Руны огненных птиц - Анна Ёрм

Вокруг была лишь тишина, мягкая, пушистая: в ней хотелось утонуть и забыться, упасть в снег и не вставать до весны. Восходное озеро не было полностью покрыто льдом. Его середина по-прежнему чернела, покрытая редкими талыми льдинами серого цвета.

– Чудо какое-то, – пробормотал Ситрик, поправляя на спине груз и глядя на озеро. – Почему лёд до сих пор не встал, если сейчас, по ощущениям, месяц Йоль?

– Лишь никсы знают, – произнёс Холь.

– И как мы пройдём? Долго ли обходить озеро?

– Долго, оно вытянутое, как речка. Надо по льду. Обожди, пока оденется Йелевеки. Она проведёт.

– Я уж думал, она не выйдет.

– Йелевеки – женщина, пусть и старая. Наверняка ищет свой лучший плащ, чтобы покрасоваться перед тобой.

Ситрик фыркнул.

Тут же прямо перед ним появилась Йелевеки. Несмотря на старость, она резво шла по снегу. Две косы она связала узлами на горбатой спине, повязала на голову и под шею шерстяной платок. Одежда её показалась Ситрику необычной – такой он не видел прежде. Сарафан был иного кроя и сильно отличался от тех, что носили в Онаскане. Толстенный плащ, превративший её очертания в подобие мшистого камня, был украшен бахромой и рваными стежками из медной проволоки по краю. Вся одежда её была штопана и прошита пёстрыми заплатками немыслимое количество раз.

«Верно, бабка не сильно младше Холя», – подумал Ситрик. От её одежды пахло полынью и зверобоем так сильно, что юноша на некоторое время перестал чувствовать, что его одежда свербит мокрой лошадью.

При мягком пасмурном свете лицо её было не столь уродливо, как Ситрику показалось в неверном, гарцующем пламени очага. Она улыбнулась путнику и махнула куда-то рукой в сторону южной оконечности озера. Ситрик не понял её, но Йелевеки поймала его за рукав и потянула за собой.

– Иди-иди, – подсказал Холь. – Она хочет показать дорогу. Не съест она тебя, в самом деле.

– Я к такому не привык, – фыркнул Ситрик, и Холь заклекотал над шуткой.

Йелевеки рассекала снег, как поднявшаяся во время схода льдина пропарывает воду. Ситрик шёл за ней, удобно устроившись, – старуха шаркала ногами и оставляла за собой бесснежную колею. Двигалась она уверенно, явно зная каждое доброе и каждое подлое местечко на озере. Ещё бы. Столько лет прожить здесь.

Ситрик посмотрел через левое плечо и увидел, что они уже на середине озера, как раз огибают лишённое льда место. Ему стало не по себе, и он глянул под ноги, запоздало подумав о том, что нужно было попросить у Йелевеки снегоступы. Однако и старуха была без них. Несколько раз он слышал хруст льда, и следы его наполнялись влагой, но Йелевеки продолжала уверенно идти дальше, петляя по льду.

Наконец они миновали середину озера. До берега оставалось всего ничего. Снова раздался неприятный тонкий хруст. Ситрик замер на мгновение и скорее пошёл прочь, скользя по следам Йелевеки.

– А если я провалюсь под лёд? – стиснув зубы, спросил он.

– Тебе будет очень мокро и очень холодно, – обнадёжил Холь.

– Спасибо. Спокойнее мне не стало.

– Пожалуйста, – довольно сказал Холь.

– Я думал, ты скажешь что-то вроде «я обязательно вытащу тебя».

– Кажется, мне стоит напомнить тебе, что сейчас всё, что в моих возможностях, – это слететь на лёд и начать истошно вопить, надеясь, что глухая Йелевеки меня услышит.

– Тролль меня побери, так вот почему она так бесстрашно идёт. Она же не слышит, как трещит лёд.

Холь рассмеялся.

Наконец они оказались на берегу, и Йелевеки, махнув на прощание рукой, снова пошла по льду. Ситрик проводил её взглядом, внимательно следя, как она проходит через середину озера, а после принялся искать тропу.

Холь не подсказывал дорогу и направление. В новом теле он летал плохо и не мог подняться выше ветвей. Перескакивал, как сорока, с одной хвойной лапы на другую, пытаясь размять крылья, но только ещё сильнее уставал. Ситрик кожей ощущал всю злость и неуверенность Холя, но ничем не мог помочь. Тот сам выбрал такую судьбу.

– Наверное, стоит обратно вернуться к озеру и отыскать тропу там. Мне кажется, я что-то упустил, – произнёс Ситрик. Благо от озера они не успели сильно отдалиться.

Так он и сделал – вернулся к озеру и, идя вдоль жёлтого тростника, принялся искать переправу.

– Холь, откуда ты знаешь Йелевеки?

– Она переправляет через озеро, когда льда нет, – пояснила птица. – Я впервые побывал на Восходном озере лет тридцать назад, летом. Йелевеки уже была здесь, и уже тогда она казалась мне древней старухой. Правда, со слухом было куда лучше. Живёт одна, без семьи и без детей.

– Интересно, если она глухая, да и озеро широкое, откуда она знает, что путник на той стороне?

– Только хотел тебе сказать, сынок, чтобы ты искал два столба резных, а не просто тропинку. Запамятовал я.

В самом деле, совсем скоро Ситрик вышел к широкому стоптанному местечку, где не росла черника и не шелестел тростник, а как поднял он глаза от земли и снега, так увидел два столба, украшенных незатейливой резьбой. В каждом из столбов была выемка, а в ней стоял масляный светильник, сейчас пустой и потухший. Выемки эти походили на раскрытые рты, и, присмотревшись, Ситрик заметил жуткие резные лица, смотрящие прямо на жилище Йелевеки на том берегу.

– Вот это да! – выдохнул он. – Теперь понятно.

От столбов шла тропа. Идти было легко. Ноги сами несли, и Ситрик чувствовал себя отдохнувшим. Йелевеки не стала будить его с рассветом, и он проснулся сам лишь в середине дня. Оставшегося света должно было хватить на то, чтобы дойти до Ве.

Тропа вела уверенно, почти не петляя. Изредка её пересекали следы зайцев или мелких птиц. В кустах тренькали синицы да слышался торопливый шум их крыльев. Перекусив на ходу, Ситрик оставил на веточке затвердевший от холода кусочек свиного жира, чтобы мелким пичужкам было чем полакомиться.

В лесу темнело. Короток был зимний день накануне Йоля. Ситрик ускорил шаг.

Уже не впервой он думал: где же будет искать колдуна? Конечно, надобно спрашивать людей, вот только к кому подойти с такой просьбой? Придётся присматриваться, проверять. Раз уж Асгид говорил о том, что колдуна следовало искать в Ве, значит, тот решил жить вместе со свеями и гётами, а не с лесными людьми.

Но уж о чём точно он не думал, так это о том, что застанет зиму в Ве. Он надеялся, что до заморозков доберётся до города, отыщет там колдуна, а после отправится обратно с какими-нибудь последними купцами, пока не стал