Контрабанда - Владислав Выставной

Проходивший мимо старика хозяин замер на месте, с интересом наблюдая за развитием беседы.

– А не пришлось ли тебе познакомиться с геморроем, катаром желудка, язвой, черной падучей, желтухой, подагрой, мигренью и грудной жабой?! – издевательски спросил старик, и его зубочистка выпала изо рта.

– Н-нет пока, – пробормотал Хитрук, вставая.

Хозяин расхохотался, словно ему только что рассказали отличный анекдот. Старик трясся от негодования, и Гильза опасался, как бы его не схватила какая-нибудь из описанных им болячек.

– Не сердитесь, у господина Эзауруса всегда плохое настроение, – весело заметил хозяин. – Но поверьте, он всех нас переживет! Он из такого мира, где старички по триста лет коптят небо!

– Не сомневаюсь, – желчно отозвался сыщик и плюхнулся напротив того, кого он принял за прокаженного.

Когда Гильза присмотрелся, он понял, что струпья на лице и руках – это следы страшных ожогов. Из-под его зубочистки текла тоненькая струйка крови. Хитрук нервно побарабанил пальцами по грязной крышке стола: ему явно не хотелось опростоволоситься в третий раз.

– Господин, – предупредил из-за спины хозяин, – не старайтесь зря: Марко – юродивый и глухонемой в придачу. Если вас интересует что-нибудь в нашей дыре, спросите лучше у меня…

Хитрук оглянулся на хозяина. Это выглядело как издевательство: в зубах тот сжимал длинную тонкую зубочистку!

– Вы, наверное, уже слышали мой вопрос про лекаря… – насупившись, произнес Хитрук.

– О да, господин! – с готовностью кивнул хозяин. – Только сразу видно, что вы прибыли к нам издалека: никому из местных и в голову не придет искать лекаря в виду последних обстоятельств…

– А что это за обстоятельства? – поинтересовался Хитрук, сразу поняв, что и хозяин, несмотря на свою зубочистку, совсем не тот, кто ему нужен.

– О, это очень странные и ужасные обстоятельства, – протирая грязной тряпкой кружку, с охотой начал объяснять хозяин. – А все дело в том, что с месяц уже, как здесь объявился злой колдун из неведомых миров. А может, он и сам Дьявол, кто его знает! Во всяком случае, инквизиторы верещат так, словно их всех принялись вдруг щекотать черти…

– Точно, хозяин, в точку! – Фрэн из своего угла громогласно кашляющее расхохотался.

– И что же это за колдун? – спросил Хитрук.

– Говорят, он наводит страшную порчу на всех, кого увидит… Да много чего говорят. Но что уж точно, так это то, что он разрывает свежие могилы! А ведь Инквизиция совсем недавно запретила всем лекарям добывать из могил покойников для богопротивных опытов! И, конечно же, подозрения сразу же пали на лекарей. Так что те сидят теперь ниже травы тише воды, отказываются от практики и стараются быть у всех на виду – не дай бог, кого из них поймают за чем-то подозрительным. Ну а уж того, кого поймают – поверьте мне на слово, – даже судить не будут.

– Что же с ним сделают?

– Сожгут к чертям собачьим! – проскрипел старик. – Говорят, уже и столб с эшафотом за Магистратом приготовили, и дровишки подвезли… Кхе-кхе-кхе…

Он зашелся в приступе кашля.

В ту же секунду дверь харчевни с грохотом распахнулась, и на пороге показался совершенно ободранный тип в раздавленной шляпе с обвисшими полями. Взгляд его был безумен, а в зубах он сжимал… Нет, не соломинку, не зубочистку – рукоятку кинжала с обломанным клинком!

– Я порезался, черт меня подери! – заорал он. – Ну, хоть здесь, в этом проклятом гадюшнике, найдется хоть один смелый лекарь?!

– Я, я знаю одного хорошего лекаря! – словно безумный, вдруг ни с того ни с другого завопил Хитрук. – Только он потребует приличной платы за свои услуги!

– А-а-а!!! – зарычал незнакомец и схватил сыщика за плечо. – Пойдем, покажешь мне этого проклятого лекаря!

Хитрук едва успел бросить хозяину пару монет и поманить за собой Гильзу.

Посетители харчевни удивлено проводили взглядом странную троицу.

– На черта он спрашивал, где лекарь, если и сам знает, – пожал плечами хозяин, разглядывая монеты и продолжая размазывать тряпкой грязь по кружке. – Впрочем, кто поймет этих богатых господ…

А из дымного угла харчевни, почти невидимый в своем черном одеянии, быстро поднялся и направился вслед за ушедшими худощавый юркий человек в надвинутой на глаза шляпе.

Они и без того быстро шли по улице, а незнакомец все подталкивал Хитрука – туда, в сторону городских ворот. В грязном закутке у городской стены они, наконец, сбавили шаг. Незнакомец с отвращением выплюнул рукоятку кинжала, на конце которой виднелись следы запекшейся крови.

– Какого черта? – воскликнул Хитрук. – Как ты узнал, что я здесь?

– Земля слухами полнится, – уклончиво ответил незнакомец. – Кто-то «стукнул» Инквизиции, что объявишься, так что «шпики» кругом. Вот, одного пришлось на перо посадить…

Курьер опасливо посмотрел на валяющуюся в пыли рукоятку кинжала. Видимо, в этом мире человеческая жизнь не много стоит.

– Это, наверное, Штырь… – осторожно предположил Гильза. – Ну, это ведь он удрал в Лагор. Он мог попытаться помешать погоне.

– Точно, он, – задумчиво произнес Хитрук. – Что ж, спасибо за ценные сведения, Копыто. Считай, ты мне уже помог.

– Спасибо в карман не положишь…

Детектив усмехнулся и полез в кошель. Достал несколько монет и звонко отсыпал поверенному.

– Премного благодарен, – пошаркал ногой Копыто, припрятывая гонорар.

– И сразу вопрос, – сказал Хитрук. – Нам бы найти контору по доставке. «Бешеный скороход» называется.

– Найдем, коли нужно, – кивнул Копыто. – Ждите меня здесь и сильно не светитесь.

Надвинул на глаза свою облезлую шляпу и скрылся в переулке.

– Вот так, – довольно пояснил детектив. – В любом мире полезно иметь хороших знакомых. Правда, знакомство с некоторыми может довести до крупных неприятностей. Хотя, если подумать, у нас просто нет выбора…

Гильза озирался вокруг и подозрительно принюхивался. Пахло, прямо скажем, неважно.

– А, может, пойдем посмотрим город? – предложил он. – Я видел – там, в центре, вроде, красиво.

– Красиво-то там красиво, – пробурчал Хитрук, – да не про нашу честь. Для меня здесь самое райское место – такие вот трущобы. А там, чего доброго, узнают и заметут…

– Как же вас узнают? – усомнился юноша. – Столько народу вокруг…

– Может, и не узнают. Но я и без того сильно рискую.

– А можно, я сам пойду посмотрю? – спросил Гильза. Он все поглядывал в ту сторону, где видел «сказочные» башни, а здесь глаз утыкался лишь в глухие стены и высокий покосившийся забор.

– Ну да, – усмехнулся сыщик, – и вместо поисков сбежавшего Штыря придется искать пропавшего практиканта. Это тебе не Москва, дражайший друг, это Лагор. Чужаку здесь сгинуть – раз плюнуть. Тем более что земляне тут не в почете.

– Почему?

– Рылом не вышли. Ну, а вообще говоря – по заслугам. Лагор – центральный мир, буферная зона. Он чертовски богат. А Земля – захудалый провинциальный мир, задворки вселенной.

– А откуда в этом «чертовски богатом» мире такие вонючие трущобы?

– Парадокс, свойственный всем мирам: где есть богатство – есть и бедность. Чем роскошнее дворцы, тем неказистее хижины. Вспомни, как китайцы в Москве живут – так здесь хоть простор и свежий воздух…

– Это да, – хмыкнул Гильза. – Так я пойду посмотрю? Когда еще доведется? Ну, хоть одним глазком!

– И думать забудь! – рявкнул сыщик. – Все, закончили болтать. Я с тобой утомился, хочу вздремнуть секунд шестьсот!

Взгляд сыщика уперся в полуразвалившуюся повозку, жалобно жавшуюся к забору. На повозке лежала охапка сена, и Хитрук немедленно занял этот импровизированный «шезлонг». Повозился, устраиваясь поудобнее, прикрыл лицо шляпой, глухо промычал:

– Копыто вернется – растолкаешь. И смотри – без глупостей, тут тебе не Москва, тут…

Язык его стал заплетаться, и вскоре из-под шляпы раздался сочный, демаскирующий храп.

Гильза тихонько опустился на край повозки, поседел так некоторое время. Зевнул. Было очень неудобно, но что еще хуже – скучно. Курьер поглядел в замшелую стену, перевел взгляд на спящего сыщика – и встал.

– Я только одним глазком… – пообещал он пустоте и отправился по извилистому проулку.

Неровные запутанные проулки, бегущие словно ручейки в реку, вывели его на более-менее приличную, мощеную обтесанным камнем улицу. Дома здесь имели аккуратные фасады, по стенам весело вился зеленый плющ. Первые этажи занимали живописные лавки и мастерские. Из окон верхних этажей прохожими любовались нарядные девушки, и Гильза с интересом рассматривал их, улыбаясь во всю ширь.

Вскоре эта улица пересекла другую, надо полагать, одну из центральных. Та была широкой и гладкой, а фасады домов на ней блистали роскошью. По центру дороги неторопливо проезжали всадники и экипажи. Изредка крепкие слуги проносили кого-то в закрытом паланкине. И прохожие были подстать – нарядно одетые, учтивые. Даже пугающего вида иномиряне выглядели здесь прилично. Среди них Гильза смотрелся заморышем. Но тогда он и не думал, как выглядит на фоне всего этого великолепия. Его взгляд притягивали ослепительные шпили в центре.