, а девушка от удивления перестала плакать. – Отец тебя не ради пустяков сюда послал, а чтобы ты мне помогала. Давай дальше!

Светит на небе звезда,

Кто-то ждет любя.

Этот ясный свет всегда

Светит для тебя.

Срывающийся тонкий голос начал подпевать, фальшивя от волнения. Дарион почувствовал, как тепло подходит к ногам, теперь он чувствовал обмотки на ногах и неровности площадки под сапогами. Песня продолжалась, скала дробилась и осыпалась, теперь уже вокруг его сапог.

А это что за разношерстное войско врассыпную спешит из ворот? Что, это у них теперь ополчение такое? Впереди на хорошем ящере скачет худой долговязый молодец, блестя высоким шлемом, бляхами на кольчуге и картинно поднятым мечом – должно быть, тот самый князь Ленорк. За золоченым князем едва поспевал на многоноге древний вояка в кольчуге и помятом шлеме, то и дело оглядываясь на остальное воинство. Это у них что – старшина крепости такой? Ему бы до горы доехать, а не то, что сражаться! Следом за стариком растянулись цепочкой рослый молодец с бляхой сотника на шлеме, долговязый парень на огромном рыжем ящере с сине-белым рошаельским знаменем у седла и десятка два всадников на простых упряжных ящерах, более пригодных тащить за собой телегу, чем топтать врага в битве. Длинные копья торчали во все стороны, будто собирались заколоть соседа, а не противника. За ними торопился едва не бегом пеший отряд в латах из семикрыловых крыльев, человек сорок, из оружия у них были только короткие мечи – как они будут сражаться ими с пилейцами на ящерах? Тьма преисподняя, какой позор! А Дарион Нагорно-Рошаельский стоит на горе и не может сдвинуться с места, зато чудовище гудит так, что камни на площадке подпрыгивают!

– Помогай, помогай, красивая! – проговорил он. Девушка старалась, но ее мыслесила была небольшой, а обучения она явно не проходила. Но как при этом она на него смотрит! Он такого сразу сил прибавляется! Однако надо пристроить поближе к телу голубой камень, если он вообще работает, пролежав в темноте двести лет. Дарион размотал ремешок, надел на шею и спрятал камень под рубашкой. Чудовище заворочалось под горой так, что по площадке перед скалой побежали трещины. А если обвалится? Он схватил девушку за руки и подтянул к себе. Теперь только бы ноги освободить!

– Огонек звезды ночной,

Как в ночи окно,

Может, это нас с тобой

Ждут уже давно.

А пилейцы не дураки, быстро переправились верхом через Каменку и встали полукругом, развернувшись лицом к ополченцам. Князь Ленорк замахал мечом и в облаке брызг влетел в реку, остальные последовали за ним. Что же они делают? Противник заманивает их за реку, чтобы разбить и не дать отступить. А князь и старшина – неужели они не понимают, что происходит? Пусть лучше пилейцы залезут на гору, чем губить ради предполагаемого оружия своих людей!

Дарион рванулся из скалы, сделал шаг и едва не упал, запутавшись в шпорах на сапогах – ноги были будто чужие, приращенные неумелым мыследеем.

– Стойте! Не переходите Каменку! – закричал он, но было слишком далеко, и молодой князь Ленорк уже бросился в бой. До Дариона донесся его неясный крик, молодой князь поднял меч и кинулся на десятника пилейцев, за ним бросились в бой остальные. Зарычали ящеры, зазвенели мечи, закричали люди – все слилось в знакомый шум и грохот сражения, на время заглушив гул и гром чудовища под горой. Рошаельские ополченцы бились отчаянно, престарелый старшина командовал точно, направляя в тяжелые места лучших бойцов, но силы были неравны. Сжав кулаки, Дарион смотрел, как отчаянно рубится против троих противников огромный сотник на сером упряжном ящере-тяжеловозе, как ловко дерется рядом с ним небольшой шустрый паренек без шлема и как долговязый знаменосец уже не защищает знамя, а бьет его древком врага, потому что копье давно сломалось в его руке.

Но что они могли сделать против выученных молодцов на отличных ящерах! Вот упал под ударами десятника-пилейца молодой князь, вот исчез под ногами ящеров старик-старшина, и уже не видно рошаельского сине-белого знамени! Обезумевшие от схватки ящеры метались по долине, отчаянно рыча, хлеща хвостами всадников и топча когтистыми лапами упавших на землю раненых. Пилейцы окружили остатки рошаельского отряда.

Тьма преисподняя, какой позор Нагорному Рошаелю! Скорее надо встать по-настоящему, времени совсем нет! Еще петь, еще!

– Светят окна под горой,

Светят до утра.

Ждут тебя ночной порой

Нынче, как вчера.

Скала за спиной качнулась, по площадке побежали трещины, что-то сдвинулось под ногами, и тепло разлилось по всему телу, Дарион почувствовал, как ноги сами легко и упруго шагнули вперед. Стукнули каблуки, зазвенели шпоры, гора загрохотала с новой силой. Скорее что-то делать, сейчас пилейцы перебьют остатки рошаельского ополчения! А если попробовать, как двести лет назад? Зверь окончательно проснется, но не оставлять же своих на верную гибель!

– Эй, ополчение, отходи! Отходи назад, тьма преисподняя! – закричал Дарион, прижимая к груди голубой камень. Ага, камень разогрелся, еще работает, отлично! Усиленный голос загремел, перекрывая шум боя и гул горы.

Рошаельский десятник глянул вверх и сделал знак своим бойцам отходить в сторону от скалы. Молодец, понял! Какую теперь скалу сбрасывать? Может, сразу всю площадку? А куда деться самому и куда бежать девчонке? Самого себя в таком бою не жаль, но девчонку зачем губить?

– А ну, красивая, быстро наверх!

– Ты один не сбросишь скалу, я помогу!

Вот еще храбрая нашлась! Некогда ее уговаривать, пилейцы не будут ждать, пока он их завалит! Если сбросить площадку сейчас же, они уйдут!

– Держись и пой дальше! – приказал Дарион.

– За что держаться?

– За меня! А ну, начали!

За светящимся окном