"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

— А ты здесь зачем? У тебя плохо со слухом?

— Я не могу спуститься на Зен, вы же знаете, меня немедленно отправят в газовую камеру. — Дэн был очень печален. — Дозвольте мне остаться не из любви к вам, а для предоставления моей драгоценной шкуре мизерного шанса на спасение.

— Ты врешь! На Зене тебя ждет срок, а не казнь! Вон отсюда!

— Да. Вру! — запальчиво крикнул однорукий. — За мной должок. Вы когда-то очень выручили меня. Хочу вернуть всё сполна.

— Я прощаю все долги. — Жак продолжал держать однорукого за шкирку, и Дэн казался нашкодившим котенком в руке грозного хозяина.

— У меня есть свои счеты с Керином! — прохрипел он.

— Ладно, оставайся, если жить надоело. — Жак отпустил крысолова и повернулся к Эльке. — У тебя что, тоже нелады с зеновскими законами или личные счеты с капитаном?

— Нет. Традиции моей планеты не допускают, чтобы я оставила своего друга в беде. — Элеонора высказала первую же пришедшую ей в голову отмазку. Ей очень не хотелось, чтобы Жак отправил ее в безопасное место. Она просто не могла бросить его, но не знала, сможет ли объяснить этому толстокожему громиле истинные причины своей смелости. Элеонора не была уверена, что ему знакомо такое понятие, как любовь.

— Я тебе не друг, убирайся вон! — сказал он, и положение стало почти безнадежным.

Но вдруг ее озарило.

— Моя религия запрещает мне так поступать, — произнесла она, гордо задрав подбородок. Глаза Дэна и Жака округлились. За дверью громко захохотал запертый Керин, но Элеонора продолжила: — Если я уйду, то навеки буду проклята и попаду в ад, а там мои страдания будут длиться вечно. Не гони меня!

Жак крякнул:

— Ты серьезно?

— Да, вся моя дальнейшая жизнь будет испорчена ожиданием божественной кары. — Не могла же она объяснить этому чурбану, что всю жизнь будет страдать, если он погибнет, и лучше для нее умереть вместе с любимым.

Дэн только покачал головой. Он сам был землянином и прекрасно знал, что Элька несет полную чушь, но решил не мешать ей.

— Отличная у тебя компания, Жак: корабельный дурачок и рабыня. — Керин не унимался, но Жак не обратил на него внимания. Он проверил запоры на двери оружейной комнаты, дополнительно подпер ее обрезком трубы, притащенной матросами, и отвел свою немногочисленную команду подальше в коридор. Ему нужно было подумать.

— Как Керин собирается покинуть корабль, если ты решишь его отпустить? — спросила Элеонора Жака.

— Не знаю. Он и сам, наверное, не знает. Стены оружейной комнаты целиком изготовлены из гравитронных сплавов. Их можно пробить только из крупнокалиберной пушки, но у нас ее нет. Керин не сможет выбраться оттуда сам, а мы не сможем туда попасть, если он не откроет дверь.

— Надо его выманить, а потом я с ним разберусь. — Дэн кровожадно замахал своим крюком. — Кстати, Элька, твоя религия не запрещает убивать врагов?

— Нет, она это поощряет.

— Прекрасно. Тогда мы с тобой в одной концессии.

— Эй, Жак, — крик капитана, искаженный динамиком, был похож на рык саблезубого тигра в пещере, — если через десять минут здесь не будет полиции, я начинаю пытать заложника.

— Он придумал, как ему выбраться, — покачал головой Жак и закричал в ответ: — Я вызываю полицию, но она прибудет только через полчаса, потерпи немного с пытками… У нас мало времени, — сказал он, понизив голос, — полиция, безусловно, защитит его, и он выберется сухим из воды.

— Его можно обвинить в покушении на убийство! — Элеонора пыталась примерить земные порядки на космический лад.

— Только не на Зене! — Жак был категоричен. — Здесь очень скользкое законодательство.

— Тогда давай его отпустим. — Элеонора думала и не могла изобрести выход.

— Глупо. Он наверняка уже установил несколько детонаторов. Перед уходом он их включит на временную задержку. «Эльсидора» будет обречена.

— Отдадим его полиции, но задержим их всех тут, пока не найдем детонаторы, — предложил Дэн.

Жак отрицательно мотнул головой:

— С местной полицией шутить нельзя. Они, не задумываясь, возьмут корабль штурмом.

— Кажется, есть идея. — Элеонора подняла вверх указательный палец и прошептала: — Гиперпереход.

— Не понял… — Жак, эта высокомерная скотина, смотрел на нее как на дурочку.

— Утром мы прошли живыми сквозь весь корабль, — напомнила Элеонора.

— А должны были превратиться в рваные куски мяса, — вставил Дэн.

— Не факт, что нам повезет так еще раз. — До Жака начала доходить Элькина идея, но он очень сомневался в ее осуществимости.

— Надо всё проверить. — Глаза однорукого крысолова загорелись. Такую жирную крысу, как сегодня, ему ловить еще не приходилось. — Можно, я вскрою установку гиперперехода? — спросил он, умоляюще взглянув на хозяина «Эльсидоры».

— Можно, всё равно других идей нет, — махнул рукой Жак.

Опять бегом все трое бросились к рубке. Похоже, жизнь на корабле наполовину состояла из беготни по внутренним помещениям. Хотя до появления Элеоноры всё было спокойно. Керин мирно прикарманил бы 100 000, а голодные мусорщики отправились бы дальше в поисках куска хлеба.

В рубке Элеонора увидела позабытого всеми вахтенного. Он всё так же равнодушно читал всё ту же страницу в журнале. Гиперпереход, по которому ушли остальные, был уже выключен Дэном, и Жак предложил матросу покинуть корабль в спасательной капсуле. Но тот отказался, мотивируя это тем, что только капитан может снять его с вахты. Извилина субординации в его башке, похоже, была изготовлена из гравитронного сплава. Жак раздраженно сплюнул и полез помогать Дэну. Элеоноре было ужасно интересно посмотреть, как устроена чудо-установка, в которой они копались, и она тоже сунула туда свой нос.

— Это похоже на телевизор моей бабушки, — разочарованно сказала она, но на эту реплику никто не обратил внимания. Элька с удивлением смотрела на несколько запаянных черных блоков и большую ламповую схему. На Земле такие не применяют уже лет двадцать. Не нужно было быть талантливым электронщиком, чтобы определить неполадку: одна из запыленных ламп не светилась.

— Лампочка перегорела, — неуверенно пробормотал однорукий и с трудом выдернул ее из гнезда. — Вот почему переход работал неправильно и вы остались живы. Хотя хрен ее знает, эту скитмурскую технику. Может быть, всё совсем и не так. Говорят, скитмуры умеют ходить сквозь стены, а здесь стоит клеймо их планеты.

— Дэн, хватит рассуждать, включи переход между рубкой и шлюзом. Надо попробовать, получится ли у нас этот фокус еще раз. — Жак воодушевился, его глаза заблестели. — На ком поставим эксперимент?

Все дружно посмотрели на вахтенного.

— Нет, на человеке нельзя. — Хозяин корабля на секунду задумался. — Дэн, тащи Кефира.

— Только не Кефира, лучше я сам полезу.

Элеонора впервые увидела, чтобы однорукий пошел против воли хозяина.

Кефир — это корабельный кот. Жирная наглая тварь, сжирающая за день две человеческие пищевые нормы. Дэн притащил его на корабль для борьбы с крысами, но после того, как несчастный Кефир едва не погиб в неравном бою с грызунами, он поселил его в своей каюте и никуда не выпускал, обоснованно опасаясь за жизнь любимого животного.

Взгляд Жака стал тяжелым и угрюмым, бедный Дэн весь съежился и вдруг завопил:

— Я могу поймать крысу!

— У тебя есть три минуты, — смилостивился Жак. — Элеонора, бегом в шлюз. Доложишь о результате.

Эльку и Дэна как ветром сдуло из рубки. «Всё-таки справедлив хозяин. Суров, но справедлив». — думала девушка, стремительно спускаясь по качающемуся корабельному трапу.

Ей было очень приятно, что Дэн не дал в обиду Кефира, который и так не вылезал из корабельного лазарета, постоянно обеспечивая доктора всевозможной работой. На почве обжорства у кота развились все известные и неизвестные науке болезни — от ожирения и инфекций до поноса. Врач был счастлив лечить его — ему порядком надоели однообразные людские недуги: травмы и венерические заболевания. Члены экипажа больше практически ничем не болели.